Чтение онлайн

– Ок. Только разбавь соком. Я вижу тетрапак во всей этой куче снеди. Один к одному.

– Не только налью, а даже и поесть дам. Не люблю голодных гостей – они становятся оракулами, —он быстрым движением извлек из кармана нож и вскрыл упаковочную пленку на горлышке, – Предлагаю ничего не готовить. У меня тут мешок закусок. Сейчас накидаю, сможешь выбрать. А пока расскажи, откуда ты так много знаешь.

Он извлекал посуду, разрезал, вскрывал, насыпал и разливал, постоянно поглядывая в сторону дивана. Неторопливые лаконичные движения, словно рассчитанные по миллиметру, заставляли любоваться и удивляться.

***

Виски на палец скрывал дно бутылки, тарелки практически опустели, ночь оглушала ленью и таинственностью. В голове у Алисы гудело, но это не доставляло неприятных ощущений, скорее наоборот – сглаживало впечатление от разговора. Они сидели на крыльце и молча курили. Она бросила эту контрпродуктивную привычку пару лет назад, но сегодня особенный вечер и можно позволить себе излишества – бывших курильщиков, как известно, не бывает. Хрустнула ветка и на свет из кустов выбрался Скиф, распространяя резкий запах и шумное дыхание крупного зверя. Одновременно смолкли лягушки и цикады, остался шелест листьев и чуть слышный свист смелой лесной птички. Девушка инстинктивно дернулась в сторону хозяина собаки, ища защиты.

– Не бойся, он не тронет. Я ещё не до конца разобрался во всей белиберде, что ты наговорила, но зверюга явно что-то чувствует, раз готова защищать тебя словно хозяйку. Скиф, иди спать, не маячь, – пёс, не взглянув в их сторону, ушёл за дом по направлению к гаражу.

– Налей ещё. Пить так пить.

– Сейчас принесу добавки, тут и на стакан не осталось. Продолжим здесь или зайдём внутрь?

– А есть? Здесь. Тут поэтичнее.

– Обижаешь. Не думала же ты, что я ограничился пузырём, – он усмехнулся и взглянул с уважением, – А ты крепкая. Другая уже бы канючила баиньки. Ладно, поэзия так поэзия.

– Наверное твои травки способствуют, – женщина улыбнулась.

–У меня и от похмелья лекарство найдётся.

– Опять настой?

– Ага, рассол, – он рассмеялся и исчез за дверью.

– Захвати те грибы, что я смела первыми, и ещё мясо! – этот крик показался настолько чужеродным в ночном лесу, что Ли, вдруг ощутив себя неуместной до последней пуговицы, вздрогнула и вскочила.

– Ты чего? Куда собралась на ночь глядя? – усмешка приклеилась к нему.

– Кажется я должна уехать отсюда как можно быстрее.

– С чего такие выводы? Твой диван по-прежнему только твой, а утро всё так же мудренее вечера.

– Я боюсь спать.

– Ты должна понять, где мой сын. Узнай это, малыш. Я могу обзвонить все больницы, но каков радиус звонков?

–Ты уверен, что это правда? Что всё, что я вижу во сне, происходит в действительности в реальном времени?

– Почти уверен.

– Налей, мне нужно выпить.

–Поешь, – Дед пододвинул к её ногам блюдо с копченым мясом и маринованными грибами.

–Тебе не бывает одиноко?

– Иногда. Но я привык.

– Зачем это всё?

– Сложно объяснить.

– Скрытный. С тобой пить неинтересно – не пьянеешь.

– Почему же. Просто ты не замечаешь. На самом деле я достаточно навеселе, – он подмигнул и, рассмеявшись, протянул стакан, – Давай, выпьем за встречу и за «потом».

– Когда это?

– Не знаю. Время покажет. Выпьешь за «потом»?

– Странный тост, но куда деваться.

Он выпил залпом, а гостья тянула свой виски не спеша, задумчиво вглядываясь в густоту деревьев. Вдруг возобновился лягушачий концерт, словно кто-то внезапно и резко включил звук. В воздухе потянуло прелыми листьями, землёй и ещё бог знает чем. Она втянула ноздрями аромат осени.

– Здесь всё как в сказке. Даже ты.

– И ты.

–Только не Кэрролл! – она глупо прыснула и попыталась изобразить внимание, но картинка расплывалась – вероятно, алкоголь предпринял очередную атаку на её дамскую слабость.

– Я обещал, что мы выпьем за несколько дат, помнишь? – девушка сонно кивнула и снова глупо улыбнулась, даже не заметив, что он перевёл разговор в другое русло.

– Одна из них – исчезновение твоего сына, а ещё одна?

– Сегодня его день рождения. Он был у меня накануне. Я предлагал остаться на пару дней, чтобы отпраздновать вместе. Звал на охоту, хотел устроить небольшую чисто мужскую пирушку.

– Мне нужно уснуть и поздравить его, вернее себя, с именинами, —Алиса пьяно рассмеялась.

–Ты хочешь спать?

– Я действительно перебрала.

– Отнести тебя в дом?

– Даже не думай! Я ещё способна передвигаться самостоятельно и постоять за себя, между прочим! Давай выпьем за здоровье Сан Саныча. Наливай, я скажу тост! – это было последнее, что она запомнила – дальше сознание заволокло туманом и всё выключилось.

Чечетка образов упорно заигрывала с разумом, отскакивая с размеренным «бум-бум» от стенок черепа и падая куда-то на дно желудка. Оттуда боль взмывала вверх, смешиваясь с обрывками осознанных, но забытых начисто сновидений, и тормозила в районе горла.

Алиса разлепила веки и попыталась встать, понимание, что ещё пара минут и будет «поздно пить боржоми», настойчиво подталкивало к действиям.

Ноги автоматически пытались нащупать домашние шлёпанцы, а мозг издевательски подначивал: «Ну давай, ещё рывок, у тебя получится!» Наконец она сообразила, что не дома, и окончательно проснулась. От того, что предстало перед глазами, не только слетел последний сон, но и тошнота трусливо убралась восвояси.

Девушка сидела в совершенно незнакомой комнате на огромной кровати напротив панорамного окна, прикрытого тяжелыми портьерами, на полу —небольшой коврик, вот, собственно, и вся обстановка. Догадавшись, что находится в том самом рубленом доме с гаражом, она дошла до двери и прислушалась – где-то внизу раздавался шум двигателя, слабо пахло бензином. Очевидно, хозяин с утра пораньше занялся своим железным конём. Ли оглядела себя и с удовлетворением отметила, что полностью одета – значит, принимающая сторона имеет понятие о джентльменстве. Вот это хорошо.

– Привет, Лисёнок, я тебя разбудил? – его вопрос поставил точку на размышлениях.

– Нет, я сама, а ты давно встал?

– Часа два как. Уже почти полдень, не стал тебя трогать. И, кстати, прости за небольшую передислокацию. В основном домике места для двоих маловато, а мне тоже хотелось выспаться, – мужчина улыбался, вытирая грязные руки куском ярко-алой ткани. Из-за этого цвета, запаха топлива или, может, бесконечного спуска со второго этажа снова нахлынула тошнота – Алиса покачнулась и сморщилась.

– Тише-тише, я сейчас, – он швырнул тряпку в угол, к грязной робе, в которой, вероятно, всё утро лежал под машиной, и протянул к ней руки, – Держись за меня, пойдём на воздух.

Они вышли во двор, и Ли жадно глотнула влажный осенний ветер. Накрапывал дождь, и наверняка уже давно – земля вкусно и неприлично чавкала.

– Мне невероятно плохо. Всё-таки я перебрала малость.

– Сейчас мы это поправим. Давай-ка я тебя отнесу к столу, сама ты, похоже, ещё не в состоянии передвигаться.