Чтение онлайн

От мысли о наработках Закатова у завлаба засвербело в груди. Захотелось их полистать прямо сейчас.

— Ну, что по рукам? — И соискатель положил перед Беловым три толстые папки.

Нежданно-негаданно Закатова занесло в Северную столицу. Только теперь её называли не именем вождя пролетарской революции, а Санкт-Петербургом. После Ленинграда это название казалось непривычным, но очень звучным. Веяло от него далёким прошлым, навсегда ушедшим вместе с людьми той эпохи, жившими в этом городе до Октябрьского переворота.

Внешне в облике Питера ничего не изменилось, а вот народ, по наблюдениям Фёдора, стал каким-то суетливым. В лицах людей он не увидел внутреннего спокойствия и той уверенности в завтрашнем дне, отличавшей их от жителей других городов страны. Скорее всего, была в них озабоченность и страх за свою судьбу. На лицах горожан можно было прочесть: «Как же выживать в это сложное время?»

После перестройки многие оказались за воротами привычных заводских цехов, научных лабораторий, студенческих аудиторий и всего того, что связывало с прошлой жизнью, куда уже не было возврата. Волна тихой революции накрыла Питер и, чтобы просто не умереть с голода, нужно было искать новую работу или какие-нибудь источники дохода.

Прямо с вокзала Фёдор направился в Мухинское художественное училище на «Минерал-шоу», как модно называлась эта выставка. Здесь продавались минералы и изделия из самоцветов, ставшие вдруг модными и востребованными. В короткое время различные поделки из цветных камней заполнили прилавки новоявленных продавцов, еще недавно занимавшихся чем угодно и даже не знавших значения слова «шоу». Спрос рождал предложение.

— Фёдор, Федя, — позвала его какая-то женщина в розовой кофточке, продававшая книги и проспекты выставки.

Мгновенье он колебался, думая, что зовут не его, но присмотревшись, все сомнения сразу отпали. Это была Наташа Брукс.

— Какими судьбами? Что интересуешься минералами? — засыпала она его вопросами.

Собираясь в Питер, Фёдор тоже вспоминал о Наташе. Подумал, что было бы неплохо увидеться, но даже в самых смелых мыслях не мог предвидеть этой встречи.

— А ты почему здесь? — ничего не сказав о себе, спросил её Фёдор.

Трудно было представить, что кандидат наук, перспективный молодой учёный продаёт книги на ярмарке, а не занимается наукой.

— Да как тебе сказать, — покраснела Наташа, — осталась, так сказать, за бортом института. Сократили, как большинство сотрудников. Вначале зарплату не платили полгода, потом дали обесценившиеся копейки, а следом выставили на улицу. Теперь вот, видишь, здесь моя работа, — она показала на прилавок, заваленный литературой. — До самоцветов пока не доросла — чтобы закупить товар, нужен начальный капитал. То есть, свободные деньги, — пояснила она. — А их у меня нет.

Наташа принесла стул и Фёдор сел рядом. Подходили какие-то люди, смотрели книги, листали буклеты, но ничего не покупал.

— А что отчим не помог? — освоившись в выставочной суете, спросил он девушку.

— Да его уже нет с нами. Умер дядя Петя. Не смог пережить развала страны. Люди старшего поколения, в отличие от молодёжи, по-другому восприняли перестройку, и всю эту компанию с приватизацией: посчитали, что их обворовали. Эти лжедемократы разорили всю страну и, самое главное, — украли надежду на новую жизнь. Дядя Петя очень близко принимал всё к сердцу. Это, видно, его и добило. Мы до сих пор не можем успокоиться, а сильнее всех страдает мама.

— Ну, что ж теперь поделаешь! Мы все не вечные. Твою маму надо выводить из этого состояния.

— Это не так просто. Дяде Пете мы обязаны всем хорошим, что было в нашей жизни. Знаешь, я как подумаю о нашей семью, он всегда стоит перед глазами. Прекрасный был у меня отчим! — Наташа тяжело вздохнула. — Ты даже не представляешь, как мне было с ним хорошо. А своего родного отца я, к сожалению, совсем не помню. Ты же знаешь, когда он ушёл в поле, мне не было даже трёх лет. Что может запомнить ребёнок в таком возрасте? Пойдём вечером ко мне, и там поговорим, — неожиданно предложила Наташа. — Я тебя познакомлю с мамой. Ты же когда-то хотел с ней поговорить. Или мой папа тебя больше не интересует?

Сбегав в магазин, Фёдор пришёл с двумя полными сумками продуктов и большим букетом роз. Наташа только ахнула.

— Ну, ты даёшь! Таких цветов мне даже муж не дарил, а тут приехал Федя из Якутии и преподнёс подарок. Большое спасибо!

Наташа жила недалеко от художественного училища и через полчаса они заходили в подъезд её дома. На три коротких звонка в прихожую выскочили два мальчика и собака. Одному было лет семь, второму года на два-три — меньше. Их лица светились радостью, было видно, что они ждали свою маму. Увидев Фёдора, мальчишки резко остановились и как-то засмущались.

— Какие красивые цветы! — только воскликнули они.

— Мальчики, это дядя Федя. Он пришёл к нам в гости, — поспешила на помощь Наташа. — Дядя Федя приехал с Севера, где очень холодно.

— И живут белые медведи и северные олени, — добавил старший.

— Ваня, не умничай, пожалуйста. Дядя Федя, познакомься, это наш Ваня, — показала она на старшего, — он у нас уже взрослый, осенью пойдёт в школу. Ваня давно читает и даже пишет. А этого маленького хулигана зовут Петя. — Она наклонилась и, потрепав волосы на его голове, поцеловала.

— Мама, мы давно тебя ждём. Ты где потерялась? — спросил Ваня. — Бабушка уже пять раз о тебе вспоминала, говорит, что ужин готов.

— Как видите, я нигде не потерялась, только закончила работу. Сама по вас соскучилась.

— Есть охота, а без тебя мы не можем сесть за стол, — добавил младший. — Бабушка говорит, что ужинать надо всем вместе. Мама, ты, пожалуйста, больше не опаздывай, а то мы с голоду умрём.

— Хорошо, я больше не буду.

На шум вышел толстый мужчина в спортивном костюме и, поздоровавшись, прошёл по широкому коридору. Следом за ним из другой комнаты появилась интересная женщина в пёстром шёлковом халате.

— Мама, привет, принимай гостя. Это Фёдор из Якутии. Я тебе о нём когда-то говорила.

— Да, да, я помню. Очень приятно. — Она протянула ему руку и представилась. Улыбнувшись, Анастасия Андреевна пригласила пройти в комнату, а сама пошла на кухню, где гремел посудой мужчина.

— Ты не пугайся, у нас тут весело, — сказала Наташа. — Я живу в коммуналке. Соседи разные, но, в общем, народ адекватный.

В доме Наташи всё говорило о том, что хозяева связаны с геологией. На стеллажах и книжных полках лежали минералы и горные породы. Стены украшали геологические карты и фотографии людей в походной одежде. Фёдор увидел даже карту Африки, изданную на английском языке, и сразу вспомнил, что Наташин отчим работал на Чёрном континенте. С фотографий смотрели жизнерадостные молодые люди в нарядной одежде и бородатые мужчины с огромными рюкзаками за плечами и геологическими молотками в руках. На одном снимке был запечатлён молодой мужчина, сидевший за письменным столом. Фёдор почему-то подумал, что это Брукс и не ошибся.