Чтение онлайн

Никита, в свою очередь, собирался завести связи среди иностранцев, способных помочь в регистрации изобретений в Европе. Выслушав заверения Лушникова, он решил в ожидании средств подать прошение на строительство ещё одного ружейного завода, неподалёку от Санкт-Петербурга, в преддверии очередной турецкой кампании были шансы решить вопрос быстро и недорого. Купца же он попросил привезти с первой оказией в столицу полсотни ружей в дорогом оформлении, с серебряной насечкой и лакированными прикладами.

– Ребята, подобные подарки не только помогут получить разрешение на завод оружейный, - с опытом здешнего хождения во власть напомнил Никита нам, - чем больше мы подарим наших изделий людям, приближённым к императрице, да и ей самой, тем больше другие придворные и просто пижоны разные, захотят приобрести наши ружья. А к ним потребуются патроны, причём ежемесячно. Вы знаете, сколько раз в месяц Екатерина устраивает охоты? Не реже пяти раз, а в хорошую погоду чаще. Вот так! Даже раздарив полсотни ружей, мы поправим положение на одних патронах за полгода.

– Чуть не забыл, - уже прощаясь с Никитой, выдал Вова, - помните рок-оперу 'Юнона и Авось'? Попытайся найти в столице графа Резанова, главного героя оперы. Мне кажется, он сможет стать нашим представителем в Калифорнии, сейчас ему лет двадцать, должно быть*. В нашей истории, он на голом энтузиазме сделал довольно много. Если помочь ему, да подсказать поискать в Калифорнии золото, да начать колонизацию раньше, а не через тридцать лет, может выйти очень неплохо. Коли там найдётся золото, вопрос о продаже Калифорнии никогда не встанет перед Россией. Сейчас мизерное количество золота добывают лишь на Урале, даже сибирские прииски не открыты. А мы бы вооружили Резанова, чтобы вопросы с индейцами и испанцами решались проще. Чем чёрт не шутит, сами бы туда сплавали, да Аляску заодно посетили бы. Там-то мне точно известны места, где найдут золото, речки с индейскими названиями, значит, их можно и сейчас найти.

– Володя, чёрт молчаливый, где ты раньше был, - едва не подпрыгнул Никита, - парни, он дело говорит. Если мы привезём в столицу пару пудов золота, благосклонность императрицы всем гарантирована. Тогда мы сможем строить любые заводы на любых землях и снаряжать экспедиции, хоть в Австралию. Да ещё и губернаторское кресло может дать Екатерина, тем более, у чёрта на куличках. Туда ехать желающих не будет.

– Да, да, - мрачно ухмыльнулся Палыч, - у нас денег нет на добрые избы, а мечтаем о мировом господстве. Как говорили герои мультфильма, чтобы привезти два пуда золота, нужно потратить столько же золота на организацию экспедиции.

– Значится так, - подытожил наш дворянин, - я наведу справки о возможности экспедиции морем на Дальний Восток и необходимых действиях по её организации. Однако, вооружение за вами, делайте что хотите, но, к будущей весне в Санкт-Петербург привозите шесть ваших орудий с сотней зарядов на каждое, полсотни револьверов с патронами и столько же ружей. Людей не прошу, если удастся договориться о корабле, людей найду. Однако, это дело без взяток борзыми щенками, то бишь, ружьями, не провернуть. Не позднее Рождества жду полсотни подарочных вариантов, спешите. К этому времени найду Резанова или других таких же энтузиастов, среди молодых офицеров и штатских их предостаточно.

– Чёрт, - выскочил он, едва усевшись в почтовый рыдван, - совсем забыл про гостинец, - он выкинул из своего багажа довольно тяжёлый свёрток на землю, - отгадайте, что это?

– Не поверю, - я потрогал пальцем податливую поверхность ткани, чувствуя под ней упругий на ощупь свёрток, знакомые ощущения безошибочно подсказали ответ, - каучук, не иначе.

– Да, настоящий каучук, - довольно подтвердил Никита, - почти три пуда самого натурального каучука, куплены по случаю, у одного голландца. Берите и пользуйтесь, пока я добрый. Ни в чём себе не отказывайте, если понадобится, не пройдёт и года, привезу любое количество. Европейцы его пока на игрушки используют, резину делать не умеют.

Глава пятая.

Отъезд инспекции словно снял запоры со склада неприятностей. Мы, правда, об этом не сразу догадались. В ожидании выпуска первой продукции ружейного завода, я и Володя, начали капитально обустраиваться в деревне Таракановке, на окраине, соседствующей с плотиной. Даже Алимов, в преддверии заказа на пушки, принялся перестраивать производство. Лушников окончательно поселился на территории нашего оружейного завода, отстраивая там себе дом, совмещённый с заводоуправлением. Палыч, которого мы тоже позвали жить в деревню, наотрез отказался, оставшись работать на Прикамском заводе. Пользуясь тёплой августовской погодой, я уже перебрался в недостроенный дом возле заводоуправления, собираясь перевезти всё своё имущество после подведения под крышу. На тренировки теперь я ездил в посёлок из деревни на своём мерине, иногда оставаясь ночевать в своей небольшой избушке на окраине.

Также вышло и в ту самую ночь, накануне медового Спаса, закончили мы занятия довольно поздно, уже темнело, стал накрапывать дождик. Прикинув, каково мне придётся на скользкой лесной дороге, да в темноте, я привязал мерина в сарае, кинул ему сена в кормушку с овсом, проверил воду и отправился спать. В давно нетопленной избе стояла приятная после тренировки прохлада, тишина быстро сморила меня в сон. Проснулся я от стука в окно,

– Дядя Андрей, откройте, беда, - в окошко бренчал Митька, двенадцатилетний племянник Акинфия Кузьмича, помогавший на стройке, - дядя Андрей!

– Чёрт, неужели плотину прорвало, - я выскочил во двор, не сразу разобравшись в темноте, где мальчишка, - что случилось?

– Беда, башкиры напали, - повис у меня на руках вымокший до нитки подросток, - дядя Акинфий меня послал, велел людей поднимать. Сам остался в заводе с мужиками, я бегом бежал все десять вёрст.

Усадив паренька в доме, я забежал сказать новость к соседям, отправив одного из них к поручику Жданову, начальнику заводской охраны. Соседского сына Афоню отослал по домам наших ребят из 'старичков', велел завтра утром добираться всем вместе к Таракановке, с оружием, какое найдут. Сам я нисколько не сомневался, что поручик откажется направить солдат на спасение нашего завода, сосредоточится на охране Прикамска. Собственно, на его инвалидную команду из тридцати ветеранов, особой надежды не было. К счастью, вся сотня патронов для моей курковки была снаряжена. Быстро оседлав мерина, я бросил в вещмешок запас патронов, все гранаты, частью распихав их по седельным сумкам. Уже через полчаса мой Воронко ритмично стучал копытами по лесной дороге на Таракановку. Этой извилистой тропинкой я обычно пользовался, когда добирался один. Тропка шла вброд двух речушек, потому подводы здесь не ходили, только конные, да редкие пешеходы пробирались напрямик.

Пробираться верхом, пасмурной ночью, под дождём по узкой тропинке, не самое приятное занятие. Учитывая, что за каждым кустом могли оказаться вооружённые башкиры, станет понятно, почему я спешивался через версту-другую, тщательно прислушиваясь. Несмотря на шум дождя, слух в ночном лесу оставался единственным надёжным органом чувств. Тут ещё, при переходе вброд первого ручья, я неудачно свалился в крапиву и заплутал. Ну, не было крапивы здесь днём, не могло быть. Сколько раз проезжал, ни разу не видел. Пришлось ждать просвета в тучах, пока яркие августовские звёзды не показали мне потерянную тропу. Со всеми этими задержками, думаю, добирался до завода я больше часа, к сожалению, раньше никак не успевал.

Примерно за версту до плотины сильно потянуло гарью, что меня немного обрадовало, если башкиры подожгли завод, значит, их уже здесь нет. Поэтому решил не спешиваться, рысью выехал к догорающим стенам нашего предприятия. Возле обугленных брёвен бродили несколько грязных мужчин и женщин, вытаскивавших раненых и убитых из развалин и кустов.

– Кто из начальства есть, кто видел Акинфия Кузьмича?
– я пошёл через людей, пристально вглядываясь в их лица, вымазанные сажей и грязью, - Лушников, где ты!