Чтение онлайн

В нашей с тобой жизни...

 - Ох уж этот Николай Степанович...
– выцедила Лена сквозь зубы.

Евгений улыбнулся и погладил любимую по коленке. В последние дни стояла жара, и вместо узких джинсовых штанов Лена надевала юбочки. Это жутко радовало и... дико возбуждало.

 - Я получу деньги и куплю тебе что-нибудь приятное, - сказал он ласково.
– Кефирный завод к примеру.

Ну, или, скажем, кольцо. Обручальное...

 - Глупый, - Варина подруга зыркнула на него, как завуч на хулигана.
– А вдруг тебя убьют? Или...

 - Ничего не случится, Лен, обещаю. Я же не воевать еду. Просто помогу найти нужное направление, только и всего.

 - Только и всего?
– она как-то странно посмотрела на него. Прямо в самую душу заглянула.

Вот ведь чёрт! Насквозь видит. Да уж... От такой жены заначку не спрячешь.

 - Понимаешь...
– вздохнул Евгений.
– Для меня это важно. Очень важно. Не могу я больше оставаться таким... ну, не знаю... никчёмным, что ли. А уж в твоих глазах особенно.

 - В моих глазах?
– она сморщила лоб.
– Никчёмным? Ты о чём, Женя?

 - О том, что с тобой рядом должен быть... должен быть настоящий мужчина. Сильный, смелый. А не тот, которого... который...

Он осёкся, отвернулся и нервно сглотнул. Выразить мысль оказалось сложнее, чем он думал. Гораздо сложнее.

Пробка чуть рассосалась, и они проехали грандиозное расстояние - пару метров.

Лена угрюмо молчала, хмуро пялясь на дорогу, а Евгений никак не решался нарушить корявую неуютную тишину.

Прошла целая вечность, прежде чем грёбаная фраза худо-бедно сложилась в контуженой башке.

 - Мне важно знать, что я тебя достоин, понимаешь?
– сказал он, сжимая руку в кулак.
– Иначе свихнусь.

 - Ты меня достоин, - сдержанно ответила она, но тихий голос, вроде бы, чуть дрогнул.
– И при всех возможных раскладах я предпочту любить тебя живого, чем оплакивать мёртвого.

Любить?...

Евгению почудилось, будто Аудюха воспарила высоко-высоко в майское небо и на полном ходу врезалась в пушистое розовое облако. Все звуки разом исчезли, и несколько секунд он слышал лишь стук собственного сердца.

Она любит его.

Она его любит.

Любит.

Его.

Она.

Женя хотел что-нибудь сказать, но слова ломались во рту, точно стекло, и вставали поперёк горла. На какое-то мгновение он решил, что опять разучился говорить, и стало страшно.

 - Что с тобой?
– нахмурилась Лена.

Похоже, его вид оказался красноречивее любых слов.

 - Н-ничего, - выдавил он, чувствуя, как вспыхнули щёки, и поспешно отвернулся.

За окном замелькали серо-жёлтые корпуса больницы, и Варина подруга сбавила скорость.

 - Ладно, дома поговорим, - тяжело вздохнула она и, кособоко втиснув бочку между двумя скорыми, заглушила мотор.
– Отстёгивайся. Приехали.

 - Можете одеваться, - скомандовал врач, и Женя натянул футболку. Перевязка стесняла движения, и он чувствовал себя неуклюжим, как пьяный пингвин.
– Рекомендации по уходу получите у сестры.

Евгений послушно кивнул. Поднялся.

 - СЛЕДУЮЩИЙ!!!!
– проревел доктор голосом раненого Кинг-Конга, теряя к нему всякий интерес.

 - Вот инструкции, - медсестра смерила его равнодушным взглядом, и устало вздохнула.
– А вот направления.

 - Направления?
– нахмурился Женя.
– Какие направления? Куда?

Безучастный взгляд стал колючим.

 - Молодой человек, вы читать умеете?
– выцедил ангел милосердия, изображая самую кислую мину из всех, которые приходилось когда-либо видеть.
– Там всё написано, и, вроде бы, даже по-русски. Нет? Сто восьмой кабинет. Идите, не мешайте работать.

И Женя пошёл.

Лена дожидается в фойе, но предупреждать её смысла ноль. Зачем? Сто восьмой кабинет совсем рядом, рукой подать - прямо за поворотом. И, судя по пустому коридору, он, Евгений Тихонов, туда первый, последний и единственный пациент - очередью даже не пахнет.

Везуха!

"Побыстрее бы разделаться со всей этой больничной канителью, и домой", - подумал он.

А уж дома, в спокойной обстановке, он точно сумеет убедить Лену в том, что поступает правильно. Даже если до самого рассвета убеждать придётся.

Сжимая в руке направление, Женя решительно двинулся на штурм белой двери с загадочной табличкой "зам. зав. АХО ТТО".

 - Можно?
– Евгений просунул голову, но ответа так и не дождался. Пришлось войти целиком.

Интересно, что могло от него потребоваться зам. зав. что-то там кого-то там? Бред какой-то. Тупая бюрократия.

Сто восьмой кабинет оказался больше, чем подумалось сразу. Стол, кресло, кушетку и присутственный стул от остального пространства отделяла ширма, за которой вроде бы мелькнула чья-то тень.

 - Здравствуйте, я по направлению, - решительно заявил Евгений и тут же застыл. И не просто застыл. Врос в пол.

Перед ним, в белом халате с торчащим из кармана стетоскопом, стоял...

 - Ну, привет, маленький друг.
– Белозубая голливудская улыбка сияла на загорелом лице. Гусиные лапки вокруг смеющихся зелёных глаз почти не угадывались, а вот морщины, пересекающие высокий лоб, напоминали борозды.
– Удивлён?

Женя сглотнул. Попятился. На какой-то безумный миг показалось, будто ноги вот-вот подогнутся, и он рухнет на колени...

... перед Тем, кого надо забыть.

Господин. Теперь я твой Господин. Ты принадлежишь мне. Навсегда...

 - Ты правда думал, что убил меня?

Ничего такого Евгений не думал. В ночь побега он был слаб, как полудохлая мышь: бесконечные побои и истощение сделали своё дело. Женя помнил, как ударил его... своего Господина. С бешеной яростью и лютой ненавистью. Да вот только сил отправить гада на тот свет не хватило: проклятущий извращенец отлетел к стене, врезался в неё затылком и мешком повалился на земляной пол хижины. Но выжил.