Чтение онлайн

– Знаете что? – она резко поднялась.

Любящие мужчины испуганно посмотрели на нее снизу вверх. Тарусова выдержала паузу. Потом улыбнулась:

– Пойдемте в столовую. Ужинать пора! А насчет Натальи Ивановны я, так и быть, подумаю.

– Итак, господа присяжные, перенесемся мысленно в то роковое воскресенье. Оно обещало стать самым светлым, самым радостным днем в жизни Антипа Муравкина. Как же – крещение первенца! Петра Антиповича! Однако именно за праздничным столом начались ужасные события, приведшие в итоге Антипа на скамью подсудимых. Брат моего подзащитного Сидор, выпившей на радостях лишку, поссорился со своим работодателем купцом Осетровым, а после спешного ухода последнего принялся домогаться собственной невестки Маруси. Можно ли удивляться, что Антип кинулся на брата с кулаками? Нет! Ни один муж не способен спокойно взирать на оскорбления, наносимые целомудрию его супруги, и тому есть немало примеров из истории. Да любой из вас, господа присяжные, поступил бы точно так же!

За праздничным столом еще оставались гости, среди которых был местный околоточный Климент Сильвестрович Челышков. Он и разнял сцепившихся братьев. Проявив прозорливость, Челышков препроводил Сидора в кутузку, где тот провел последнюю в своей жизни ночь. Вы уже слышали…

Здесь Дмитрий Данилович отвлекся от исписанных листочков:

– Дорогая! Я хочу Климента Сильвестровича свидетелем защиты вызвать. Как думаешь, прокурор не станет возражать? В положенные сроки я его не заявил…

Тарусова пожала плечами. После бессонной предыдущей ночи, после всех злоключений вчерашнего дня княгиня спала как убитая, даже сновидения ее не беспокоили. Однако проснулась с сильной головной болью, словно не Диди, а она выпила вчера полбутылки коньяка. Сам же князь был на удивление бодр, с непривычных для него восьми утра расхаживал по спальне в халате, а когда Сашенька открыла глаза, принялся вслух репетировать будущую речь.

– Надеюсь, не станет, – ответил сам себе Дмитрий Данилович. – Так… На чем остановился? Ах да… Господа присяжные! Господин судья! Вы помните показания околоточного Челышкова? Утром следующего дня, прежде чем выпустить Сидора из кутузки, Климент Сильвестрович провел с ним воспитательную беседу. Муравкин-старший был полон раскаяния и дал клятву, что непременно извинится перед Осетровым и братом. Но… Увы и ах! Наглые притязания старшего приказчика давно вызывали у Осетрова понятное раздражение. Мечта Сидора стать компаньоном не была подкреплена ни профессиональными навыками, ни денежными возможностями. После инцидента на крестинах терпение Калины Фомича лопнуло. Явившемуся из кутузки Сидору он объявил о расчете.

Вот так, из-за собственной глупости, из-за пьяной болтовни Муравкин-старший лишился солидной должности, хорошего оклада, налаженной жизни. По русскому обычаю заливать горе он отправился в кабак. Мы вместе слушали показания полового Басяткина… Заявлен стороной обвинения, – пояснил Сашеньке Дмитрий Данилович. – Кратко их повторю: Сидор Муравкин появился в трактире «Дедушка» в десять утра и пьянствовал там до пяти вечера. Вероятно, пил бы и дальше, покамест не просадил бы деньги, полученные в расчет от Осетрова, но схлестнулся по пустяковому поводу с купцом из Вятки, который в трактире обмывал удачную сделку (пьяному Муравкину почудилось, что тот на него косо посмотрел). Сидор разбил об стол опустошенный им полуштоф [42] и двинулся с острым горлышком в руке на купца. Дебошира тут же скрутили половые, хозяин послал за городовым, но когда тот прибыл, оказалось, что Муравкин сбежал.

Никакого пристанища Сидор не имел, потому что проживал до этого у Осетрова. Куда он мог податься? Только к брату! К родному брату, которому помог снять и оплатить квартиру. Кстати, именно поэтому Сидор имел ключ от входной двери.

Стояла такая же, как сегодня, жара. В квартире было нестерпимо душно, поэтому Маруся Муравкина отправилась с ребеночком погулять. Сидор сначала стучал, а потом, не дождавшись ответа, открыл дверь своим ключом и вошел.

Сейчас сложно предполагать, что бы произошло, застань он дома Марусю или вернись она первой. Но раньше ее возвратился Антип. В тот день, как обычно, он должен был сделать две ездки с грузом, однако вторая не по его вине сорвалась. Открыв дверь, мой подзащитный увидел брата, с которым предыдущим вечером поссорился и подрался. Напомню еще раз, что причиной конфликта была попытка Сидора оскорбить честь Маруси.

Господа присяжные! Вы, конечно, удивлены показаниями Антипа. Он не помнит никаких подробностей своего злодеяния. Удивляться не стоит! Ревность – сильное, неуправляемое чувство. Увидев Сидора, мой подзащитный рассвирепел и потерял всякий контроль над собой. Разум его помутился. Медики именуют подобное состояние аффектом. Схватив первый попавшийся предмет – увы, им оказался топор, – Антип ударил Сидора по голове. Смерть, как вы слышали из уст сведущего эксперта, была мгновенной…

– Кто эксперт? – уточнила увлекшаяся Сашенька.

– Лешич, я его упросил…

Княгиня отметила про себя, что Лешич таки провел исследование и пришел к заключению о причине смерти.

Диди же продолжал:

– Господа присяжные! Хочу отметить факт: мой подзащитный не предполагал в понедельник застать у себя дома брата. Сидор навещал родственников только по воскресеньям, в свой выходной. То есть преступление, совершенное Антипом Муравкиным, не преднамеренное. Напротив! Это абсолютно случайное продолжение вчерашней драки. Той драки, подчеркну еще раз, в которой Антип Муравкин защищал целомудрие своей жены. Напомню вам, что согласно статьи 1471-й смертоубийство не вменяется в преступление, если защищалась честь женщины.

– Постой, Диди, постой! Ты хочешь добиться полного оправдания? – Сашенька на радостях присела на кровать.

Головная боль от неловких движений усилилась. Неужели мигрень?

– Нет! Что ты… Это невозможно! – развел руками Дмитрий Данилович.

– Почему?

– Потому что защищать целомудрие женщины в ее отсутствие невозможно! Вот если бы Антип застал брата за попыткой изнасилования…

– А ты скажи, что Маруся вернулась первой, Сидор к ней снова полез, и только приход мужа ее спас!

– Нет! Нет! Расценят как адвокатскую уловку! Эх… Если бы Муравкин не расчленял труп, если бы сразу привел Марусю в полицию и та бы повинилась…

Сашенька вспомнила доверчивое лицо Антипа и полные надежды глаза. Боже, она ведь пообещала вырвать Марусю из лап Осетрова! А Антип взамен согласился рассказать Диди правду.

– Дорогой! Тебе надо срочно переговорить с Муравкиным.

– Зачем?

Сашенька прикусила губу:

– Ну не знаю…

Что б такое придумать? Княгиня лихорадочно перебирала подходящие предлоги:

– Подбодрить, проинструктировать, узнать, как чувствует себя…

– Шура! Мне что, заняться нечем? Я и так из-за твоих фантазий вчерашний день потерял. А мне, между прочим, еще планы допросов составлять. Глянь, сколько обвинение свидетелей заявило! – Дмитрий Данилович сунул в руку жены листок. – И заключительную речь надо отрепетировать. Кстати, как она тебе?

Вот упрямец! Придется бить по больному.

– Ужасно!

– Ты серьезно? – Дмитрий Данилович побледнел. Сняв очки, нервно протер.

– Абсолютно! За твое непреднамеренное Антип сколько получит?

– От двенадцати до пятнадцати каторжных работ.

– А за преднамеренное сколько дают?

– Бессрочно! Статья 1451!

– В народе говорят: хрен редьки не слаще…

– Ну знаешь ли… Если двенадцать лет и пожизненное по-твоему – одно и то же…

– Диди, подумай! Пострадает безвинный!

– А что я могу сделать? Муравкины сами так решили. Хотя Марусю защищать было бы полегче – самооборона при попытке изнасилования. Думаю, можно было бы даже добиться оправдания. Ох, Господи… Все от безграмотности! Правы народники: народ надобно просвещать. В том числе и юридически…