Чтение онлайн

– Как тут красиво! – восторженно проговорила Зои, развеивая мои воспоминания.

Я подскочил на ноги и подошёл к ней. Настолько погрузился в свои мысли, что не услышал, как она поднимается по лестнице.

– Выглядишь великолепно, – отметил я, оглядывая её с головы до ног. Лёгкий макияж подчёркивал точёное лицо, а облегающая пурпурная тога выгодно подчёркивала фигуру.

Зои лучисто улыбнулась и взяла меня под руку.

– Покажешь тут всё? – с любопытством поинтересовалась она, оглядывая увитую цветами террасу и мастерскую, в больших окнах которой отражался закат.

– Может, сперва отужинаем? – сразу уточнил. Вдруг она голодна.

– Нет, сперва экскурсия, а потом будем набивать желудки, – она сглотнула, посмотрев на то, что нас ожидает на ужин, и я не смог сдержать смех.

У меня такая забавная, искренняя и слегка наивная невеста. Каждый раз, когда смотрю на неё, понимаю, что моя симпатия к ней разрастается всё сильней.

Сперва я повёл её в мастерскую. Ладони тут же вспотели, а мои движения стали рваными и нерешительными. Я ещё никого не приводил сюда. Здесь у меня хранятся особые работы, те, что я ещё никому не показывал.

– Можно прикасаться? – заранее спросила Зои, оглядывая мои творения. Лишь после того, как я ей разрешил, она стала касаться моих работ. Так аккуратно, будто в её руках не фигурка с дельфинами, выпрыгивающими над кораллами, а живая бабочка.

– Это символ нашего дома, – пояснил я. По улыбке понял, что она догадалась, но мне нужно куда-то день своё волнение.

– А это кто? – невеста взяла небольшое полотно с изображением эльфийки и требовательно посмотрела на меня.

– Это моя первая любовь, – не стал лукавить. – Несея. Я с ней познакомился ещё до нашего брака, – уточнил, чтобы не образовалось недомолвок. Мужчинам запрещалось смотреть на других женщин в присутствии своих жён. Но этот закон не распространялся на неженатых. Нам даже разрешалось дружить с незамужними девочками, чтобы лучше понять их природу.

– Красивая, – прокомментировала Зои, поставив полотно на место. – Тебя устраивает твоя жизнь? – неожиданно спросила она, а в глазах промелькнула грусть.

– Если ты о моих чувствах к Несеи, то я давно расстался с ними…

– Нет, я не об этом, – она присела на стул и сложила ногу на ногу. – Ты когда-нибудь задумывался о том, что хочешь сам выбирать свою жизнь? С кем встречаться, на ком жениться… Вот, будь твоя воля, ты бы взял в жёны свою первую любовь?

Я оторопел от подобных изречений. Они были похожи на идеи, что распространяют последователи Хаоса. Неужели мы упустили что-то с побратимами?! Быть не может…

– Нет, – запоздало ответил. – Я рад, что первородная богиня соединила мою судьбу с твоей.

Я хотел в это верить. И старался не допускать мысли о том, что будь у меня выбор, – моя жизнь сложилась бы совершенно по-другому.

По взгляду Зои я понял, что она ожидала услышать другой ответ. Но я не хочу себя подставлять, ни перед невестой, ни перед законами Лето.

– Тогда тебя устраивает то, что ты не единственный муж? – качая ногой, вновь задала шокирующий вопрос.

Как она может сомневаться во мне?!

– Конечно. Я глубоко уважаю законы первородной богини. Не будь таких правил, кто знает, что бы стало с теми девочками, которые по числу рождаемости уступают мальчикам.

Зои передёрнула плечами и скрестила руки на груди. Я подумал, что она замёрзла, и сходил ей за пледом. Только я захотел вернуться, как она вышла из мастерской и предложила всё-таки поужинать. Я улыбнулся, а напряжение между нами с каждым съеденным блюдом и выпитым вином потихоньку стало спадать.

– И тебе нравится быть учителем? – спросила у Иллая, который решил со мной поделиться тем, что он, оказывается, по субботам преподаёт в младших классах музыку.

Странно от него это слышать. В записях Зои не упоминалось, что он работает в школе. Там отмечено всего пару строк о том, к какой расе он принадлежит, что у него академическая степень по музыке и то, что он распоряжается всеми ювелирными салонами Коралловых Хребтов. И, к тому же, в мастерской русала я не увидела ни одного музыкального инструмента.

Разносторонность Иллая поражает, отчего я издала нервный смешок. Вот у кого нужно поучиться продуктивности. Муж времени зря не теряет. А меня в моём мире хватало только на дорогу до работы, поручения Ларки Педровны, дорогу домой и занятие йогой, которые посещала два раза в неделю.

– Конечно, – ностальгически улыбается он. Видимо, ему действительно нравится всесторонне развивать не только свои таланты, которых у него наберётся целый список, но и таланты других. Радует, что он не кичится ими; не жалуется, как ему тяжело их совмещать. А легко рассказывает, будто мы говорим на какую-то будничную тему.

Ещё меня радует то, что Иллай относится с теплотой к детям. Я тоже иногда люблю повозиться с карапузами и дать им какое-нибудь «супервзрослое» наставление.

«Интересно, а наши дети будут такими же красивыми?» – промелькнула мысль, от которой я сразу же начала отмахиваться рукой, будто это поможет мне развеять картинки о нашем совместном будущем, что я уже успела придумать.

– Комар? – встревоженно спросил Иллай, наблюдая за тем, как я размахиваю руками.

– Ага, – криво улыбаюсь. – Назойливый попался.

Русал уже собрался вставать с покрывал, но я его вовремя поймала за запястье. Опять что-то для себя решил и уходит. Партизан. Мне, конечно, льстит его забота. Но, когда он так молча пропадает, ничего не объяснив или спросив, – напрягает. А вдруг он уйдёт и не вернётся, потому что я ляпнула чего-нибудь лишнего?! Я ещё не до конца выучила его повадки…

– Всё в порядке, – улыбаюсь, поймав его решительный взгляд. – Кажется, он улетел, испугавшись твоих нахмуренных бровей.

Иллай улыбнулся, отчего складка, залёгшая меж его бровей, разгладилась. От него исходит такое невероятное тепло, согревающее изнутри, что я не сдерживаюсь и целую его.

Русал не оставляет мне выбора своей лучистостью, нежностью и притягательностью. Каждый раз, когда я его вижу, он вызывает во мне трепет. Ощущение, будто он водит по моему телу невидимой, пушистой кистью, от которой появляются мурашки, а внутри всё млеет от возбуждения. И меня совсем не страшит мысль, что рядом с мужем я становлюсь беззащитной.

Там, в своей жизни, я не могла позволить себе такую роскошь. И зажималась каждый раз, когда меня касался бывший мужчина. Но с Иллаем я раскрываюсь, как цветок, который напитался влагой тёплого летнего дождя. И во мне всё отчётливее приходит осознание, что я хочу большего. Даже несмотря на то, что мой разум помутился от желания.