Чтение онлайн

— Все планы псу под хвост!

В сильнейшем раздражении, Советник хлопнул пивной кружкой по забрызганной разлитым пивом столешнице, ещё больше добавив грязи на её липкую, грязную поверхность.

— Который уже день тут сижу! Нет бы, сказать на таможне, что везу эту штуку для собственного пользования. Заплатил бы какой-нибудь небольшой налог за провоз негабаритного груза, тем более что с меня, как с барона много не возьмут, и спокойно бы сейчас мы с тобой разбирались со своими делами в Кязиме.

— Нет! Сказал правду, что везу на испытания артиллерийское орудие, — Барон в сильнейшем раздражении снова хлопнул днищем своей кружки по столу, окончательно расплескав его содержимое. — Ну кто, спрашивается, старого дурака за язык тянул.

Тьфу же ты какая гадость! — окончательно расстроился барон, брезгливо отряхиваясь от брызг. — Даже пиво какое-то дрянное, кислятина.

Сейчас опять придётся идти к этому ублюдку, доказывать что ты не верблюд и ты не торговец оружием.

— А разве торговля оружием уже запрещена? — неприятно удивился Сидор. Улыбка, появившаяся было на его лице при виде расстроенного Советника, медленно сползла с его лица. — Мне всегда казалось, что как раз оружием то через перевал всегда можно было торговать. И все, кстати, им активно и торгуют.

— Последнее время нет, — угрюмо бросил барон, заглядывая в пустую кружку. — Огнестрельное оружие под запретом. Особенно трофейное.

— Мечи, арбалеты, луки, стрелы, копья…, - Советник мрачно посмотрел на Сидора. — Да всё что угодно и сколько угодно. Всё, кроме огнестрельного оружия. Оно под особым запретом.

— Стоп. Подождите, Советник, — Сидор удивлённо смотрел на него. — Мортира же моя. И, насколько я помню, вы же сами утверждали, что на этом перевале у баронов де Вехтор есть какие-то льготы. Собственно, из-за чего я сейчас и здесь, а не разбираюсь со своими многочисленными делами в городе. И мортира — пневматическая. А пневматика — это точно не огнестрел. Это воздух! Пневматика — это же воздух.

— Действительно, — несколько озадаченно Советник потряс головой, словно отгоняя от себя мух. — Не огнестрел. И что? — пьяно посмотрел он на Сидора. — Хочешь сказать…, что надо было… надо было…

— А-а-а? — в лёгкой озадаченности глядел он на Сидора. — А что мы собственно теряем? Пошли, — мотнул он головой, приглашая. — Сходим вместе к этому Управляющему. Глядишь, чего и получится. А то я один бьюсь, бьюсь. И всё как об стену горох…

Когда спустя полчаса они оба выходили из здания Управляющего Совета, выражение лиц у обоих было несколько странное. Мортиру, простоявшую несколько недель без движения на перевале, без звука пропустили, о чём незамедлительно тут же и выписали барону Сидору де Вехтор все соответствующие бумаги.

Забившись после похода в Управу теперь уже в комнату к Советнику, они оба долго молча сидели за столом, недоверчиво глядя в глаза друг друга, пока Советник, наконец-то не выдержав, первым не начал:

— Ты мне можешь сказать, что это такое было?

— А ты? — настороженно взъерошенный Сидор отфутболил Советнику его же собственный вопрос.

— Сколько времени они мурыжили меня своими тупыми домогательствами, чтобы я им объяснил, что это такое я везу в такого странного вида большой колеснице, а тут без звука выдали пропуск на беспошлинный проезд. И всё!

— И только по одному твоему голословному заявлению, что это шумовая мортира для охраны торгового обоза барона де Вехтор. Ворон разгонять и бандитов отпугивать! Звуком!

Пошутил, называется, — Советник недоумённо почесал затылок, совершенно ничего не понимая.

— Да-да! — кривляясь, передразнил он таможенника. — Я уже слышал о вас господин барон! Всё готово, господин барон. Пожалуйте бумаги на проезд, господин барон! — ёрнически изобразил он услужливое поведение столько времени досаждавшего ему наглого таможенника.

Сидор с недоверчиво недоумевающим выражением лица смотрел на буквально потрясённого Советника.

— Советник, трамтарарам, объясни! Что это такое было?

Я же им даже бумаги свои не показал. Ничего кроме своего перстня. Того, что ещё ты мне год назад передал. И даже обычной заявки на проезд в сторону Приморья не написал, о которой мне тут все уши прожужжали.

Ничего!

Сам, только этим утром, буквально пару часов назад сюда с отрядом прибыл. И что?

И оказывается мне уже все бумаги на проезд подготовили?

Ничего не понимаю, — недоумевающе пожал он плечами.

Советник, что происходит?

— А вы, господин Сидор, оказывается, известная здесь личность, — задумчиво смотрел на Сидора не менее озадаченный Советник. — Стоило вам сказать, что эта мортира ваша, как вам тут же и пропуск в зубы, и вали, мол, дорогой ты наш барон, отсюда, только не задерживайся, — с лёгким оттенком недоумения на лице, Советник задумчиво хмыкнул.

— А о чём вас, барон, в секретариате ещё спросили? Помимо перстня и того, чья эта мортира?

Барон, не выказывая явного интереса, бросил мимолётный, внимательный взгляд на задумчиво вертящего в пальцах небольшой кухонный ножик Сидора, который тот, по рассеянности взяв со стола, теперь не знал куда деть.

— Медальон попросили показать. Я спросил что это такое. Ничего не ответили и попросили показать перстень. Показал.

— Медальон — это именной медальон таможенника, — тихо проговорил Советник. — Даётся только тем, кто имеет право заседать в Совете. И ещё был выдан основателям. То есть у рода де Вехторов он должен был быть.

— Пропал очень давно, лет пятьдесят назад, во времена здешней смуты. После чего род де Вехторов вывели из Совета, до момента пока они не вернут себе медальон.

— Ага, — глубокомысленно хмыкнул Сидор. — Очень удобно. Нет медальона — нет членства в Совете. И соответственно нет кучи льгот.

— Я правильно понимаю? — глянул он на Советника.

— И ещё он не восстанавливается, — согласно кивнул тот головой. — Выдаётся один раз, один на весь род, и в случае утери…,