Чтение онлайн

Поэтому, чтобы выжить, мы должны уничтожить наших врагов. Всех. Сделать же это можно в одном единственном случае — если у нас будет своя дружина. Большая, мощная, прекрасно вооружённая и великолепно обученная дружина. Имеющая опыт боёв и не боящаяся крови. Ни своей, ни чужой.

И ваше новое дело, которым вы весь последний год занимались, прекрасно подходит для того, чтобы на базе вашего торгового каравана сформировать такую дружину. И ваш Корней, которого вы так охаяли, показал, что он опытный педагог и прекрасный учитель, способный из любого сырого материала сделать великолепных воинов. Воинов, по уровню ничем не уступающим самым великолепным бойцам этого континента, так называемым "волчьим вдовам".

И что ещё более важно, — Изабелла замолчала, внимательно глядя на него, и спустя пару долгих мгновений медленно, тихо проговорила. — Я, баронесса Изабелла де Вехтор, на полном серьёзе утверждаю, что я могу предоставить вам людей для этого.

И это будет стоить совсем не так дорого, как вы думаете. По крайней мере, намного дешевле, чем вам сейчас обходится годовое содержание охраны вашего торгового каравана с жалкими несколькими сотнями егерей.

Сколько вы на них за прошедший год потратили? — ехидно поинтересовалась она. — Сто тысяч золотых? Двести? И это на сколько человек охраны? На сто? Двести?

— На тысячу человек, — враз заледеневшим голосом проговорил Сидор. Расходы на охрану обоза были самой болезненной темой и ему совершенно не хотелось сейчас затрагивать эту болячку. — Триста — это постоянная, если хотите — списочная численность каравана. Плюс двести пятьдесят человек сейчас лечится в госпитале, раненые. Подчеркну — только человек. ни ящеров, ни амазонок пока не читаем. И две группы по сто пятьдесят человек составляют отряды обеспечения. Из них первый отряд это дежурный обоз, доставляющий закупленный в Приморье товар в Гуано и обратно, и ещё полторы сотни человек на обе крепости: Тупик и Гуано. По семь десятков в каждой крепости.

— И два отдельных отряда, в помощь работающим по шерсти амазонкам в горах и предгорьях. Но там всего то с пол сотни егерей. Мелочь, можно не считать.

— Это то, что непосредственно завязано на обоз. Две с чем-то сотни, что рассосались здесь по заводам, на отдых и лечение, я пока не считаю.

— Сто сорок тысяч полновесных имперских злотых, — холодно отчеканил Сидор. Упоминания о безумных тратах на содержание всего лишь чуть более тысячи человек, прошедших за этот год через их караван, было ему неприятно. — Это, не считая стоимости амуниции, лошадей, телег и прочего скарба. На это ещё добавьте тысяч двадцать, тридцать.

Грубо считая, со всеми выплатами на лечение, поминки семьям погибших и прочее, за этот неполный год на содержание этой тысячи егерей, мы потратили около двухсот тысяч злотых. То есть в год один человек нам реально обходится в двести злотых.

— А содержание СВОЕГО ратника вам будет стоить на порядки меньше, — тихо проговорила Изабелла.

Содержание одного рыцаря в наших баронствах стоит не более ста золотых в год. И это о-очень высоко оплачиваемый рыцарь. Как правило с о-очень редкой специальностью. Какой-нибудь особый стрелок, хирург или что-то вроде того.

У вас же за обычного ратника приходится платить двести. А у нас, обычный ратник стоит в год десять золотых, а то и того меньше. В год! У Вас — двести. Чувствуете разницу?

— Бессмысленный разговор, — равнодушно поморщился Сидор. — Совершенно пустые подсчёты. Я прекрасно знаю, что большую часть этого безумно большого заработка наши егеря отправляют домой и это является собственностью кланов, из которых они пришли. Я прекрасно знаю, что на самом деле из среднемесячной зарплаты в десять злотых, моему егерю достаётся один, полтора злотых. В лучшем случае, если сумеет договориться со своими старейшинами — три. Остальное он отдаёт своему клану на его развитие и семье.

Я прекрасно знаю, что мне фактически за такую безумную сумму просто продают необученных людей. Я их обучаю и, в конце концов, отдам со временем обратно в те кланы, откуда они пришли, как только у кланов возникнет в том необходимость.

Заметьте, — горько усмехнулся он. — У кланов, а не у меня.

И всё равно, мне это выгодно. Сверх доходы на торговле покрывают даже такие безумные издержки.

Не знаю как будет потом, но пока это так.

И потом, у меня нет выбора. Я не могу нанять людей где-нибудь ещё.

По той простой причине, что никто мне этого не позволит! — заорал он в полный голос прямо в лицо Изабелле. — Городской Совет, что в нашем Ключе, что в любом другом городе Левобережья НЕ ПОЗВОЛИТ существования в городе чужой НАЁМНОЙ дружине. Только из своих. А свои — это клановщики во всех формах и видах. Потому и стоит мой егерь в десятки раз дороже вашего дешёвого ратника.

Потому у нас и не прижились ни ваши бароны, ни их дружины, что городские Советы ВСЕХ городов Левобережья не позволяют никаким затесавшимся в их среду баронам держать в городе свою дружину. Если только не на время для каких-либо экстренных нужд, — уже намного тише и спокойнее закончил он. — Поэтому, весь этот разговор, считаю просто безсмысленным.

— А вот это, не совсем так, — Изабелла, чуть наклонив в его сторону голову, посмотрела прямо ему в глаза. Похоже, вспышка Сидора на неё впечатления не произвела. — Это, — выделила она голосом, — совсем не так.

Тут всё дело в юридических тонкостях местного законодательства. Всё построено именно на них, на тонкостях и закавыках местных сутяжников и стряпчих.

И вот согласно им мы можем нанять себе дружину. Точнее, не мы, а ВЫ, барон, можете нанять себе дружину. И никакой Совет никакого Левобережного города и слова нам не скажет.

И самое смешное, что наймёте вы коренных местных жителей. И столько, сколько сами захотите.

— Да ну? — скептически ухмыльнулся Сидор. — Что-то, сколько ни пытались мы за последнюю пару лет это сделать, ничего не вышло. Не идут-с, — ернически развёл он руки в стороны, хлопнув себя по бокам.

Несмотря на железную уверенность, отчётливо прозвучавшую в голосе Изабеллы, он не верил ей ни на грош. Собственный тяжёлый отрицательный опыт убеждал в обратном.

— Вся хитрость в том, дорогой мой муженёк, что жителем города Старый Ключ вы стали раньше, чем стали бароном, — усмехнулась Изабелла, прекрасно понимая его недоверчивость. — И у вас в городе есть свой клан. И он фактически городскими властями давно признан. Поэтому вы совершенно спокойно можете набрать себе любую дружину, какую захотите. Для них, для городских властей, это будет ваша клановая дружина. А это допускается. Даже более того — впрямую поощряется.

— Ерунда, — Сидор упрямо мотнул головой. — Я разбирался в этом деле и точно выяснил, что никто со стороны людей в свою дружину не набирал. Ни в нашем городе, ни в любом другом городе Левобережья. Только если человек сам прибыл в город и сам тут нанялся, как беженец или переселенец. Потому и такая конкуренция у городских кланов за переселенцев или беженцев с границы, что никто со стороны не может нанять себе людей.

— А почему? Вы не выясняли? — усмехнулась Изабелла.

— Потому что из баронств сюда приток людей закрыт. Не пускают. А беглецов мало, их, практически всех, по дороге ловят, — сердито огрызнулся Сидор. Безсмысленный разговор начинал уже не столько утомлять, сколько раздражать.