Чтение онлайн

Гомер сорвался с кресла, взглянул на часы и подумал: "Как всегда, парикмахер опоздает ровно на семь минут, а потом, как всегда, быстро войдет, как всегда, потрет руки и, как всегда, скажет: "А, я вижу, мы уже открыты и готовы к приему клиентов!" И еще Гомер подумал, что давно уже в их городе все так тихо и спокойно и не происходит совсем ничего интересного.

– Доброе утро, Гомер, - сказал, входя, парикмахер.
– А, я вижу, мы уже открыты и готовы к приему клиентов!
– добавил он, потирая руки.

– Доброе утро, мистер Биггз, - ответил Гомер, с тоской и скукой наблюдая за тем, как парикмахер медленно, как всегда, снимает пальто и шляпу, а потом, как всегда, вешает их на третий крючок слева от двери и, как всегда, говорит: "Ну вот, здесь и повесимся!"

"Сейчас он напялит свой защитный козырек от света, - подумал Гомер, наденет белую куртку без двух пуговиц, вынет бритву из белой коробки с надписью "Стерильно!" и начнет эту бритву править, сначала на оселке, а потом на ремне..."

Все это парикмахер и проделал, словно подчиняясь мысленному приказу Гомера, а когда дело дошло до правки бритвы, дверь отворилась, и Гомер, не глядя, мог с уверенностью сказать, что вошедший был не кто иной, как шериф.

– Здравствуйте, шериф, - сказал Гомер, не поворачивая головы к дверям.

– Привет всем, - сказал шериф и уселся в кресло перед зеркалом.

Парикмахер уже заканчивал брить шерифа, а Гомер успел уже начистить до блеска оба шерифова ботинка, когда дверь пропустила еще одного посетителя, и Гомер мог, не видя, поспорить на что угодно и с кем угодно, что вновь пришедший был не кто иной, как его дядюшка Одиссей, и что первые его слова будут:

"Что нового?"

– Что нового?
– спросил дядюшка Одиссей.

Гомер молча покачал головой, парикмахер сказал "ничегошеньки", а шериф зевнул и произнес:

– Дела, как на парусном корабле во время штиля.
– Свежих журналов нет?
– с надеждой спросил дядюшка Одиссей, окидывая взглядом давно знакомую кипу.

Не дождавшись, как всегда, на свой вопрос ответа, дядюшка Одиссей, как всегда, зевнул, посмотрел в окно и...

– Эй, поглядите-ка!
– закричал он во всю мочь. И все подскочили к окну, чтобы получше увидеть, как Далей Дунер, этот самый невыносимый, по выражению судьи, из горожан, мчится через всю площадь вместе с юристом Гроббсом, даже забывая сплевывать на ходу и чиркать спичками о постамент городского памятника.

– Что-то наверняка случилось!
– догадался парикмахер.

– Куда они могут так бежать?
– подумал вслух дядюшка Одиссей.

– Похоже на то, что они боропятся в танк, - сказал шериф, - то есть я хотел сказать - торопятся в банк.

– Банк открывается только в полдесятого, - сказал Гомер. Но все тут же увидели и услышали, как Далей Дунер забарабанил в дверь банка и закричал:

– Откройте! Открывайте скорей!

И все стали свидетелями того, как за две минуты до положенного времени двери банка отворились и Далей Дунер вместе с юристом Гроббсом ворвался внутрь.

– Первый раз за всю мою жизнь вижу, чтобы банк открылся раньше времени!
– воскликнул дядюшка Одиссей.

– Далей чем-то подозрительно взволнован, - сказал шериф.
– Обычно ему некуда спешить так рано.

– Послушай, Гомер, - сказал парикмахер, открывая кассовый ящик, - тут мне нужно, я совсем забыл, разменять пару долларов. И помельче... Сбегай-ка в банк, если не трудно.

– Хорошо, мистер Биггз, - ответил Гомер и помчался через площадь.

Некоторое время оставшиеся в парикмахерской молча стояли у окна, потом дядюшка Одиссей сказал; - Слышите? Далей Дунер что-то кричит...

– Кажется, я разбираю слова "сто тысяч", - прошептал парикмахер.

– Да нет, - возразил дядюшка Одиссей, - он просто кричит "все к черту!".

– Вот Гомер идет, - сказал шериф.
– Сейчас узнаем, из-за чего там весь сыр-бор... Ну, что же случилось, сынок?
– обратился он к вошедшему Гомеру.

– Он выиграл сто тысяч?
– спросил парикмахер, протягивая руку за своими двумя долларами мелочью.

– Кого он посылает к черту?
– спросил дядюшка Одиссей.

– Чего же он хочет?
– спросил шериф. И вот что ответил им Гомер:

– Далей хочет получить сто тысяч и, может быть, получит их. Его дядюшка Дерпи Дунер умер в Африке от лихорадки и оставил ему наследство. Все, что у него было.

– Ну и что тут сходить с ума?
– сказал дядюшка Одиссей.
– Ведь это же хорошо.

– Да, теперь он будет богатым человеком, - сказал парикмахер.

– И перестанет быть самым невыносимым из горожан, - добавил шериф.
– Да нет, - сказал Гомер, - никаких денег он не получил. По крайней мере, пока. А получил только немного земли и на ней старую заброшенную оранжерею, где его дядя когда-то делал свои опыты. Что-то там сажал или выращивал. До того, как уехал в Африку.

– Я полагаю, этот дядя заработал немало деньжат, - сказал парикмахер.

– Ясное дело, - согласился шериф.
– Наверняка какой-нибудь уменитый значений...

то есть я хотел сказать - знаменитый ученый, который ездит по всему свету...

– Не знаю, - сказал Гомер.
– Только Далей и юрист Гроббс не могли найти никаких денег, хоть перерыли все бумаги и документы. О деньгах нигде ни слова не сказано. Только про участок и про теплицу. Да, а еще они нашли в конверте ключ от сейфа. В нем, наверно, все деньги и лежат! Только Далей очень разозлился:

столько бумажек его заставили подписать, а все без толку.

Сейчас они пошли открывать железный ящик... номер сто тринадцать...

Дядюшка Одиссей прислушался и произнес:

– По-моему, там уже все утихло. Пойду-ка разменяю немного денег. Совсем нет мелочи для сдачи.

– Ох, черт, - сказал шериф, - все время забываю. Позарез нужна новая книга для учета задержанных.

Парикмахеру тоже показалось, что мелочи у него все-таки маловато, и все направились в банк.

Когда они вошли туда, заведующий банком как раз отпирал тяжелую железную дверь в комнату, где хранились деньги и другие ценности.

– Входите, мистер Дунер, - сказал заведующий.
– Вот он, ящик вашего родственника, видите? Номер сто тринадцать.

– Ну, посмотрим, как сказал слепой, - проворчал Далей, вставляя ключ в замочную скважину сейфа.

Шериф, парикмахер, дядюшка Одиссей и Гомер - все толпились в большом зале за решетчатым барьером и, отталкивая друг друга, пытались увидеть, что происходит сейчас за тяжелой железной дверью.

Далей вставил ключ, повернул раз, другой и выдвинул железный ящик. Теперь надо было откинуть крышку, что Далей и сделал, испытывая некоторое волнение. Он открыл крышку, заглянул в ящик... и громко закричал.