Приключения Хуана ибн Куку. Книга первая
Шрифт:
А что случилось с золотом? – спросишь ты. Этого никто так и не узнал. Думаю, что оно осело в карманах Падишаха. Абдурахман наверняка знал об этом, но помалкивал до поры до времени. Более того, он, скорее всего, знал, как пробраться к этому золоту, но для этого ему нужен был помощник: человек новый и чистый, которого никто не знал бы, и который не знал бы всю эту грязную историю про деньги. Вот поэтому, как ты понимаешь, их встреча должна была состояться.
А было это так.
– Что же ты стоишь на дороге, мешаешь людям ходить? – бойко прокричал старик Абу, завидев Хуана. Затем, присмотревшись, он сменил тон на более мягкий:
– Кроме того, тебя может сбить арба или всадник на лошади, может лягнуть мул или плюнуть верблюд! Мало ли чего может произойти! Сойдем с дороги, мой друг!
Да-да, именно так в книге была описана их встреча! Тебе ничего она не напоминает? Ну, конечно же! Уличный торговец, который продал мне книгу!
Как говорил Хуан ибн Куку Великий и Прекрасный – свойственно торговцам и хитрецам скоро и запросто называть людей своими друзьями!
Я от себя добавлю – если незнакомец назвал тебя вскоре после знакомства Другом – будь готов к тому, что вскоре же он попросит тебя о дружеской услуге!
У тебя есть вопрос? Спрашивай! Ты, наверное, хочешь спросить – как различить настоящего друга от ненастоящего, да? Как я догадался? Ну, это же так очевидно: после семьи в жизни самое главное – это Друг!
Отвечу коротко, как отличить настоящего друга от ненастоящего: друг не попросит ни о чем, никогда!
Именно таким другом был для всех Хуан ибн Куку! Он не просил никогда ни о чём, но делал всё, о чем его просили, так как всех считал своими друзьями! Я стараюсь поступать так же, как он, но у меня это пока что не всегда хорошо получается. У него это получалось лучше всех!
Вот так Хуан повстречал старика Абу Абдурахмана Абу-Сингха!
Всегда, когда люди стоят на обочине дороги, то, как правило, один из них решает, в какую сторону он поведет другого, и этого не произойдет, если оба уже идут в одном направлении (как это было в караване с Нириадой, например).
Но Хуан об этом еще пока не знал. Через многие годы, стоя под парусом на палубе быстроходной шхуны, он окончательно понял эту истину: двое не могут плыть на одном корабле в разные стороны!
Ветер Абу-Сингха наполнил паруса Хуана – скажем так.
– Как зовут тебя, о юноша? – спросил Абу-Сингх.
– Хуан.
– И всё? – удивился старик.
– Да.
– Ну, вот меня зовут Аба ибн Абдурахман ибн Абу-ибн-Сингх! – он нарочно вставлял «ибн» перед каждым именем, чтобы было звучнее.
– Сие означает, что я Аба – сын Абдурахмана сына Абу сына Сингха! Сиречь мои пращуры и мои предтечи! – вознесся старик, гордясь собой и своими пращурами.
– Я не знаю, чей я сын! Я знаю только одну… – Хуан хотел было произнести имя Надириад, но осекся, не зная, как продолжить – к его горлу подкатил комок, еще немного и… Если бы он произнес ее имя, было бы совсем все плохо! Об этом он тоже не знал!
Как же плохо ничего не знать.
Лучше тогда больше молчать.
А старик уже не мог просто так стоять на месте, и тут же его понесло:
– О, великий всемогущий, всемилостивый Аллах! Что же творится под солнцем твоим! Бедные дети не знают родства своего и племени! Носит их по свету! Бедное, бедное дитя! – причитал он громко, так, что прохожие останавливались.
Кстати сказать, Хуан не был сирота! У него была мама, каждый день она покупала газеты, в надежде узнать что-либо о сыне, и молилась о нём! Каждый день! Был у него и отец, который бороздил моря на быстроходной шхуне «Жюан», в надежде отыскать сына!
Сейчас ты можешь просто взять и позвонить маме или папе, бабушке или дедушке и сказать, что ты, например, поехал в Африку или пошел в магазин за конфетами, и что скоро вернешься, а в сказке такое невозможно. Может быть просто потому, что никому в голову не пришла мысль придумать телефон? Но зато пришла мысль придумать ковер-самолет, хотя летать на нем совсем неудобно – нет мягкого кресла, и не с кем поговорить, и во время полета никто не принесет тебе вкусную газировку. Странно, не правда ли? Странно, что мы можем сделать в жизни то, что невозможно даже в сказке! Хотя всё должно быть совсем наоборот, не так ли? Так что, позвони маме и скажи, что у тебя все в порядке! А если твоя мама, вдруг, знает маму Хуана, то пусть она передаст ей, что и с ним тоже сейчас всё в порядке, что он родился под счастливой звездой, а сейчас вот стоит под зноем и разговаривает с каким-то старичком.
– Тебе нельзя жить без полного имени! – не унимался старикашка, – как ты будешь подписывать бумаги? Как ты собираешься вести дела и составлять купчие? Как ты собираешься без имени разбогатеть и взять в дом жену? Ни в одном суде ты не сможешь ничего оспаривать и выступать в свою защиту, если не имеешь имени!
– Я обхожусь прекрасно и без всех этих вещей! – ответил простодушно Хуан, но старик нещадно тащил наживку за крючок, так как увидел, что слова «в свою защиту» возымели действие!
Страх оказаться беззащитными заставляет нас брать на себя дополнительные обязательства, которые, как нам кажется, нас защитят, но они только все усложняют, — так написал Хуан в своих рассказах.
– Конечно, я мог бы дать тебе свое имя, но, боюсь, это пока не представляется возможным! У меня столь высокие покровители, и они не поймут меня! – говорил куда-то в сторону старик, изредка поглядывая на собеседника, хотя Хуан его уже не слышал, а думал о своих родителях, тщетно пытаясь что-либо вспомнить. Вместо этого в голове у него всплывала сказка про кукушку, которую Надирь читала ему в своей книжке – единственная ценность, которой она дорожила! Сказка была о том, как кукушка подбрасывала своих птенцов в чужие гнезда, в которых её птенцы росли и, вырастая, вели себя, как другие птицы, не смотря на то, что над ними смеются. Смысл сказки был в том, что какой бы ты птицей себя не считал, ты все-равно будешь тем, кем родился. Хотя Хуан пока не понимал, какое отношение это может иметь к людям, ведь у людей нет расцветки перьев, таких разных когтей и клювов…
– Значит, родители у тебя того, ку-ку? – задумчиво сказал старик,
Хуан вздрогнул от этих слов!
– Нет! Это значит, что меня будут звать Хуан ибн Куку! – сказал юноша, и зашагал прочь.
И кто знает, как бы все сложилось, если каждый пошел бы своей дорогой? Но у дорог есть свойство переплетаться. Можно идти по ним в разные стороны, перескакивать с одной на другую, но обязательно мы будем с кем-то сталкиваться на этих дорогах – все мы по ним ходим в этой жизни и в этой сказке.