Чтение онлайн

— И я так думаю,— поддержал его заяц Сивко.

Он сидел на ковре из опавшей хвои и играл с божьей коровкой. Та ползала по его передней лапе, а Сивко ждал, когда она улетит. Подняв лапу, он прошептал: «Божья коровка, куда полетишь?» А божья коровка помахивала крылышками и никуда не улетала.

— Учтите, — начал волк Кафявко,— что вон там кончается лес. И оттуда до той горы, на какой гнездо Каменара, пойдут кусты и трава.

— И скала,— дополнил Сивко.

— Точно — кусты, трава и скала. Там негде укрыться, нельзя быть незамеченным.

— Всё это так, и потому надо придумать что-то особенное,— сказал Мецан.

Все замолчали. Сивко продолжал наблюдать за божьей коровкой и про себя говорил: «Божья коровка, куда полетишь?», но в то же время он думал и об орле Каменаре и о своих делах. А божья коровка то распускала крылья, то снова складывала. От сосны вдруг оторвалась шишка и ударила ежа Таралежку прямо по морде.

— Нападение! — вскрикнул он и сразу же свернулся, выставив свою колючую броню.

Члены военного совета хохотали от всего сердца. Мецан смеялся до слез, а волк Кафявко катался от смеха, и, когда встал, вся его шерсть была утыкана сосновыми иголками. Даже Лисан, у которого была особая причина быть грустным, улыбнулся и сказал:

— Ах, этот Таралежко!

Повеселевшие члены совета снова собрались в круг.

— Хорошее дело — смех! — заметил Мецан.— Вы чувствуете, как мы освежились? Правду говорят, что жизнь без смеха немыслима. А как мало мы сделали для того, чтобы в Тихом лесу чаще слышался смех.

— Чувствую, что если ещё немного посмеюсь, то внесу ценное предложение,— сказал Кафявко.

— Ну-ка, Таралежко, рассмеши, и дело пойдёт.

Но Таралежко стоял в стороне, нахмуренный и обиженный.

— Так всегда бывает,— сказал Мецан,— когда все смеются, то обязательно кто-то один сердится.

— Эй, божья коровка, ты еще ползаешь по мне? — спросил Сивко.

Божья коровка вдруг расправила крылья и улетела.

— Друзья! — закричал Сивко. — Поведение этой божьей коровки меня удивляет.

— Почему? — поинтересовался Таралежко.

— Ну, как сказать?.. Подозрительной она мне показалась: все время вертелась среди нас и внезапно куда-то улетела.

Мецан стал серьёзным.

— Мы о наших планах говорили?

— Конечно,— сказал Лисан.— Говорили о гнезде… как проникнуть в него.

Военный совет молчал.

— Глупость допустили,— вздохнул Мецан.

— Мы же на чужой территории, а как-то об этом не подумали.

— А о чём надо было думать? — спросил волк Кафявко.

— Что среди нас может быть чужой.

— Ты хочешь сказать, что эта маленькая божья коровка… э-э… по всей вероятности, шпионка?

— Да,— строго ответил Мецан.— В этом я почти уверен.

ивотные подходили к Больщому бору, располагались возле него и отдыхали. Они были спокойны. Что им делать дальше, об этом думал военный совет. Они его избрали, выразили ему доверие и знали, что он никогда не будет злоупотреблять этим доверием. На Мецана и его помощников всегда можно было положиться.

И потому-то сейчас военный совет был в тревоге. Каждый член совета думал о том, какую оплошность допустили они, почему не сообразили, что военное положение требует большой бдительности.

— Может, сообщим всем о божьей коровке? — тихо спросил Кафявко.

— Думаю, что рано, — ответил Мецан.

— Ну что может сделать какая-то божья коровка? — отозвался заяц Сивко.

— Всё,— решительно сказал Лисан.— Она поняла, что мы пытаемся проникнуть в гнездо Каменара.

— И вы думаете, что она об этом сообщит орлу? — спросил Сивко.

— Не знаю,— мрачно ответил Мецан,— но всем понятно, что вертелась она тут неспроста.

— Но зачем ей сообщать орлу? — спросил заяц Сивко.

— Божья коровка живёт в этом лесу. Здесь сильнее орла Каменара никого нет. Представьте себе, что она захочет задобрить орла и предаст нас. Снова наступило тягостное молчание.

— Обратимся за помощью к диким козам, — нерешительно предложил Таралежко.— Орёл Каменар их смертельный враг. А козы могут взбираться на неприступные скалы.

— Бесполезно! — нахмурился Мецан.— Скала гладкая и обрывистая, как стена. Каменар живёт там сто лет, и его никто не беспокоит.

— Таралежко, ты рассуждаешь, как лягушата Потривко и Скоклю,— заметил Сивко.

— Но что-то нужно же предлагать, делать, о чём-то думать…

— Ах, какая тварь, ничтожное насекомое с красными крылышками и точками! Украшение природы, а на какую подлость способна! — возмущался Мецан.

— Вы уверены, что божья коровка сможет долететь до гнезда Каменара?— спросил Сивко.— Ведь от леса до гнезда не меньше километра, а вверху сильное воздушное течение.

— Она долетит до известного места, а оттуда полезет выше. Божья коровка может ползать по скалам.

— Это отнимет у неё много времени.

— Точно, — подчеркнул Мецан. — А за это время мы всё должны сделать. Если опоздаем, то всё погибло! Каменар примет меры… Ах, если бы представился случай схватиться с ним в поединке!

— Он на это не пойдет — сказал Сивко.

— Проклятая божья коровка! — разозлился Лисан.

— Знал бы, задавил её, — вспылил и Сивко.— Маленькая ничтожная мушка, а сколько в ней хитрости и предательства!

— Смотрите! — закричал Таралежко. — Смотрите туда, где бор!

Слова Таралежки были тревожными. Все мгновенно повернулись и увидели, что к ник летят три божьи коровки. И удивительно, что они, не боясь, приближались и приближались. Вот они сделали небольшой круг и сразу сели на самую тонкую ветку большой сосны.

— Вы наши пленные! — закричал им Мецан. — На сосне над вашими головами сидит стая голубей. Стоит мне дать знак, и вы в две секунды будете уничтожены.

— Добрый день! — спокойно поздоровалась одна божья коровка.

Члены военного совета переглянулись.

— Та божья коровка, что слева, наша знакомая,— прошептал Сивко и крикнул ей: — Эй, бессовестная, чего ты хочешь?

— Надо поговорить,— ответила одна из незнакомых божьих коровок. Она была большая и говорила спокойно, без опасений за свою жизнь, будто речь шла о том, какая будет завтра погода.— Чего вы смотрите испуганно? — улыбнулась она.— Давайте поговорим!