Чтение онлайн

Они ускользнули от него, и это приводило Мкопане в ярость, хотя его лицо не выражало никаких эмоций. У усталых воинов не было сил бежать дальше, что преследовать убегающих жителей басутской деревни. Мкопане повернулся назад и шагнул к колодцу. Один из подчиненных достал полное кожаное ведро воды, и вождь зулусов вдоволь напился, потом вымыл пыльное лицо и руки. Он отпустил большую часть телохранителей, чтобы те могли поучаствовать в разграблении деревни. Здесь они ему не понадобятся.

Басуты настоящие "пожиратели грязи", возятся в земле, выращивая кукурузу. Их окружают вонь и грязь сотен других, таких же, как они сами. Истинный воин живет свободно и гордо, не привязанный ни к какому месту, а то, что ему требуется или он хочет иметь, он добывает своим верным ассегаем. Между тем площадь оказалась постепенно заполнена воинами и пленными. Почти все пленники уже прекратили плакать. Новые рабы стояли на коленях в пыли, плечом к плечу. Их страх висел в воздухе и, казалось, перебивал запах, исходивший от воинов, пять дней без устали бежавших по земле. Мкопане увидел, что его заместитель — Базо сидит на земле. Он прислонился спиной к колодцу и ждал возвращения вождя.

— Здоровья тебе, Базо. Сколько их здесь?

— Двести двадцать три взяли живыми, когда выкопали последних из нор. Еще семьдесят или восемьдесят мертвы.

Достаточно для наших нужд, что бы отогнать в наш Зулуленд захваченный здесь скот, под охраной трех десятков воинов.

Мы обыскали все дома и поля. Никто не пытался оказать сопротивление.

— Сколько всего их здесь жило?

— Почти семьсот ничтожеств басутов обитала в этой грязи, — ответил Базо с отвращением на лице. — Если бы мы оказались здесь на несколько часов раньше, то смогли бы взять еще триста или триста пятьдесят.

— Ты готов начать?

— Да, Мкопане. После того как выберем себе пастухов, остальных оставим в живых?

Весело скаля здоровые белые зубы, Базо провел пальцем по лезвию своего ассегая, проверяя его остроту.

Мкопане тоже улыбнулся, видя на лице воина предвкушение крови. Его помощник любил убивать.

— Нет, не на этот раз. Слишком многие от нас бежали. Начинай.

Базо встал и отдал приказ. Воины пошли вдоль ряда пленных, выбирая тех, кто был годен к работе. Держа свои ассегаи наготове, они отгоняли в сторону стариков, детей больных и калек. Они вырывали младенцев из рук матерей, а если женщины пытались сопротивляться, их били кулаком. Двое мужчин попытались оказать воинам сопротивление, и их тут же закололи. Воинам Базо требовались только достаточно сильные и выносливые люди, которые могли выдержать то, что им предстояло. Остальные, от которых не будет толку, умрут. Так приказал Мкопане.

Отбор шел быстро. Мкопане наблюдал за тем, как воины разделяли ничтожеств басутов на две группы, и его губы шевелились: он считал пленных. В живых останется чуть больше сорока человек. После того как отбор закончился, Базо выкрикнул приказ, и началась бойня. Воины методично двигались сквозь ряд тех, кому предстояло умереть. Их ассегаи поднимались и опускались.

Вскоре запах крови наполнил воздух. Крики и вопли эхом отражались от стен, когда любящие люди что-то кричали друг другу. Убийство, умелое и быстрое, отняло немного времени. Воины не видели славы в такой бойне. Лишь некоторые басуты попытались оказать сопротивление. Трое детей хотели сбежать (их подтолкнули к этому беспомощные матери), но воины стояли в ряд и не позволяли уйти никому из жертв. Другие призывали своих богов помочь им, но у ложных богов басутов не было сил, чтобы справиться с зулусами.

После окончания бойни Мкопане вышел перед теми, кого оставили в живых. Впереди него следовали телохранители, держа оружие наготове, в равной мере, чтобы напугать рабов и охранять вождя. По испуганным лицам мужчин и женщин катились слезы. Выжившие, быстро замолчали и теперь смотрели на этого нового воина.

— Я — Мкопане, младший вождь зулусов. Он говорил на своем языке зулусов, на нгуни, хотя мог достаточно хорошо изъясняться на диалекте басутов сесуто. Если бы басуты оказали сопротивление, если бы кто-то из жителей смело сражался, он мог бы обращаться прямо к ним. Но теперь это обесчестило бы его. Один из воинов переводил, говоря громко, чтобы все могли узнать свою судьбу.

— Именем великого вождя зулусов Мпанде (имя переводится как Сторона Света), вы все становитесь рабами зулусов до конца жизни. Вы будете много работать, и подчиняться всем приказам. Сейчас вы узнаете, что ждет тех, кто не подчиняется или пытается сбежать.

Он повернулся к Базо.

— Покажи им.

Базо в свою очередь повернулся к воинам, и началась следующая стадия обучения рабов. Один из младших командиров выбрал двух мужчин и двух женщин. Воины быстро раздели мужчин и разложили их на земле, как можно сильнее растянув конечности. К ним привязали веревки таким образом, что люди совершенно не могли двигаться. В то же время другие воины подогнали оставшихся рабов поближе, чтобы они могли видеть пытку. Все рабы так и оставались на коленях. Все должны были смотреть, никто не мог отвернуться или закрыть глаза.

Воины встали на колени рядом с каждой привязанной жертвой. Базо кивнул, и его подчиненные приступили к делу, используя ножи, чтобы резать пленных, или камни величиной с кулак, чтобы ломать кости. Беспомощные люди закричали в ужасе еще до того, как им нанесли первый удар. Когда началась сама пытка, крики боли отражались от плетеных стен и, казалось, усиливались. Следовало растягивать пытку, чтобы жертвы страдали как можно больше и как можно дольше. Их судьба послужит примером тем, кого заставили смотреть. Некоторые зрители бесконтрольно дрожали от страха, другие кричали от отчаяния, но большинство просто в ужасе наблюдало за происходящим. Все, кто отворачивался или закрывал глаза, получали удар обратной стороной ассегая.

В это время другие воины занимались женщинами. Воины сорвали с женщин одежду, а потом бросили на землю на спины, друг рядом с другом. Их удерживали смеющиеся зулусы, и первая группа уже выстраивалась в очередь для получения удовольствия. Вначале женщин изнасилуют почти до полной потери сознания, а потом разрубят на куски. Подобное всегда наводило должный ужас на только что взятых в плен женщин.

Этот процесс не займет много времени. Зато потом не будет никакого сопротивления. Новые рабы выучат урок, который хотели им преподать их новые хозяева: мгновенно подчиняйтесь любому приказу, терпите любое надругательство и оскорбление, или вас ждет еще более ужасное наказание. У зулусов возникало мало проблем с рабами — как с мужчинами, так и с женщинами. Медленная пытка до смерти за малейшее прегрешение, настоящее или вымышленное, являлась очень эффективным средством устрашения, которое помогало держать рабов в узде, пока они не уработаются на хозяев до смерти.

Мкопане повернулся к Базо и увидел, что его веселый помощник уже собирается приступить к делу. Он первым изнасилует одну или обеих женщин.

— Не дай им умереть слишком быстро, Базо.

Усиливающиеся крики жертв заглушили ответ.

ГЛАВА 6.

Мой отряд уже несколько дней продвигался на юг, где нам предстояла кровавая работа. Мы должны были доказать этому старому, уже выжившему из ума вождю басутов Мшевешме, что его ставка на англичан не сыграла, а наоборот втравила его в новые крупные неприятности. Предстояла зачистить приблизительно 2 тысячи человек, и хотя всю основную работу должны были проделать садисты зулусы, но нам предстояла поддержать тех метким огнем своих винтовок. Нас будет всего 30 воинов, поэтому ни рабов, ни работников нам сейчас не набрать. Отряд под командованием Фридриха составлял 25 моих человек плюс трое присоединившихся к нам молодых буров, еще двух проводников мы должны были взять ближе к границе. Мы быстро передвигались верхом, имея наготове запасных вьючных лошадей, нам предстояло быстро закончить свою работу, так как дома на прииске было не спокойно. Мало мне было полторы тысячи бродячих старателей, которые так и лезли на мою территорию, словно мухи на мед, (Впрочем, благодаря моим черным воякам Буля уже десяток из них кормят гиен и шакалов). Так еще и алмазы уже открыли, и вдобавок к приближающейся волне старателей, я могу получить еще и волнения среди моих приисковых рабочих. Поэтому кровь из носу, но мне нужно было вернуться на прииск к новому году. Наш отряд был вооружен новыми многозарядными английскими ружьями, по типу американского винчестера, только что поступившими в продажу в 1866 году, винтовками Снайдера-Энфильда. Такие же 12 винтовок везли наши вьючные лошади для буров проводников и в качестве платы за найм зулусов. Боеприпасов мы тоже взяли с избытком, памятуя о том, что патронов мало не бывает. Но ящики на лошадях не провезешь, поэтому нам их приходилось вскрывать, заворачивать по сотне патронов в вощеную бумагу, потом все это упаковывать во вьюки. Продуктов же мы почти не везли с собой, что бы ни отягощать своих лошадей. Для меня сейчас главное скорость, а я сейчас при деньгах и мы можем покупать необходимые нам продукты на встречных фермах. Мы ехали молча, наклоняясь вперед в седлах, глядя перед собой. Ритмичные удары копыт звучали барабаном войны. Пока мы движемся, я коротко напомню, в чем отличие этих двух чернокожих племен между собой. Все восточные племена Юга Африки можно приблизительно разделить на две большие группы: амазулу и их потомки, и племена макати, или басуто. Все, в ком течет зулусская кровь, в том числе племена свази, манокские кафры, матабеле и другие, по характеру очень воинственны и прекрасно сложены физически. Племена басуто совершенно не похожи на племена амазулу. У них даже свой язык, который называется сесуто. Единственное, что объединяет эти два больших племени, — их общая ненависть к бурам. Басуто не любят воевать, по характеру они робкие и застенчивые. В отличие от зулусов басуты увлекаются мирными ремеслами, стремятся к культуре и даже не против принять, иногда, христианскую веру. По сравнению с рослыми и крепкими зулусами представители племени басуто имеют хрупкое телосложение, болезненный вид, и сознание собственной неполноценности по отношению как к белому населению, так и к своим темнокожим собратьям. При их природной застенчивости это не позволяет им, в случае необходимости, дать отпор вероломным зулусам.

Мы быстро передвигались на юг по засушливому вельду, оставляя за собой целые клубы красной пыли, пока не прибыли на место встречи. Граница близко. Тут, на обговоренной заранее ферме, нас уже ожидали два проводника, ветераны басутских войн, покрытые шрамами от копий и стрел, пожилые буры Ян и Дитрих.

Приятно познакомится, господин президент Бранд, отзывался о Вас более чем лестно- сразу начал подлизываться к ним я. — Позвольте в качестве платы за Ваши услуги сразу вручить Вам эти новые британские многозарядные ружья.

Спасибо на добром слове, мы с удовольствием еще раз накажем этих мошенников басутов, за то что их старый завравшийся в конец вождь не отдает свои долги- сказал Дитрих.

Ян стоял рядом, и его каменное лицо не выражало никаких эмоций. Да, это были молчаливые буры с коричневыми загорелыми лицами и выпачканными табаком бородами с проблеском седины — рослые мужчины со спокойствием буша в глазах. В их вежливой неторопливой речи слышалась горячая и свирепая любовь к зверям, на которых они охотились, и к земле, по которой так вольно передвигались. Я испытал к ним невольное уважение, которое еще усилилось, когда потом мне пришлось рядом с ними воевать.