Чтение онлайн

– Ну вот, – продолжал Знайка. – Толстый змеевик плавно переходит в тонкий. Тут происходит уже настоящее формирование мяса. Я бы даже сказал – волшебное превращение. Потому что до сих пор это было еще совсем не мясо, а на выходе оно станет практически совершенно мясом. Таким, что не отличишь от коровьего или свиного. Я потом расскажу, как мы задаем компьютеру, мясо какого животного производить. Кабана или цыпленка. Это всё определяется молекулой ДНК.

Ученый на минуту оторвал взгляд от Гуманомяса, переводя дух, и обернулся к слушателям. Все они страшно устали. Многие втихаря покинули площадь и, радостные, убегали по переулкам. Другие спали, прислонившись друг к другу или к тому, кто не спал. Третьи, чтобы не заснуть, освежались ледяной кока-колой, разносимой между рядами неутомимым Сиропычем – барменом ресторана «Патиссон». Но были и такие, кто, тараща глаза, жадно ловил каждое слово ученого, старался во всем разобраться и понять, как действует это поразительное чудо техники. Коровы, кстати, тоже уснули.

Но Знайка никого из стоящих перед ним все равно не видел, потому что, во-первых, прожектора, освещавшие сцену, светили ему прямо в лицо. А во-вторых, стекла его очков – то ли из-за того, что он перед выступлением нечаянно взял их пальцами, то ли из-за того, что слишком сильно вспотел – были покрыты плотными жирными пятнами, и поэтому ученый видел перед собой только огромные радужные круги.

– И наконец последний этап, – гремел из динамиков его голос. – Субстанция, которая уже имеет практически полное право называться мясом, попадает вот в эту прямую трубу внизу. Ее стенки сделаны из специального пористого вещества – промакнина. Это вещество освобождает чрезмерно жидкое мясо от излишней жидкости. И вот, уважаемые коллеги, наше мясо уже совершенно готово к выходу. Еще какая-нибудь пара минут – и мы его увидим! – торжественно возвестил ученый.

– Поскорей бы, – вздохнул кто-то.

– Я лично уже вообще не понимаю, что тут происходит, – прогудела Бигудинка, сложив рупором руки.

– Сейчас поймете, – радостно отозвался ученый, услышав ее слова. – Осталось совсем чуть-чуть, и вы увидите… Ведь избыточное мясо отходит через нижний рукав, накапливаясь в отстойном отсеке. Там же с помощью специальных механизмов готовому продукту придается необходимая форма. Вы сами можете задать компьютеру, в каком виде хотите получить мясо на выходе – отбивная, котлета, шашлык, ростбиф, стейк, сарделька, сосиска и так далее. Компьютер подключен к Интернету, и вы можете скачать оттуда название любого мясного продукта, какого только пожелаете. Дополнительные ингредиенты и добавки загружаются вот через это отверстие.

Знайка зашел с левого бока машины, чтобы показать нужное отверстие, но никак не мог его найти.

– Где ж это оно? Напильник, куда оно делось?

Всходила луна. Она выглянула между башенок двух старинных домов. Глядя на луну, те, кто еще не спал, зевали. Ученый нагнулся и пролез под шлангом Гуманомяса – упругим и длинным, словно хобот слона.

– Черт, кажется, забыли проделать дырку там, откуда засыпаются специи, – сказал наконец Знайка. – Но это ничего. Считайте, что она уже есть. Да. Специи, такие, как соль, перец или, там, тмин… можно засыпать в эту несуществующую дырку.

Знайка снял запотевшие очки, вытащил из кармана тряпочку и стал протирать стекла. Но сколько он их ни тер – пятна не проходили, а мелкие капельки воды из-за слоя жира сбивались в кучки и не хотели впитываться в ткань. «Сюда бы горячую воду и мыло, – подумал ученый. – А всухую тереть жир совершенно бесполезно». Он вздохнул, потом убрал тряпочку в карман пиджака и, надев очки, сказал:

– Так вот. Когда объем выработанного мяса достигает заданной нормы, компьютер включает звуковой сигнал и вот здесь начинает действовать мигалка.

В этот момент мигалка как раз замигала и сработал звуковой сигнал, оказавшийся приятным мелодичным звуком.

– Как вы видите, сейчас она мигает, а звуковой сигнал пищит – значит, мясо готово к выходу. Сейчас мы откроем выходную дверцу, и оно полезет. Молоток, подай, пожалуйста, приемный таз.

– Неужели оттуда может выйти настоящее мясо? – пискнула Галочка.

Сонные коротышки встрепенулись и вытянули шеи, чтобы получше разглядеть машинное мясо. У вегетарианцев, не бравших в рот мяса уже целых две недели, потекли слюнки. В толпе послышался шелест.

– Вот оно! – раздалось возле сцены.

– На подходе! – радостно крикнул Пустомеля.

– Не видно! – кричали сзади.

– Оператор, зум! – командовал Знайка.

На телевизионном экране появилось огромное отверстие трубы. Рядом плясал в руках Молотка приемный таз – монтёра сильно толкали напиравшие коротышки. Площадь проснулась и загудела. Вначале низенькие старинные дома, а за ними высокие современные здания отразили прокатившееся над толпами «ура». На дно таза шлепнулась первая готовая котлета. За ней из отверстия трубы выскочило несколько фрикаделек, потом отбивная. Следом посыпались сардельки. Гуманомяс раскочегарился. Он питался электричеством от той же сети, с помощью которой освещали площадь, и свет прожекторов немного померк, а некоторые из них замигали – электропитания было явно недостаточно. Внутри рабочего шара вовсю бурлила и пульсировала ярко-красная жидкость. Превращаясь в бордовую, она затягивалась в насос, а оттуда – в змеевик. К небу поднимались густые клубы пара. Это была смесь углекислого газа, аммиака, сероводорода и других газов – продуктов жизнедеятельности бактерий. На компьютерных экранах сменялись названия готовых к выходу продуктов: БИФШТЕКС, ШАШЛЫК, ЭСКАЛОП. Молоток едва успевал менять приемные тазы. Труба хлестала водопадом сосисек.

Усталость как рукой сняло! И вегетарианцы, и мясоеды дружно ревели «ура». Они словно соревновались, кто громче, перекрывая своим криком слова Знайки.

– Я заранее угадал, какой вопрос вы сейчас зададите! – весело говорил ученый, которого уже никто не слушал. – Поэтому сразу же на него и отвечу. Нет, мы не производим ни вареный гуляш, ни жареный бифштекс, хотя могли бы. Наша цель – мясо сырое и только сырое. А варить, жарить, печь его, мариновать, накалывать на шомпурчик, разводить мангальчик, раздувать уголёчек – этого удовольствия мы ни у кого забирать не будем!

Наконец слесарь Напильник, опасаясь, как бы машина не перетрудилась, направил на нее пульт дистанционного управления и перевел агрегат в спящий режим. Последняя палка ливерной колбасы вылетела из выходной трубы, и на всех компьютерных экранах машины загорелась надпись: ОТБОЙ, а под ней – компьютерная улыбка. Неожиданно из динамика, находящегося в верхней части машины, послышался добродушный бас:

– Приятного аппетита!

Участники митинга вздрогнули от неожиданности и ненадолго замолчали.

Знайка отошел, чтобы выпить стакан воды и в приспособленной за сценой раковине промыть, наконец, с мылом стекла своих очков. Таблеткин взял микрофон.

– Уважаемые малыши и малышки! – сказал он. – Как мне тут только что сообщили, производство ста пятидесяти килограммов мяса в Гуманомясе занимает всего двое суток. Сто пятьдесят килограммов соответствует одной корове, и один коротышка может питаться этим количеством мяса целый год. Сделав десяток таких машин, мы обеспечим мясом весь Цветоград. Отпадет надобность убивать коров, свиней, кур, гусей и прочую живность. Мы перестанем быть варварами и убийцами, а станем цивилизованными коротышками, которые уважают права всех демократических жителей нашей планеты. Кажется, цель сегодняшней встречи достигнута. Мы пришли к полному компромиссу. Демократический путь победил!

Коротышки кричали «ура» и, выражая свою радость, бросали в воздух – кто шапки, кто куртки, а кто остатки плакатов, которые и вегетарианцы, и мясоеды только что дружно разорвали на мелкие кусочки. Многие от восторга прыгали на месте, малышки целовали малышей, все обнимали друг друга. Плювакин от счастья бросился в фонтан и плавал там, разгребая воду и отплевываясь, словно кит.

– Какой же он добрый! – кричала малышка Галочка. – Он никого не убивает да еще и всех мясом бесплатно кормит. Он дает доброе мясо!