Чтение онлайн

Ровно в половине седьмого он был готов. Темно-синяя капитанская куртка, украшенная серебряным шитьём, узкие белые штаны, белый кожаный ремень с золотой пряжкой и высокие черные кожаные сапоги – таков был наряд Билли Бома. У трапа Арго уже стоял паланкин 13 . Его принесли двое носильщиков, таких тощих, что Билли Бому стало их жалко.

– Послушайте, друзья, – сказал он, – я сам сегодня видел, как ваш король пешком отправился во дворец, а так как я большой поклонник его Величества, то и я пойду на своих двоих. Показывайте дорогу.

Радостные носильщики, подхватив паланкин, побежали вверх по дороге. Билли Бому пришлось тоже припустить, чтобы не отстать от них. Поэтому, изрядно запыхавшись, он прибежал во дворец раньше времени. Как только он вошёл в ворота, его тотчас повели по длинным запутанным коридорам, по бесчисленным лестницам, переходам, в конце концов привели в большой зал, в котором стоял длинный стол, накрытый к ужину, оставили одного и велели ожидать. Билли Бом смог, наконец-то, перевести дух и оглядеться. Высокий потолок был расписан сценами морских сражений. Вдоль стен были расставлены древние латы, копья, алебарды и прочее оружие. На комодах, подставках и специальных полках – всюду стояли модели парусников. Напротив входа у стены возвышался огромный шкаф, сверху донизу уставленный памятными кубками. «Это, наверное, награды короля за победы в гонках», – подумал Билли Бом. Одну стену зала от пола до потолка занимали портреты в тяжёлых дорогих рамах. Он насчитал их больше тридцати. На всех были изображены очень важные сановники и военачальники. “А это, надо понимать, предки короля. Или родственники”, – размышлял Билли Бом. Потом его внимание привлёк портрет молодой девушки, который висел в самом центре. Портрет была написан столь искусно, а девушка на нём была так красива, что он невольно залюбовался.

– Нравится? – внезапно раздался за его спиной голос.

Билли Бом резко обернулся и увидел короля.

– Да, нравится, – ответил Билли Бом, – а кто это?

– Это моя дочка Изабель. Ну, давай к столу, Билли. Можно я буду называть тебя Билли? – спросил король. – Я так устал произносить все эти титулы, звания, должности, а иногда хочется просто сказать: «Эй, Антонио!», или «Привет, Хосе!»

– Да, пожалуйста, – сказал Билли Бом, – а я вас тогда буду называть Капитан.

Услыхав такую дерзость, король сначала вскинул бровь от негодования, но подумал, и снова расхохотался. Билли Бому очень нравился смех этого весёлого короля Просперия Второго. Они сели за стол и начался ужин. Сначала Билли Бом неловко молчал, не зная, о чём говорить с королём, но Просперий Второй сам начал беседу:

– Первый раз на Госьедаде?

– Да, – робко ответил Билли Бом.

– Ну и как, нравится?

– Пожалуй, да. Замок у вас очень интересный. Я таких раньше не встречал.

– Это всё наша королевская традиция. Каждый, кто вступает на трон, должен построить башню. Места уже не хватает, а всё равно надо. Сам понимаешь, вкусы у всех разные, вот и получается такой архитектурный бардак. Я выстроил башню-маяк.

– Серую? – догадался Билли Бом.

– Ага. Только не решил ещё, в какой цвет красить. Может подскажешь?

Они принялись обсуждать варианты покраски башни-маяка и пришли к мнению, что лучше всего будет покрасить её традиционными бело-красными полосами. Потом поговорили о парусниках, о том, как лучше управлять кораблём, о тактике в гонках. Во время беседы Билли Бом то и дело бросал взгляд на портрет Изабель. Затем разговор перешёл на путешествия, великие географические открытия, приключения. Неожиданно король сказал:

– Вот честное слово, Билли, будь моя воля – я оставил бы трон и отправился куда-нибудь!

– Так в чем же дело, Капитан? Бросьте всё и давайте со мной. Для меня будет честь – ходить по морям вместе с вами.

– Не могу… Я всё-таки король. И потом, на кого оставить управление королевством? Оно хоть и не большое, но хлопотное.

– А на дочку? То есть, принцессу…

– Нельзя. По законам острова только мужчина может быть королём. Вот выдать бы Изабель замуж за хорошего человека, оставить ему всё королевство в приданое и пусть правит. Но у неё нет женихов. Понимаешь, она у меня… – и король замолчал.

– Что с ней? Больна? – осторожно спросил Билли Бом.

– Наоборот. Здорова, как бык, – неожиданно угрюмо сказал король, – совсем замучила капризами. Извела меня всего. Ингода мне кажется, что в неё вселились бесы.

– Этого не может быть! – воскликнул Билли Бом. – Принцесса Изабель настолько красива, что должна быть необыкновенно доброй и милой!

– Так и было, когда она была маленькой. – Просперий Второй тяжело вздохнул и вдруг начал рассказывать. – Однажды, много лет назад, во время морской прогулки её мама – королева, кормила чаек, случайно упала за борт и утонула. Я тогда был в отъезде и ничего не мог сделать… – король смахнул слезу. – Изабель страшно горевала. Я изо всех сил старался утешить дочку и исполнял все её желания. Однажды, чтобы немного развлечь, решил взять с собой на регату 14 . Мы вышли из порта, попали в небольшую волну, и тут Изабель страшно испугалась. Она вцепилась в мачту и кричала так, что у меня волосы стояли дыбом… Пришлось вернуться обратно. С тех пор она даже смотреть не может на море. Она оказалась заперта на этом прекрасном острове, как в клетке. Я выворачивался наизнанку, чтобы она чувствовала себя свободной: построил разные парки, проложил дорожки в горах, приглашал артистов и музыкантов… Но у меня ничего не получилось. Изабель очень скоро поняла, что ей никогда не выбраться с этого острова. От этого она стала злой, вспыльчивой и не терпящей возражений девушкой. Чуть что не так – устраивает скандал, истерику или бежит на чердак серой башни и не выходит оттуда по несколько дней. Это я виноват, что она такая, – печально закончил король.

– Неужели никто никогда не предлагал принцессе Изабель руку и сердце? – воскликнул Билли Бом.

– Понимаешь, Билли, – вздохнул король, – тех немногих принцев, которые приплывали сюда в поисках её руки, она высмеивала, обижала и прогоняла. Некоторых даже била. Принцы – они все очень нежные и ранимые. И потом, никто не хотел становиться королём такого крохотного государства, как остров Госьедад. Ах, если бы у меня были крылья, – вдруг мечтательно воскликнул Просперий Второй, – я бы обнял мою любимую дочь и улетел куда-нибудь на большую землю, и путешествовал бы с нею до старости…

Тут за дверью раздались крики, шум, грохот мебели. Король вскочил, заметался по залу, а потом, с неожиданной для своей комплекции ловкостью, спрятался под стол.

– Это она! – зашептал он из-под стола. – Идёт сюда, кажется… Слышишь? Да, сюда… Как нарочно, у неё сегодня приступ вспыльчивости, злая ужасно. Что сейчас будет… Обо мне ни слова! Такая разбойница, – прошептал он Билли Бому, странно улыбнулся и скрылся под скатертью.

Дверь распахнулась и в зал вбежала молодая девушка. Она, не замечая Билли Бома, начала бегать вокруг стола и кричать:

– Папа, мне всё осточертело! И этот остров, и этот замок, и это море! Я не могу больше всё это видеть! Папа, ты где? Тебе всё равно не удастся от меня спрятаться.

Тут она заметила Билли Бома.

– Эй, ты, где король? Ну, чего молчишь? Ты немой?

А Билли Бом стоял и смотрел на неё, как зачарованный. Сердце бешено стучало в груди, руки дрожали, ноги стали ватными. А всё потому, что принцесса Изабель показалась ему во сто крат прекраснее, чем её изображение на портрете. Она не была писаной красавицей, но в ней было столько жизни, столько страсти, что это никого не могло оставить равнодушным. Вот и сейчас она стояла перед Билли Бомом, разгорячённая бегом. Грудь поднималась и опускалась, сжатая тесным платьем. Тёмно-рыжие пышные волосы растрепались и сбились назад. Принцесса запыхалась, и её рот был полуоткрыт, но потом губы сжались и лицо стало строгим. Изабель в упор смотрела на него своими изумрудными глазами и Билли Бом понял, что влюблён в неё без памяти. Первый раз в жизни, но, как ему тогда казалось, навсегда.

Билли Бом стоял, замерев как статуя, и не мог отвести восхищённого взгляда от принцессы. Он даже не сразу понял, что принцесса кричит:

– Я спрашиваю, где король? Отвечай! Или ты немой?

– Я… вас… люблю… – улыбаясь ответил Билли Бом.

– Что?..

– Я вас люблю, – громче повторил он, не переставая улыбаться.

– Кто ты такой, что осмелился это произнести? – опешила принцесса.

– Я Билли Бом, капитан… – начал было говорить он, но принцесса его прервала.