Чтение онлайн

— Стэш — ребёнок матери-оборотня, — произнёс ведьмак Константин Уайлдмен, в настоящее время пребывающий под чарами Стэша. — Её звали Эвелина. Она была лидером чикагской стаи оборотней. Лидером сильнейшей стаи оборотней в городе.

— Двадцать лет назад моя мать влюбилась в бога, — сказал Стэш. — Но союзы между богами и смертными не одобряются. Боги, виновные в таких союзах, теряют лицо перед другими богами. Когда мой отец узнал, что она беременна, он попытался её убить.

Стэш был не просто оборотнем. Он был полубогом. Совсем как Никс. А она-то думала, что она одна такая.

— Моя мать едва убралась живой, — сказал Стэш. — Она заключила сделку с ведьмовским ковеном, который незадолго до этого стал очень могущественным. Ходили слухи, что они могли творить чудеса. Они наложили на неё заклинание. Когда мой отец в следующий раз пришёл за ней, он вспорол ей живот, и она умерла. Он думал, что убил и меня, но я выжил, защищённый магической оболочкой в её утробе.

Воспоминание дрогнуло, забросив нас в ветхую хижину. Я помнила это место. Оно располагалось на Черных Равнинах, куда Никс привела нас после того, как сбросила личину Басанти.

— Я помогу тебе научиться контролировать свою силу, Стэш, — сказала ему Никс.

Воспоминание забросило нас дальше в будущее. Я видела, как Никс и Ронан тренировали Стэша. С каждым упражнением его магия становилась сильнее; с каждым сражением они выковывали из него воина своего собственного образца.

Последний кадр последнего воспоминания застыл, затем проекция рассеялась, а остатки чар развеялись по ветру как стайка бабочек.

Где-то во время этого потока воспоминаний мраморный пол нас отпустил. Мы с Неро встали рядом, обменявшись многозначительными взглядами. Не к добру это. Совсем не к добру.

Напарник Никс, Ариус Демонслейер, расхаживал туда-сюда по коридору.

— Темные ангелы убили моего отца, — бормотал он. — Все это знают. Это выгравировано на табличке с его именем, которая висит в каждом офисе Легиона.

Его разум всё ещё пытался осмыслить то, что он только что увидел. Его отец был любовником любовницы Зариона. И Сириус Демонслейер умер, чтобы защитить её и её не рождённое дитя. Зарион убил его.

Никс схватила Ариуса, затем они исчезли в магическом зеркале вместе с расчёской Зариона.

Взгляд полковника Файрсвифта остановился на мне и Неро.

— И конечно же, вы двое оказались в самой гуще этого безобразия.

— Я бы не сказала, что мы были «в гуще этого», — парировала я. — Мы просто случайно оказались там. Случайно. Мы не имели к этому никакого отношения.

— И всё-таки ты всегда оказываешься там, где что-то рванёт. Хаос вращается вокруг тебя, Леда Пирс.

— Мы наткнулись на этот секрет только потому, что Фарис манипулировал сиренами, нами и всеми в пределах досягаемости, — парировала я. — Он пытался использовать нас, чтобы выдать секрет Зариона.

Полковник Файрсвифт бросил на меня взгляд, который говорил, что я ничуть не помогаю себе. В его понимании это целиком и полностью моя вина.

— Если верить статистике катастроф в Легионе, ты, Файрсвифт, всё ещё удерживаешь рекорд, — сказал ему Неро. — Ты бежишь за хаосом по пятам.

Полковник Файрсвифт перевёл суровый взгляд на Неро.

— Я глава Дознавателей. Это моя работа — преследовать хаос и положить ему конец. А какое оправдание у тебя, Уиндстрайкер?

Неро подмигнул мне.

— Мой изумительный вкус в женщинах.

Я широко улыбнулась ему. В этот самый момент я любила его как никогда сильно.

Полковника Файрсвифта это явно не веселило.

— Сентиментальность ангелу не к лицу.

— Тогда хорошо, что я архангел.

Напоминание, что Неро превосходит его по рангу, заставило полковника Файрсвифта замолчать. Нахмурившись, он развернулся и зашагал к выходу через магическое зеркало.

— Если я тебя сейчас поцелую, это будет совершенно неприлично, не так ли? — прошептала я Неро, пока мы тоже шли к зеркалу.

— Верно, — тихо сказал Неро. — Но если ты меня не поцелуешь, я сам тебя поцелую.

Другие солдаты находились перед нами. Никто не смотрел — ну, если не считать богов. Но они, очевидно, смотрели всегда. Если я буду постоянно беспокоиться об их наблюдении, я упущу всё веселье. Я подалась вперёд и поцеловала Неро в губы.

— Я просто умираю от желания, Неро, — сказала я, прильнув к нему.

Он выгнул брови.

— …От желания узнать, где ты спрятал корону Валоры.

— А я думал, что это ты меня облапала, пока я лежал на полу без сознания.

Я усмехнулась.

— О, я тебя умоляю. Я лапаю тебя только тогда, когда ты хотя бы наполовину в сознании.

Смешок Неро был до неприличия аппетитным, как тёмный шоколад.

— Как только мы получили корону, я превратил её в носок.

— Ты носишь драгоценный артефакт Валоры… на ноге? — я буквально лопалась по швам от сдерживаемого смеха.

— Это последнее место, где кто-нибудь стал бы искать.

Я фыркнула. Один из сдерживаемых смешков всё-таки вырвался наружу. Действительно, никто бы не стал искать корону Валоры на ноге Неро. Это даже умнее тайника Дельты.

— Странно, что Никс не разглядела сквозь эти чары, — заметила я.

— Это было тщательно проработанное заклинание, — сказал он. — Но да, это удивительно. Если честно, её сложно обдурить трансформирующим заклинанием. Я не был уверен, что мой план сработает. Могу лишь предположить, что виной этому тот факт, что в последнее время Первый Ангел рассеянная.

Сначала боги закинули её в тренировку со всеми нами. Затем она узнала, что её сводная сестра убила их отца. Учитывая всё происходящее, неудивительно, что Никс рассеяна.

— Кое-что не сходится, — сказала я. — Расчёска принадлежит Зариону. В ней отпечатались его воспоминания. Но как туда попали воспоминания Никс?

— Мне знакома эта расчёска, — ответил Неро. — Как-то раз, когда Ронан и Зарион конфликтовали, Ронан украл у Зариона расчёску.

— Зачем?

Неро пожал плечами.