Чтение онлайн

— Надо разобраться во всём. — безапелляционно заявил он себе. — Иначе можно наделать глупостей.

Игорь Георгиевич Ридгер, продефилировал мимо поста службы безопасности, не обращая никакого внимания на уважительные приветствия. Он был возбуждён предвкушая лёгкую победу, над кучкой бездельников, именуемой себя банкирами, а на самом деле являющихся пройдохами и жуликами.

Ридгер не любил банкиров, он считал, что из всех предпринимателей, эта категория является особенно нечистоплотной. Они ничего не производят, ничего не продают, и вообще не приносят никакой пользы. Но так уж получилось, что сложившаяся финансовая мировая система, нуждается в услугах банков, хотя без них бизнесом заниматься было бы куда проще и выгоднее.

Ридгер считал, что владельцы прокатных пунктов, сдающие людям на время, автомобили, предметы спортивного инвентаря или бытовую утварь, куда более полезны, чем те, кто сдаёт на время деньги; да ещё не собственные, а позаимствованные у вислоухих граждан, которые не желают самостоятельно преумножать своё состояние, и доверяют это прохиндеям.

Но, в общем, отдавать свои сбережения в чужие руки это сугубо личное дело бездельников и глупцов, не желающих трудится, чем грамотно пользуются владельцы банков. Лень — двигатель прогресса, а лентяи — самый полезный инструмент в руках умелого манипулятора.

Именно статус манипулятора, так крепко въевшийся в сознание банкиров делает их наиболее уязвимыми. Они считают, что способны решать и руководить, хотя на самом деле, сами являются объектом манипуляции для того, кто захочет воспользоваться народными сбережениями, хранящимися в искусственно созданных кошельках.

Банкиры слишком зависимые люди, хотя искренне считают себя самыми влиятельными персонами. Они зависят от тех, кто даёт им разрешение на владение кошельком и от тех, кто этот кошелёк пополняет. Они в любой момент могут лишиться всех привилегий лишь из-за банальных слухов, которые в состоянии распустить каждый, а, учитывая, что кроме долгов и обязательств они по сути ничего не имеют, то до смерти бояться потерять свой песочный замок.

Ридгер очень ценил в себе неподвластность обстоятельствам. Он знал, что для получения желаемого результата, нужно всего лишь надавить на слабое место человека, и поставить перед ним выбор, заранее понимая, что решение будет принято в пользу того, кто этот выбор предоставил. Ведь собственные слабости — это тот порог, который человек преодолеть не в состоянии. И если у банкиров это жадность и страх потерять деньги, то он ярчайшими красками нарисует им картину сомнительности мероприятия, и им придётся выбирать между риском и стабильностью. И оказавшись перед подобным выбором, их трясущееся сознание, заставит принять решение выгодное только ему, Игорю Ридгеру, человеку свободному, сильному и независимому. Именно таковым он себя и считал, хотя и знал, что слабые места, лишающие полной независимости и свободы, есть у каждого, а значит и у него, но об этом лучше не задумываться, перед встречей с теми, кто гораздо слабее.

Скупо кивнув секретарю, которая встретила его на пороге приёмной офиса, и тут же начала излагать информацию о полученных звонках и письмах, о планах и встречах на сегодняшний день, Игорь Ридгер проследовал в свой, внушительных размеров кабинет, и пропустив мимо ушей всё что сказала ему девушка, кратко буркнул:

— Кофе.

— Да, конечно, одну минуту. — обескуражено ответила она.

Ридгер был у цели, его сейчас интересовала лишь скорая победа в переговорах. Он чётко представлял своё аргументированное выступление, которое подтолкнёт финансовых божков к отказу от предоставления кредита МЗПО.

Ещё утром он сомневался в положительном исходе встречи, но после знамения, так вовремя истолкованного его водителем, он как ни странно, прибывал в полнейшей уверенности, и не оставлял и сотой процента на нежелательный результат.

Как причудливо может распорядится судьба неблагоприятными обстоятельствами, складывая их как непонятные и невзрачные части пазла в полноценную, радующую глаз картину.

И как он мог так распуститься, из-за мелких неурядиц? Ему даже было немного стыдно перед самим собой. Ведь то, что он подготовил для господ банкиров просто не оставляло им выхода, кроме как принять его условия.

Ридгер сделал глоток кофе, и криво ухмыльнулся.

— Нужно, завести собственную гадалку. — с усмешкой произнёс он.

Телефон на его столе нежно оповестил о входящем вызове. Ридгер включил громкую связь.

— Игорь Георгиевич, все собрались в зале заседаний.

Ридгер ещё раз усмехнулся, с энтузиазмом хлопнул и потёр ладони.

— Уже иду.

Следуя из своего роскошного офиса в зал, предназначенный для встреч и переговоров, он улыбался. Улыбался не явно, не на показ, он улыбался душой, посмеиваясь над сотрудниками, и теми, кто прибыл для встречи. Он даже не утруждал себя взгляда в сторону тех, кто суетливо проходил мимо, и заискивающе здоровался с ним. Он был выше всех, кто заполнял собой помещения этого здания. Он выражал всем своим внешним видом решительность и силу, он был суров и важен, а в душе…в душе он улыбался, насмехаясь, над предсказуемой реакцией окружающих на его напускное, театральное величие.

— Доброе утро, господа. — Ридгер зашёл в комнату переговоров истинным хозяином, — Надеюсь, что дальнейший день, будет так же добр.

Он произнёс слова приветствия, не сухо, без резкости в голосе, но в манере не терпящей, возражений.

Окружающие слегка оживились, и по помещению пролетела, еле уловимая волна ненавязчивого затсктвания. Раздался негромкий, тактичный и одобрительный смех. Ридгеру показалось, что он легко, словно чародей, развеял царившее здесь до его появления напряжение.

— Я рад, что уважаемые партнёры и коллеги согласились на эту встречу, которая, уверен, принесёт каждому из нас, положенное по праву.

Голоса одобрения, и поддержки.

Ридгер только теперь бегло оглядел собравшихся.

— Разрешите начать? — и снова его вопрос был задан в утвердительной манере.

Ридгер вмиг посуровел, раскрыл подготовленные для него документы, и начал наскоро просматривать отпечатанные листы, с текстом, цифрами, графиками, диаграммами. Он словно демонстрировал свою, особо тщательную подготовку к данному мероприятию. Хотя практически ни один документ ему не был нужен, вся необходимая информация, и самые крепкие аргументы были чётко уложены в его голове, и для того, что бы воспользоваться ими, ему совершенно не нужно было, ковыряться в деловых бумагах. Но что поделаешь, демонстрация усилий затраченных на подготовку — неотъемлемая часть церемонии.

Собравшиеся должны думать, что ради них, он потратил массу времени и нервов. Они должны находиться в плену собственных иллюзий, возносящих их к пьедесталу первостепенной значимости. И тогда их собственное тщеславие не позволит принимать решение разумом, заставив чувства занять главенствующее положение.

— Смешные. — думал про себя Ридгер, делая вид, что заканчивает последние приготовления к своему обращению, — Думаете, что от вас здесь что-нибудь зависит? Считаете своё слово последним? Хм….я покажу, кто в этой комнате принимает решение.

Он снова поднял взгляд, на приглашённых на встречу финансистов, и начал говорить.

— Каждый из нас человек дела. Каждый знает, что он делает и точно знает для чего. Я лишь постараюсь объединить наши устремления в едином, выгодном для всех потоке. Не стану убеждать вас, и не стану навязывать своего мнения, ибо, ваша репутация, не позволяет мне, что-либо объяснять, вы и сами понимаете очевидность моего предложения, и уверен, разделяете мою точку зрения.

Ридгер сделал паузу, и скользнул глазами по собравшимся. Он не всматривался в лица, он был убеждён, что слушатели поддерживают его.