Чтение онлайн

Он закрыл глаза и перенесся в воображаемый мир. Как было бы хорошо запереть сейчас двери снаружи, плеснуть бензинчику и чиркнуть спичкой. Как все загорится, как они забегают, закричат… И она закричит!

Господи, как руки-то чешутся! Был бы хоть один шанс из тысячи! Но здравый смысл погасил порыв. Нет, не сейчас. Еще не до конца поборов искушение, он уже заводил машину, чтобы уехать.

Купив газеты, он стал просматривать их. Все они — и местные, и центральные — поместили цветные фотографии пожара на первых страницах. Это ему понравилось. Но чувство триумфа померкло, когда он стал читать заголовки.

ПОДЖИГАТЕЛЬ ПОКУСИЛСЯ НА СЕМЬЮ ПОЖАРНОГО ИНСПЕКТОРА.

ИЗВЕРГ В ЧЕЛОВЕЧЕСКОМ ОБЛИЧЬЕ. КОГО ОН ВЫБЕРЕТ СЛЕДУЮЩЕЙ ЖЕРТВОЙ?

Ну вот, он уже и «изверг». «Сумасшедшего», значит, им мало. Он вернулся в машину и сел за руль. Ярость росла в нем.

Он скосил глаза на газету, лежавшую на сиденье рядом с ним, на красно-черную фотографию горящего дома крупным планом. И вдруг опять увидел ее! Рыжую Суку! Высокомерная, с гордо вскинутой головой; волосы сливаются с огнем, а глаза смотрят прямо на него! Смотрят и смеются! Смеются прямо ему в глаза!

Он еле сдержался прошлой ночью, когда она пошла прямо на него, как будто носом чуяла. Она смотрела прямо на него и кричала, называла его трусом! Она бросала ему вызов! А он сидел и не мог ответить! Сука!

Он глубоко вздохнул, потом еще раз. Успокоившись немного, доехал до бензоколонки на углу Семнадцатой и Тейлор-роуд, где фирма, заботившаяся о своих клиентах, установила телефон, которым можно пользоваться, не выходя из машины. Опустив монетку, он позвонил на телевидение и попросил позвать мистера Керска. Мистер Керск не заставил себя долго ждать.

— Добрый день. Чем могу служить?

— Я недоволен вами. И можете передать это своим дружкам из газет.

— Общественность не может реагировать спокойно, когда речь идет о жизни детей.

— Не кажется ли вам, что обзывать меня разными словами — это уже чересчур?

— А как вас еще называть?

Он видел, что Керск не хочет с ним разговаривать, но положить трубку не решается. И никогда не решится. Потому что он — профессионал, который думает о своем рейтинге. И правильно делает.

— Зачем вы это сделали? — спросил Керск.

— Витакер вышел за черту дозволенного. Его надо было поставить на место.

— Понятно, — сухо отозвался Керск. — Вы знали, что детей в доме нет?

— Не знал, — удивился вопросу поджигатель. — Какое мне до них дело?

Диктор немного помолчал.

— Да, наверно, никакого, — согласился он. — Вы думали, может быть, что Витакер ринется в огонь и забудет об опасности?

— Почему?

— Из-за детей.

Тут он понял. А! Дети! Для него они ничего не значат, но для других… Он-то хотел показать лишь одно: мощь огня беспредельна и перед ней все одинаково ничтожны, даже следователь пожарной охраны не сможет защитить свой дом.

Керск просто не понял. Он подумал, что дети — его цель.

И так подумали все остальные. И Витакер. И газеты. Полиция. Короче, все. Вот почему Сука взяла детей к себе.

Понятно.

— Алло? — заговорил Керск. — У меня есть еще один…

Поджигатель повесил трубку. Вот оно что! Теперь будет легче работать. Пока все сосредоточились на детях, у него развязаны руки. Он им покажет! Он заберет назад свою силу у этой воровки! Не так-то просто справиться с ним! Он уже чувствует прилив вдохновения!

Машина резко взяла с места, так что взвизгнули шины.

— Сволочь, — бормотал он сквозь зубы. — Сука!

Лу столкнулась с Луисом Делански в продуктовом отделе магазина. «Столкнулась» в буквальном смысле. Они, а точнее — их тележки, с шумом налетели друг на друга.

— Ого! — сказал он. — А, это вы, Малотти! Я вас не задел?

Лу стала пристально разглядывать его. До сих пор она редко сталкивалась с ним по работе и мало обращала на него внимания. Но то, что она знала о нем, давало основание подозревать его в темных делишках.

— Боже, — протянул Делански, рассматривая два двадцатипятифунтовых пакета с собачьим кормом у нее в тележке. — Кого вы кормите? Динозавра?

— Да так, одну маленькую собачонку.

Он рассмеялся. Золотое кольцо сверкнуло на его пальце, когда он пригладил жиденькие остатки волос правой рукой. В мозгу Лу зажглась и стала мигать яркая надпись: «Габриэлла». Вот он, человек, рискующий жизнями других ради своего благополучия. Она поморщилась. Ей стоило большого труда не взять его тут же, прямо на месте, за горло и… Но страх совершить ошибку остановил ее.

— Знаете, Лу, вы сегодня чудесно выглядите. Неужто сели на диету?

Черт возьми! Она с силой сжала ручку тележки. Попробуй тут сохранить хладнокровие! Все, что было в ней злобного, поднялось на поверхность. Пусть ее разорвут черти, если она позволит этому подозрительному замухрышке издеваться над ней да еще пялиться в упор на ее бюст!

— Как я рада, что мы с вами встретились, Луис. Мне очень нужно поговорить.

— О чем?

— О «Габриэлле».

Делански даже глазом не моргнул.

— А что такое?

— Вы были контролером на «Габриэлле»?

— Ну и что? — Он безуспешно дергал свою тележку, желая освободиться от тележки Лу, но они сцепились намертво.

— Вы были с Джеем, когда он делал перепроверку?

— Нет. Меня в тот день вообще не было на работе.

— Что?!

— В тот день мне удалили сразу два зуба мудрости. Вам когда-нибудь удаляли зубы мудрости? Тогда вы не поймете моих страданий. Они мне что-то такое вкололи, что я заснул и проспал до вечера. Ну все, думаю, из-за меня задержали спуск «Габриэллы», но — нет, не задержали. Они, видимо, сильно торопились.

О да! Очень, наверное, торопились.

— Кто работал вместо вас?

Он впервые за время разговора посмотрел ей в лицо.

— Не знаю. Начальник сказал, что все в порядке, и я занялся следующим кораблем. А что такое? Что-нибудь не так?

— Да нет, все в порядке, — солгала она. — Ну ладно, мне надо идти… — А Джей-то каков, а? Я слышал, конечно, что он гуляет где-то после работы, но думал, что тут замешана женщина, а он… Говорят, он так напился, что облевал весь док.