Прикованный
Шрифт:
Я потянула ногу с манжетой и закричала.
Коннор
— Кричи, сколько хочешь, дорогая. Никто тебя не услышит.
Она судорожно потянула себя за лодыжку, а затем остановилась, чтобы посмотреть на меня. Черт возьми, старый стереотип был правдой. Кейси была еще красивее, чем обычно, когда злилась.
— Ты никуда не пойдешь.
— Ты не можешь так поступить.
— Могу. И я это сделаю.
— Это — похищение человека!
— Ты совсем не маленький ребенок. И я — федеральный агент.
— Хорошо! Если кто-то узнает об этом, они посадят тебя в тюрьму!
Я спокойно улыбнулся ей, и осмотрел ее длинные ноги. Она была одета в узкие джинсы и они были очень сексуальны по некоторым причинам.
Наверное, потому, что она их носила.
— Мне так не кажется.
— Да? Как ты собираешься все объяснить?
Она подняла цепь и помахала ею передо мной.
— Сексуальные игры?
Ее рот открылся от шока. Она была у меня здесь. И, черт возьми, если это не давало мне идей.
— Я устал, Кейси, или как там тебя зовут. Но ты мне кое-что расскажешь. Ты мне все расскажешь.
Ее глаза были широко раскрыты, когда я подошел к дивану и сел рядом с ней.
— Нет.
— Да.
Я улыбнулся и потянулся к ней. Потом я положил ее на свои колени. Она закричала, лежа лицом вниз на диване. Ее идеальная задница высоко поднималась передо мной, когда она крутилась, пытаясь уйти.
Я хмыкнул, понимая, что мой член становится твердым, и что нет никакого способа скрыть это от нее.
Она перестала шевелиться и громко вздохнула.
О, да, она хорошо все заметила.
Я положил одну руку ей на спину, чтобы держать на месте и другую держал над аппетитными полушариями ее восхитительной задницы.
Хм-м-м… я чувствовал себя слишком хорошо. Чертовски здорово. Я улыбнулся про себя и поднял руку вверх.
Наступило время заставить ее дрожать.
ХЛОП.
— Данте был в баре той ночью?
— Ай! Да, Господи, я же говорила тебе!
ХЛОП.
— Ты видела его с жертвой?
Молчание. Так тому и быть. Я снова поднял руку.
ХЛОП.
— Ты видела Данте с жертвой?
— Нет!
Я остановился, рука застыла в воздухе. Я знал, что то, что я делал — безумие. Все, чем я занимался.
Я был слишком близок к делу. В середине ночи. Девушка вызвала во мне защитное желание.
Но это было нечто большее.
Ее плечи дрожали. Я положил руку ей на задницу. Погладил нежно, зная, что это опасно.
Дурак.
Но, Боже, я чувствовал, что все правильно.
Она села и уставилась на меня. Ярко-синие глаза девушки мерцали от невыплаканных слез.
Я протянул руку, наклонив голову, когда осматривал ее. Своими пальцами я коснулся ее щеки и заметил, что она сухая. Кейси не пролила ни одной слезы.
Я улыбнулся прекрасной, идеальной девушке.
— Лгунья.
Кассандра
— Я… я не собираюсь врать.
Он медленно покачал головой, его пальцы все еще касались моей щеки. Мы пересекли все границы за последние десять минут.
Может, мы пересекали их с тех пор, как встретились.
Он приковал меня цепями и отшлепал, как ребенка. Но в тот момент я поняла, что агент пытался защитить меня.
Я чувствовала себя в безопасности.
И это было вовсе не самое странное. Самое странное то, что я хотела, чтобы он поцеловал меня.
Я задавалась вопросом, был ли у меня синдром, когда люди влюбляются в своих похитителей.
Стокгольмский синдром.
Но технически меня схватили только на двадцать минут. Так что… вряд ли. Кроме того, я чувствовала не любовь. ЕЕ не могло быть.
Но мне показалось, что я чертовски влюбилась в Коннора ДеВитта.
И у меня было подозрение, что чувство взаимно. Что делало все еще более запутанным. Он пытался защитить меня. И не поцеловал меня, хотя, казалось, хотел.
Он не пытался трахнуть официантку из бара с ярко-голубыми глазами. Или, может быть, пытался. Но я не чувствовала себя так.
Кроме того, мужчина не делал никаких движений против меня.
В тот момент я почти пожелала, чтобы он так сделал.
Он сглотнул, и я уставилась на его адамово яблоко, когда оно двигалось вверх и вниз. У меня было желание провести по нему пальцами. Почувствовать шероховатость его щетины.
Мужчина встал, и я вдруг почувствовала себя шокирующе одинокой. Он обошел комнату, выключив свет. Принес мне стакан воды и одеяло.
Затем забрал свой ноутбук и коробку с острыми предметами, которые конфисковал ранее. Он стоял у подножия лестницы, наблюдая за мной. Коснулся пальцем выключателя на стене, и комната погрузилась в темноту.
— Спи.
Коннор
«Какого черта ты делаешь, ДеВитт?»
Я слышал Дэнни в своей голове. И почти видел, как он прислонился к комоду, бросая на меня мрачный взгляд. Он казался взволнованным, что было плохим знаком. Обычно ему нравилось стоять у стены.
Он всегда говорил мне расслабиться. Повеселиться. И пусть будет то, что будет.
Ну, из-за жетона его убили, и теперь я был посередине того, чтобы бросить свою карьеру ради мести, и едва совершеннолетней девушки. Мне пришлось признать это самому себе. Я не просто использовал ее, чтобы получить ответы.
Я занимался совершенно другим. И чем именно, я понятия не имел, черт возьми.
Я растянулся на кровати и уставился в окно. Рассвет только начинал озарять небо.
Ладно, давай посмотрим как Дэнни. В моей гостиной прикована девушка. Я только что отшлепал ее. Но на самом деле я бы хотел приковать ее к своей кровати.
Тогда я смогу вы*бать из нее правду. Заставить кричать мое имя. Может быть, она скажет мне чертову правду, когда я буду забавляться с ее великолепным телом, дразня и трогая, пробуя и исполняя ее желания.
У меня было чувство, что Маленькая Мисс Джонс, без сомнения, была вкусной.
Я бы даже не стал трахать ее долго. Я бы не торопился, наслаждаясь каждым ее сантиметром.
Трахнуть. Мне не было так тяжело с тех пор… никогда.
Я перевернулся на живот и застонал, когда мой член потерся о матрас. Может, мне самому об этом позаботиться?