Чтение онлайн

Оствель подмигнул Рохану.

– Непременно поиграешь, когда подрастешь! Пожелай принцу спокойной ночи.

– Спокойной ночи, - послушно повторил Риян.
– Не забудь про драконов!

– Не забуду. Спи спокойно.

Когда дверь закрылась, Рохан накинулся на еду с аппетитом, который одобрил бы сам Вальвис. Они со Сьонед вели постоянную борьбу со стремлением Рохана работать очень много, а есть очень мало. Когда он все съел, то лениво откинулся в кресле, держа в руках кубок с вином. Подчиняясь шутливому обещанию, данному им Сьонед, он часто встречался с ней в саду под покровом темноты. Домочадцы усмехались, притворяясь, что ничего не замечают, и строго следовали правилу: куда бы ни исчезли принц с принцессой, беспокоить их нельзя, даже если на Пустыню двинется армия Ролстры. Именно такая изысканная глупость была нужна Рохану сегодня ночью. Когда стемнело, он вынул из шкафа бутылку вина и два кубка.

Босой, одетый только в тонкую шелковую мантию, он спустился по потайной лестнице и через пустынный сад двинулся к гроту. Сьонед, шептало ему волнение, разлившееся по всему телу; Сьонед, повторял прохладный ветерок; Сьонед, музыкой звучало в ушах... Рохан стоял перед водопадом, закрыв глаза, и ощутил присутствие жены еще до того, как ее руки обвили его талию, тело прижалось к спине, а губы - к затылку.

Однако первые слова жены чуть не испортили ему все удовольствие.

– Ты закрылся с бумагами на весь день. У нас неприятности, да?

– Ничего такого, что не могло бы подождать. Она отпустила мужа, и тот повернулся к ней лицом.

– Скажи мне, Рохан.

Он уныло поднял бутылку и кубки.

– Я думал, мы собирались...

– О, конечно, - заверила она и подкрепила обещание поцелуем.
– Но я не видела тебя весь день. Поговори со мной, милый.

Они уселись на мягкий мох. Голова Сьонед покоилась на его плече; бутылка вина стояла в стороне, ожидая своей очереди. В ее объятиях он находил радость, в ее любви черпал силу. И все же больше всего Рохан ценил в ней разум. У остальных принцев были просто жены; Сьонед же была ему больше чем женой. Рохан нашел в ней настоящую принцессу, стоившую той диадемы, которую он когда-то надел на ее голову.

Он рассказал Сьонед о драконах и прижал к себе, пытаясь по непроизвольным движениям тела определить ее мысли. Она умела управлять лицом не хуже Андраде, но их обеих выдавало постукивание пальцев по столу или чему угодно. Стоило прикоснуться к руке жены, как он почувствовал, что Сьонед напряжена.

– Нужно отменить встречу вассалов, - сказала Сьонед, едва он умолк. Тогда и требовать Избиения будет некому.

– Я тоже подумал об этом. Фейлин прав, в этом году драконы в Ривенрок не прилетят, так что развлечения не будет, но встречу вассалов провести все же придется. Это первая Риалла за шесть лет. Всем нам есть о чем поговорить, а с теми, кто унаследовал свои поместья в результате Великого Мора, побеседовать просто необходимо.

– Ты собираешься рассказать им о драконьем золоте? Видишь ли, они уже удивлялись, откуда взялись деньги на дранат. Когда Фарид был здесь в прошлом году, он рассказывал, что его люди знают, откуда берется золото...

– Но они даже мне ни словом не обмолвились об этом в течение двадцати лет, - напомнил Рохан.

– Это естественно. Однако те, кто ни разу не бывал в пещерах, могут принять их за копи и никак не свяжут с драконами. Может быть, так и сказать вассалам?

– Меня заботят не столько вассалы, сколько Ролстра.
– Упоминание о верховном принце заставило Сьонед сжаться, и Рохан бережно погладил ее по спине.
– В Скайбоул были отправлены опытные наблюдатели из числа купцов, путешественников и охотников. Они вернулись, ничего не узнав. Фарид - опытный старый лжец, будь благословенно его имя. Но у Ролстры было три года, чтобы догадаться, откуда я взял столько золота. И он ни за что не поверит, что я хотел спасти драконов лишь из сентиментальности.

– Пусть верит во что хочет! Пока никто не найдет доказательств, какое это имеет значение? У твоего отца была правильная мысль. Пусть люди думают, что богатство объясняется успешными войнами и знатной добычей.

– Откуда она возьмется? Когда мы отбросили меридов на север, у них не было гроша за душой. А сколько денег ушло на то, чтобы закопать подохших во время чумы животных?

– Мы были бережливы, - возразила она.
– Расточительность нам не свойственна. Мы могли бы сказать, что нашу казну пополнило восстановление торговли.

– Или что я знаменитый скряга!
– Рохан рассмеялся.
– Нет, любовь моя. Вся беда в том, что торговля-то как раз и не восстановлена. Слишком мало времени прошло, чтобы разбогатеть на ней. На нынешней Риалле этот вопрос станет главным. Слишком многие принцы и атри умерли, на их места сели молодые, власть сменилась почти повсюду, и похоже на то, что большинство их стоит на стороне Ролстры. Единственное, что могло бы изменить расстановку сил, это драконье золото.

– Чтобы купить их?
– с кислой миной спросила она.
– Как они могли перебежать на сторону Ролстры, если ты да вал им дранат?

– Я мог бы сказать, что они помнят смерти лучше, чем спасенные жизни, и это было бы верно. Мог бы сказать, что они с подозрением относятся к тому, откуда у меня взялся этот запас, и тоже был бы прав. Но настоящая причина...

– В том, что методы Ролстры более понятны молодым лордам. Они признают только такой тип власти. Нам придется переучивать их.

– Мы это сделаем. Но подкупать их я не собираюсь.

– Ладно, об этом можно будет подумать позже. Сейчас нужно найти причину запрета убийства самцов драконов, иначе вассалы не поймут этого.

– Знаю, - вздохнул он.
– Благодаря моему отцу у людей сложилось превратное представление о том, в чем заключается мужественность.

У Сьонед затряслись плечи, и Рохан проклял себя за неосторожность.

– В этом есть и моя вина...
– прошептала она.

– Сьонед, я родился, когда отцу было сорок лет. У нас еще много времени.

Она высвободилась из объятий мужа и посмотрела ему в глаза.

– Я ни разу не сумела выносить ребенка, а не беременела с самого Великого Мора. Я не смогу дать тебе сына, Рохан, и мы оба знаем это.

– Перестань. Мы оба молодые и сильные.

– Тебе нужен наследник. Он тяжело вздохнул.

– Я верю, что все будет в порядке, но если дойдет до этого, моим наследником станет Мааркен. Перестань терзать себя, Сьонед...

– Как я могу? Рохан, я изучила закон о престолонаследии. В нем ничего не сказано о том, что наследник должен быть непременно сыном твоей законной жены... Достаточно и того, чтобы ты официально признавал его своим сыном.

– Сьонед!
– Он грубо схватил ее за плечи.
– О чем ты говоришь?

– Я не отказываюсь быть твоей женой и принцессой. Но тебе нужен наследник.

Рохан пристально посмотрел на жену.

– Значит, ты готова послать ко мне в постель какую-нибудь девушку, а потом следить за тем, как она носит моего ребенка? Неужели ты способна на это, Сьонед?

– С меня достаточно твоей души и твоего ума...

– И моего тела. Всегда. Только ты. Скажи мне, что ты никогда не пойдешь на это!

– Пойду...
– прошептала она сквозь слезы.

– А что будет после того, как родится ребенок? Ты отошлешь его мать прочь? Или оставишь здесь и будешь наблюдать за тем, как мать моего сына берет над тобой верх? Ты подумала об этом, глупышка? Хочешь сделать из меня второго Ролстру?