Чтение онлайн

— Нет, — поникла Гвен. — Это я.

— Что — вы?

— Накричала и обидела.

Почему-то сейчас собственное поведение казалось детским и глупым. Леди не должна вести себя так импульсивно. Было стыдно и плохо, но вернуться, чтобы извиниться, представлялось чем-то слишком страшным. Да и видеть подругу сейчас, зная, что она провела с Дарнеллом прекрасные закатные мгновения, было слишком больно.

— Не верю, — заявил Ирвин. — Вы не могли. Простите, герцогиня, но вы чего-то недоговариваете.

Оруженосец отстранился, отпустил ее, стало гораздо холоднее, хотя и спокойнее.

— Нет, я говорю совершенно честно, — сказала Гвен, ненавидя себя за робость и нерешительность. — Я повела себя глупо и сожалею об этом.

Ирвин вздохнул, и вдруг лицо его прояснилось.

— Давайте прогуляемся перед сном, и вы мне все расскажете, герцогиня.

Она взяла его под руку и позволила увести себя в глубину вечернего сада. В сгущающихся сумерках яркими точками горели цветы и фонарики, один за одним вспыхивающие среди зелени. Одуряюще сладко пах воздух, земля щедро делилась теплом, и в цветочных кустах просыпались ночные бабочки.

— Позвольте спросить, ваша светлость, — начал Ирвин после долгого молчания. — Вы уверены, что леди Полина вас ничем не шантажирует и ни к чему не принуждает?

Гвен возмутилась:

— Ну конечно уверена! Что за глупости ты вечно сочиняешь?

— Боюсь, это не глупости, — улыбнулся Ирвин как-то невесело. — Тогда позвольте еще один вопрос.

Гвен молча кивнула.

— Ваши чувства к принцу, — Ирвин остановился в тени беседки и повернулся лицом к Гвен, — действительно так сильны? Вы его любите?

Гвендолин испуганно замерла на месте. Даже в страшных кошмарах она никогда ни с кем этого не обсуждала, тем более с мужчиной. А уж тем более с Ирвином…

Но его глаза горели решимостью, и их мягкое мерцание не позволяло отвести взгляд.

— Почему ты спрашиваешь? — наконец проронила она.

Волшебство вечера, еще не ставшего непроглядной ночью, но уже растерявшего краски дня, превращало этот разговор в игру, в шалость, и Гвен почувствовала необычайное возбуждение. Ее зазнобило, ладони вспотели, а она никак не могла перестать смотреть в лицо Ирвина.

И тогда он медленно наклонился, ловя ее взгляд, и поцеловал.

Несколько секунд Гвен просто стояла, не решаясь пошевелиться, сухой жар чужих губ отдалился, слегка мазнув по ее губам невесомым, невероятно целомудренным поцелуем.

Но уже не дружеским. Это понимала даже Гвендолин.

— Простите, герцогиня, — грустно улыбнулся Ирвин, отойдя на шаг. — Теперь я потеряю вас обоих, но я должен был это сделать. Причем очень давно. Пожалуй, я должен благодарить иномирянку за то, что она перевернула наши жизни.

Ирвин повернулся к ней спиной и исчез быстро, как тень, растворившаяся в воздухе. После него остались горькое послевкусие тоски и огонь, разгоревшийся внутри и сделавший все прочие переживания ненужными и неважными. Она, Дарнелл, Полина, Ирвин — все перепуталось, завязалось в тесный клубок, который, казалось, уже ни за что не распутать. Даже те чувства, в которых она всегда была уверена, вдруг перестали казаться такими уж безусловными, и это действительно переворачивало все вверх дном.

О, Гвен точно не уснет этой ночью…

Марко, паж при королевском дворе

Страшные истории никогда не нравились Марко. После них всегда мучили ночные кошмары, даже если байки были до наивного нелепыми. А с возрастом стали раздражать простодушие одних мальчишек и вранье других.

— И вот рыбак наклонился к полной добычи сети… — Сидящий на кровати рассказчик сам немного сгорбился. — И когтистая рука русалки пробила ему ребра!

Никто не вскрикнул и не ахнул. Кто-то тихонько присвистнул.

— А наутро нашли его распотрошенный труп. Все внутренности съела гадина.

— Русалки не едят человечину, — не удержался от комментария Марко. — И у них, как у нас, ногти, а не когти. Если бы это была мелюзина, было бы правдоподобней.

Он отвел глаза, надеясь, что в полумраке товарищи не разглядят его растерянный взгляд.

Ведь леди Полину превратили именно в мелюзину. У неведомого злодея настолько черное сердце, что он придумал коварный способ избавиться от участницы отбора. Если бы звезды сложились по-другому, леди Полина убила бы принца или он лишил бы ее жизни с помощью оруженосца. Даже думать об этом жутко.

— Русалки, мелюзины. — Джулз неуютно повел плечами. — Все они твари мерзкие.

— У меня тоже есть история, — вызвался рассказывать миниатюрный Рето и устроился поудобнее, подобрав под себя ноги. — В одной деревне жил мельник. Однажды его дети играли на берегу моря и увидели среди камней маленькую девочку, совсем без одежды. У малышки были черные мокрые волосы и молочно-белая кожа. Она плакала и звала маму, но, встретив детей мельника, успокоилась и позволила старшему сыну взять себя на руки. Дети принесли находку домой. Жена мельника попробовала накормить девочку кашей, но малютка стала капризничать, и женщина пошла к соседям, узнать, откуда взялся подкидыш. А мельник догадался сразу: глаза у девочки были точь-в-точь как у русалки, с которой он однажды встретился на побережье.

Дерек во всеуслышание фыркнул.

— И как у него это получилось с русалкой?

Сбившись, Рето рассеянно потер переносицу.

— Ну… Магия. Но это еще не все. Девочка осталась жить в семье и спустя несколько лет выросла настоящей красавицей и умелой рукодельницей. Мельник мечтал, когда она станет совсем взрослой, выдать ее замуж за сына головы. И вот как-то ночью дочь русалки разбудила его и с улыбкой сказала: «Пойдем к маме, она давно тебя ждет». Ничего не поняв спросонья, он вскочил на кровати, повернулся и заметил, что его жена мертва. Проверил — и дети тоже. А девочка, хохоча, скинула с себя платье и выбежала на улицу.

— Хватит уже! — воскликнул Джулз. — Надоели ваши истории. Либо что-то нормальное рассказывайте, либо давайте уже спать. Вон как Сэм.

Хмыкнув, Дерек скрестил руки на груди:

— Да ты трусишь.

— Ничего я не трушу, просто бред это все!

— А что ты так заводишься, раз это бред? Признайся, что сказочки очень страшные!

— Вот еще! — огрызнулся Джулз. — Сказок только дураки боятся.

— Мм, я понял. — Потянувшись, Дерек закинул руки за голову. — Ты не сказок боишься, а русалок.