Чтение онлайн

— Нет, — отчаянно замотала она головой. — Я же вижу, ты нормальная девчонка. Поверь, в той комнате… никого нет, — и опять хлоп глазами, точно невинный олененок.

— Что за бред! Слушай, ты меня ни с кем не перепутала? А-а, точно, ты же меня обозвала дурой.

— Прости. Но… я говорю правду.

— Слышь, ты, я сейчас тебя без трактирщика разделаю под фастарскую шарлотку, лучше не зли!

— Прости! — Девчонка сжалась в комок, потому, что я действительно разозлилась сверкнув драконьей чернотой. — Прости. Я докажу, только не выдавай меня. Они запирают меня, а на шею надевают рабский ошейник. — Девчонка откинула манишку, и я увидела отчетливый след рабского поводка.

У нас в Ларгандии тоже такие есть — для детенышей харгов, которых отлавливают в далеких пустошах, еще для вийров и птухл — редких ядовитых тварей из лесов Афадонии. Но никогда такие ободки не надевают на людей.

А след, да. След характерный. Я мотнула головой. Задумалась. Вообще-то, навести морок можно и на дракона. И этот след на ее шее — всего лишь иллюзия.

— Да ты искусная чародейка, — я язвительно усмехнулась, склонившись над ней. — Но все же, я тебе не верю.

— Стой! — Умоляюще вскинула она рукой. — Хорошо, ты не веришь. Сейчас поверишь. Никакой старой нищенки нет. В одном ты права, я действительно искусная колдунья. Не чародейка, а колдунья. Смотри.

Я нахмурилась. Все мои магические фибры невольно напряглись, ожидая сюрприза… Так оно и случилось. Как говорит моя Алиса, жена моего дяди, короля Алана: «Мать моя женщина»!

Фигура девицы в лохмотьях искривилась, дернулась, на секунду размылась пятном… И воплотилась той самой старушкой, что сидела в зале таверны. Та же сгорбленная спина и лицо, покрытое морщинами, как кора на трухлявом пне.

— Поверила теперь? — Прошамкала беззубым ртом «старая женщина», и встряхнула телом, возвращаясь в прежний облик. А до меня вдруг все дошло. Наконец-то! Дошло как до джингарского жирафа! Вчерашний патрульный обход с офицером Фивертом связан с этой самой девицы. Вот оно что!

Я бухнулась на кровать и крепко задумалась. Тут же вспомнился странный человек, что вчера выглядывал из-за спины офицера. Маленький, зыркающий по сторонам колючим, злым взглядом.

— Кто тот человек, что был с офицером?

Девчонка поежилась.

— Дядя. Хотя, какой он дядя. Они все только прикидываются, что родственники.

— А на самом деле? Давай, дорогая, рассказывай, — я склонилась и уставилась на нее не очень любезным взглядом. Знаю, какой иногда у меня бывает взгляд. Но я должна знать правду. По словам капитана Фиверта, вчера они ловили преступницу. А вот сама преступница сейчас утверждает другое. — Как тебя зовут?

Девчонка помялась, но ответила.

— Мия. Мия Ростон.

— Отлично, Мия Ростон, рассказывай.

Моя ночная собеседница вздохнула и начала рассказ. И чем больше я ее слушала, тем сильнее в моей душе росло возмущение. Сейчас, если бы увидела того маленького человечка, прячущегося за спиной офицера Фиверта, я бы лично скрутила его морским узлом и выкинула на помойку.

Мия Ростон родилась в далекой провинции королевства Аскария, в семье колдунов, живущих в общине травников. Муж ее матери умер за два года до рождения девочки. Да-да, и такое бывает, когда колдовской ранг и авторитет женщины выше положения мужчины.

Мия рассказала, что в их городке правил совет женщин, самых крепких, сильных колдуний и чародеек. А ее мать была главой этого совета. Поэтому, когда она объявила, что ждет ребенка, в общине начался праздник. Нет ничего лучше для жизни и магии, чем рождение девочки с великим даром травницы лесов феи Одейны, которой они поклонялись. Что тут скажешь, в любом закрытом обществе свои законы.

А через пять лет после ее рождения, случился мор черной волоснянки, скосившей половину провинции, в том числе и почти всю общину травниц-колдуний. Не помогла их ворожба и заклятия. На весь городок в живых остались несколько человек, в том числе и Мия.

И вот тут, словно харг из сундука, появляется ее дядя.

— Никакой он мне не дядя. И староста наш так же сказал, только кто его будет слушать. Он еле в живых остался, почернел от волоснянки и руки парализовало. Дядя потом на суде утверждал, что староста Якош с ума сошел от болезни.

Я мотнула головой.

— Стой, не пойму. Зачем ты нужна этому дяде, что в тебе такого?

Мия горько усмехнулась, опустив голову.

— Я ему вообще не нужна, одна помеха, а вот угодья лесов и часть подгорных территорий с золотыми жилами, которые принадлежали моей матери — да. А еще деньги ее умершего мужа, которые хранятся в королевском банке Каптена, и сейчас я прямая наследница этих счетов.

— Вот оно что, — я скатилась по боковине кровати и плюхнулась рядом с ней на коврик. — Слушай, а кто твой отец? Где-то же он живет, и в ус не дует, что с его дочерью такие беды.

Мия пожала плечами.

— Я плохо помню детство. Мор начался, когда мне было пять лет. Единственное, что знаю, это то, что мать с отцом встретились в Ирдене. Что она там делала, я не знаю.

Я быстро покопалась в голове. Перед тем, как меня отправили сюда, мэтр Карн хорошо погонял меня по географии королевства, и я вспомнила, что Ирден — город на юге Аскарии, крупный портовый центр.

— А дальше-то что? — Затеребила я ее.

А дальше, после того, как ее забрали в чужую семью, для ребенка начался ад. Маленькую травницу из рода колдуний лесов Одейн поселили в чулане. Когда ей исполнилось шесть лет, дядя начал обучать ее грамоте, оказывается, родственник предусмотрительно перевез из далекой общины ценные книги ее матери по целительству и травознанию. Зачем добру пропадать? Пусть девочка приучается к труду.

— Я училась различать тонкий флер цветов и трав, сама нащупывала флюиды и потоки дара.

— Тяжело наверное, самой, — кивнула я.

— Тяжело. Но интересно. И потом, это оказалось к лучшему, что ко мне не приставили мага. Мой второй дар, он очень… очень странный… — Мия задумалась. — О таком никто не знает, понимаешь?

— Нет, — честно мотнула я головой. — По-моему, в тебе есть дар метаморфа.

— Не думаю. Во мне что-то другое.

— Объясни, — я нахмурилась.

Мия озадаченно вздохнула.

— Я перевоплощаюсь в мертвых, и только в мертвых. Понимаешь?

Вот это фокус! Я хлопнула глазами и тряхнула головой.

— Ну, ты даешь! А ты не врешь?

— Честно, — ответила Мия. — Честнее не бывает. Мне достаточно вспомнить умершего человека, или увидеть его портрет.

— А с живыми?

— Нет.

— А с животными?

Мия улыбнулась и мотнула головой.

— Нет.

Я задумалась.

— Чудеса. Слушай, а вдруг ты некромантка?

Девушка прищелкнула языком и опять мотнула головой.

— Я не управляю умершими, они меня не слушаются. Не поднимаю из могил останки, не умею призывать духов, я даже их не чувствую. В общем, с некромантией не дружу, как и она со мной, — мы переглянулись и обе засмеялись. А она веселая.