Чтение онлайн

–  Что ты решил, Лофрэт? - спросила я, глядя на мужчину.

Тот поднял на меня глаза и одарил взглядом полным ненависти.

–  Что я решил? - его губы сжались. Я поняла, что Лофрэт едва сдерживается, чтобы не осыпать меня ругательствами. Впрочем, он правильно делал, что держал себя в руках: подобное обращение с собой я не стала бы терпеть.

Он опустил глаза и проговорил после недолгого молчания:

–  Я скажу ей правду.

Ничего другого я от него не ожидала, поэтому особо и не удивилась.

–  Так тому и быть, - проговорила я. - Викторию ты увидишь в конце месяца.

Я отвернулась и направилась к дверям, ощущая на своей спине его полный злобы и отчаяния, прожигающий взгляд.

Я не хотела встречаться с дочерью в таких беспокойных обстоятельствах, но мне ничего больше не оставалось. Я направилась по коридору с низким каменным потолком вдоль темниц, к лестнице с дверью, ведущей наверх. Позади я услышала, как с тяжелым стуком захлопнулась железная дверь клетки Лофрэта, а потом последовал звон металла о камень. Он скинул с кровати поднос с едой и напитком, в которых был дзедзе-но си.

«Это не спасет тебя, Лофрэт», - подумала я. - «Твой организм уже полностью пропитался ядом. Жаль, ты не видишь нашей дочери, Шигеру. У нее мой характер, твои глаза, и она замечательный человек».

Мори толкнула передо мной дверь, и я ступила за порог первого этажа.

Конец Pov Кэйко

Междуглавие

Мы собрали с Диером трав, болтая о всякой чепухе, наслаждаясь свежим ночным воздухом и прохладой. Потом я отнесла эти травы Кэйко-сама, она поблагодарила меня, и я пошла спать.

На следующий день мы вместе с Линдо (который, как оказалось, с помощью Кэйко-сама устроился в конюшню, что давало ему варить зелье вдали от посторонних глаз, с утра до ночи, ссылаясь на то, что он ухаживает за лошадьми - и даже по ночам, что, впрочем, не могло вызвать ни у кого подозрений), собрали оставшиеся ингредиенты, после чего распрощались до дня принятия зелья.

Месяц летел незаметно. Кэйко-сама носила папе лекарство, но говорила, что он очень плох, и, возможно, уже поздно его лечить. Мы вместе с Виктором умоляли ее помочь нам и вылечить папку любым способом. Тогда она отвечала, что, «возможно ему станет лучше, если он уедет подальше отсюда, подальше от такого скопления темной магии, и, например, в своем королевстве, он сможет прийти в себя». Я сразу сказала, что я только «за». Мне очень хотелось пойти к отцу прямо сейчас, взять Линдо с зельем и уехать отсюда, пока не вернулся Тео. Идеальное время для побега. Нам всем будет хорошо вдали от этого места, верно? Это было трудновыполнимо, потому что тюрьма тщательно охранялась, тем более в последнее время. Видимо, Кэйко-сама мне не доверяла. Ключи были только у нее. К ней в комнату попасть было невозможно. Если ее не было внутри, это не значит, что ее по-настоящему не было, ведь она могла сидеть кошкой где-нибудь под кроватью и наблюдать за действиями вошедшего... А если она уличит меня в подобном, не станет лечить папку, а меня саму - в тюрьму... Нет, надо действовать осторожно... Только вот как?!

И Виктор больше не в теле Рину, чтобы иметь какие-то привилегии... Никакой пользы от него!

Кстати, о Викторе. У них, видать, с Селиной все получается, потому, как чуть ли не каждый вечер они встречаются. Вы понимаете, каково мне от экспериментов моей второй личности? Слава богу, что я в этом не участвую, а все воспоминания обрывками. Я бы с ума сошла, если бы обо всем знала, что они делают. Теперь я знаю, каково было Виктору в ту ночь... Я ни с кем ничего не хочу. Диер пытался меня пару раз соблазнить на грешное дело, но я только отшучиваюсь и напоминаю ему о верности Тео, ибо я скоро уйду. Настроения у меня никакого нет из-за папки и его самочувствия, я вся на иголках из-за почти готового зелья. Я вообще не понимаю, как Виктор может быть так беззаботен? Ведь его тело, как мужчины, исчезнет, скоро он будет меня чувствовать так же, как я чувствую себя сейчас в этом теле. Немного неудобно, немного не по себе... Или он пытается нагуляться перед тем, как исчезнет совсем? Что-то как-то грустно это.

Месяц подходил к концу. Проснувшись поутру после очередной бурной ночи Виктора, я услышала шум. Осознав, что я абсолютно голая, а Селины и след простыл, поднялась и начала одеваться, сонно озираясь и зевая. За дверью и на улице стоял невообразимый шум. Я оделась на скорую руку и, кое-как пригладив волосы мимоходом перед зеркалом, вышла в коридор в незастегнутой наполовину рубашке. Ошеломленно уставившись на толпу остроухих, рассредоточившихся по всему коридору, я поискала глазами Диера: он-то скажет, в чем дело. Наконец я увидела его затылок с мятным цветом волос. Эльф о чем-то увлеченно разговаривал с одним из охранников. Тот хмурился и, время от времени выдавал короткие ответы. За спиной у него был дорожный плащ. Я направилась прямиком к Диеру. Потом взяла его за локоть (тот вздрогнул от неожиданности и охнул, оглядываясь на меня), и потащила к стене, к свободному от остроухих месту.

–  Что происходит? - спросила я.

–  Доброе утро, принц Виктор, - проговорил негромко тот, кинув на меня робкий взгляд. - Прекрасно выглядите сегодня.

Он не преминул окинуть взглядом мой обнаженный торс, виднеющийся из-под пастельной рубашки.

–  Говори уже, - кинула я несколько грубо от нетерпения.

–  Приехал гонец от нашего полка.

–  Гонец? - какое-то странное предчувствие зашевелилось внутри меня щупальцами.

Глаза Диера засияли, он улыбнулся.

–  Господин Тео, господин Леуш и остальные возвращаются домой!

–  Домой? В смысле, сюда? Как скоро? - засыпала я его вопросами. Просто это заявление застало меня врасплох. Хоть я и должна была быть к нему готовой, у меня не получилось сохранить самообладание.

–  Вы разве не рады? - спросил Диер, недоуменно глядя на меня.

Не особо я рада, если честно! Линдо еще не закончил зелье, два месяца истекали, но было все еще рано. Хоть бы они приехали через неделю, или дня через три. Тогда нас уже и след бы простыл, а меня и вовсе найти будет сложно, с моим-то прежним телом и внешностью девушки! Я молча усмехнулась, представляя себе, как Тео разошлет эльфов искать принца Виктора, а перед носом у него будет разгуливать настоящая Виктория, и никто из них ее не признает! Вот потеха-то будет!

–  Рад я, - без тени этой самой радости ответил я Диеру. - Просто это было... неожиданно. В хорошем смысле.

–  А-а, понятно, - расплылся Диер в понимающей улыбке.

–  Принц Виктор! - услышала я и, обернувшись, увидела одного из эльфов, направляющегося прямиком ко мне. Незнакомый.

–  Хм?

–  Кэйко-сама хочет вас видеть, - оказавшись напротив меня, закончил эльф.

«Неужели даст ключ?» - сердце у меня забилось сильнее.

–  Хорошо, - ответила я, - уже иду.

Остроухий сделал в мою сторону кивок-поклон и отошел к другим эльфам.

Я попрощалась с Диером и направилась по коридору вперед, к комнате Кэйко-сама. Шла и думала о том, как увижу папку - целый месяц не виделись! Надеюсь, он уже выздоравливает, ведь Кэйко-сама лечит его уже давно. Может мы даже успеем сбежать, а она нам поможет! Было бы здорово! Хорошая она тетка... Жаль только, что без семьи совсем. И как это она еще с ума не сошла за столько лет среди остроухих?!

Глава двадцать пятая. Горькая правда (1)

Кэйко-сама дала мне ключ, и я устремилась к Подземелию так быстро, как только могла.

«Эй, Виктор! К папке идем!»

«Да знаю я, ты так не светись, а то еще заподозрят чего!»

«А мне все равно!»

Через какое-то время я уже передавала охраниику ключ, и тот возился с замком, открывая дверь.

–  Отец, это я, Виктор! - прильнув к прутьям решетки, уставилась я в камеру, пока эльф поврачивал ключ в замочной скважине.

Отец сидел с растрепанными волосами на кровати. Его отстраненный, блуждающий взгляд (я еще не видела его таким) скользнул по моему лицу. Но вид у него был такой, словно он не узнал меня. Дверь щелкнула и с грохотом поползла в сторону, едва я успела убрать руки от решетки и сделать шаг назад.