Чтение онлайн

— Ну уж нет, и не узнать что ты у нас непорченая девочка?

Жар опалил щеки. И почему, скажите на милость, это звучало обидно? То есть я и правда такая. Я девственница. Но почему он говорит об этом так, словно это плохо?

— Неужели это работает хоть с кем-то? — я расстегнула пояс.

— Не понял? — Олав подложил руку под голову и с интересом посматривал на то, как я вожусь с одеждой. И во мне проснулось женское честолюбие. Да он слюной изойдет раньше чем я лягу в эту постель. Я легким изящным движением бросила пояс на пол. Маг не отвел взгляда от меня. Между нами снова заплясали искры, когда он прошелся глазами от пояса до моих ног.

— Осуждение невинности. — Я стала медленно выпутываться из рукавов платья. Благо шили его на женщину вдвое больше меня, так что проблем не возникло. Я старалась двигаться изящно и плавно и как бы невзначай позволила платью съехать с плечика. Не удержалась и взглянула на Олава. Заметил? О, да…

Маг мои игры отлично понял и улыбнулся. Но взгляда не отвел.

— Говоришь девушке, как глупо хранить себя для мужа, а она дура и рада тебе отдаться. Так ты обычно завоевываешь своих селянок, служанок и прочих девиц, которые до тебя снисходят?

Я вышагнула из ботинок. Ножки у меня были крохотные, так что я смогла это провернуть не наклоняясь. Медленно пошла к ложу, не отказав себе в удовольствии пару раз чувственно вильнуть бедрами. Откинула одеяло, села спиной к Олаву и стала распускать косы. Пусть этот варвар хоть так увидит разок красоту настоящей каноанки. Волосы у меня были черные как ночь и гладкие как шелк. Мамины…

— Осуждаешь, значит? Сама ни разу с мужчиной не была, но других осудить — святое дело. Похоже на магов.

— А ты ни разу не был с приличной девушкой!

— Да Боже упаси. Нет уж, мне, пожалуйста, неприличную. И, уж конечно, не девственницу. — он обидно фыркнул. — Возни с вами прорва, а толку чуть.

Я резко обернулась, чтобы испепелить его взглядом. Да как он смеет!

— Настоящий мужчина способен оценить невинность избранницы.

— Настоящий мужчина может эту досадную преграду к удовольствиям… — он посмотрел на мое голое плечо выглядывающее из ворота платья. — Устранить.

— И не мечтай! — возмутилась я.

— Как скажешь, принцесса. — и что-то было в его тоне, отчего все мое тело странно завибрировало. В животе остро и приятно сжалось, и стало так тяжело дышать, что я отвернулась и облизала губы. Олав лежал рядом обнаженный по пояс и мне не было это безразлично. Но как же так?! Я его совсем не знаю.

«А Августина знаешь?» — ехидничал голос в голове.

Но Августин никогда бы не позволил себе так отозваться о моей невинности!

«А что он о ней на самом деле думает? Может, тоже самое?.»

Я гневно посмотрела на Олава. Вот! Вот так он и дурит головы всем этим глупым девицам. Но не мне! Не принцессе Лей Син!

— Отодвинься! — приказала я строго.

— Куда? На пол?

— Да хоть в самую преисподнюю! — Я понимала, что он лежит вполне себе прилично, не пытаясь прижаться ко мне. Но все равно расстояния катастрофически не хватало. Я вспомнила, как проснулась в его объятиях этим утром на лесной поляне. Он тогда и ухом не повел. Ему было все равно.

— Спусти платье. Ты должна казаться голой. — сказал Олав и прозвучало это отстраненно и по-деловому. Я осторожно вытащила руки из рукавов, придирчиво держа материю на груди, чтобы не вздумала сбегать. По обнаженным плечам мазнул прохладный ночной воздух и я вся затрепетала. Что же я творю? Почему чувствую…так?

— Ниже. — голос Олава стал хрипловатым и это так ярко так остро коснулось моих ушей, что я закрыла глаза от истомы.

— Я не могу ниже!

Он взял ткань на спине и резко поправил опуская. Я вздрогнула, но совершенно точно не от ужаса или испуга.

— Залезай под одеяло.

Сглотнув, послушалась, все так же сжимая платье на груди. Эти варвары никакого нижнего платья или белья мне не дали. Все что было — домотканая платье-рубаха и пояс. И сейчас я чувствовала себя слишком обнаженной. Слишком…доступной! И Небеса, почему это так меня волновало? То есть это должно было пугать меня, возмущать, заставлять негодовать и бояться. Но я не боялась. Я…волновалась.

Я легла на спину придирчиво выставив над одеялом голые руки и плечи. Сцепила дрожащие ладони в замок, положила на живот и замерла ни жива ни мертва.

Олав тихо усмехнулся.

— Сколько тебе лет, Лей Син? — спросил он странным нежным голосом.

— Девятнадцать.

Он присвистнул. Да, уже не так и юна. Мама выходила замуж в семнадцать, но сейчас времена уже другие. И вовсе я не старая дева! И я невеста! Принцесса семьи Лоркат вон в двадцать один выходила прошлым летом и ничего.

— И что, ни разу не хотелось?

Я гневно посмотрела на Олава. Да как он смеет задавать такие вопросы?! Но маг лежал так же, как я, на жестковатом ложе, с обнаженными плечами. Мы были заперты с ним в шатре, вокруг которого бесновались и плясали дикари, которые ждали что мы, фактически незнакомцы, займемся любовью. Странная ситуация, в которой я не должна была оказаться никогда в жизни, но вот я здесь.

И мой гневный взгляд смягчился. Мне не хотелось злиться. Хотелось… чего? По крайней мере мне было волнительно и любопытно. Мне нравился Олав, чисто эстетически разумеется, а вовсе не как человек. И мне хотелось откровений. Своих и его. Почему? Я не знала. Но я повернулась чуть набок, чтобы видеть Олава и подперла голову рукой так же, как и он.

Я силилась заговорить несколько раз и не могла. Не могла признаться, что да, хотелось. Что один раз я заигралась с флиртом с сыном адмирала и он целовал меня в королевском саду. И что сердце мое чуть не выпрыгнуло из груди, когда он шептал мне всякое. И что я промедлила целых пять секунд, прежде чем дать ему пощечину и гордо удалиться, когда он сжимал меня в объятиях и целовал в шею. И что я до сих пор с трепетом вспоминала, как жесткие пуговицы его мундира впивались в мою грудь. Ах, что за сладкое, волнующее ощущение, этот мужской напор. Ему хотелось поддаться. Да, хотелось! Но разве я могла?

Олав понимающе улыбнулся, избавляя меня от необходимости признаваться.

— Ты хоть целовалась? — он посмотрел на мои губы и меня кольнуло томной искрой тревоги, опасности, страсти… Я тоже смотрела на его рот. Вокруг губ и на подбородке Олава пробивалась светлая щетина. Наверное, если поцеловать его, будет колоться… Я отвела взгляд и покраснела.

— Да. — хотела ответить гордо и снисходительно. Но вышло еле слышно и жалко. Нужно было отвернуться. Гордо и надменно. Но я не отвернулась.