Чтение онлайн

Стол и нечто вроде трона стояли на возвышении, на одну ступень выше пола, а вокруг стола, с боков, три табурета для посетителей…

Красавица волшебница была одета в черный костюм из блестящей и тончайшей тафты, с открытым вырезным воротом, обнажавшим ее снежно-белую шею, всю грудь и красивые, будто выточенные из мрамора, плечи и руки… Платье не состояло из лифа и юбки, ибо черный корсаж облегал ее бюст, талию и бедра вплотную, как перчатка или как трико, обрисовывая все формы тела. Только ниже бедер это трико превращалось в короткие панталоны выше колен, из-под которых начинались черные сквозные ажурные чулки и, наконец, блестели маленькие ножки, обутые в серебристые башмачки. Талию обвивал серебряный пышный шарф, завязанный на боку большим бантом. На красивой головке, среди взбитых буклями черных волос, блестела тоже серебряная корона вся в алмазах, которые, отражая сотни свечей, сияли ореолом вокруг ее головы и, в свою очередь, как бы освещали горницу и ослепляли глаза посетителя.

В руках волшебницы был красивый, маленький, тоже серебряный жезл с большим алмазом на конце…

Если б все эти алмазы были настоящие, то, конечно, их обладательница могла бы купить себе на них целое королевство, а не играть роль гадалки и ведуньи за деньги.

Но простодушию суеверного люда несть предела…

Не прошло недели после объявления в газетах о приезде из Багдада знаменитой волшебницы, вещательницы, толковательницы снов и вопрошательницы судеб мира и человека, знавшейся с нечистой силой и поэтому поселившейся в доме, пользующемся странной известностью, как масса народу устремилась к ведунье. Разумеется, достаточно было раз побывать в обстановке, искусно устроенной Шенком, и повидать красавицу ведунью, чтобы снова самому вернуться и, конечно, других послать к ней, если не ради веры в ее сверхъестественный дар провидения, то хотя бы затем, чтобы полюбоваться ее красотой, казавшейся действительно сверхъестественной в театрально-эффектной обстановке.

Да и действительно немудрено было иметь успех.

Молодая женщина, пожалованная молвой в восточные царевны, собой красавица, кокетка, увлекательно болтала чуть не на всех языках, причем гадала, то есть лгала, замечательно на все лады – и по руке, и в картах, и на черной гуще из таинственного вещества, и по книгам, разложенным на столе, полным самых страшных и загадочных изображений. В них чуть не через страницу был во всех видах нарисован не кто иной, как сам царь тьмы, Вельзевул, со всем своим придворным штатом и атрибутами преисподней Тартарары!

Через месяц красавицу Алимэ-Шах-Намэт знал весь Лондон и, конечно, богатый и знатный круг более, нежели бедный люд, так как прорицания ее приобретались ценою золота.

Но чем же составилась репутация и слава ведуньи, помимо красоты, и быстро разнеслась молвой по всей столице? Доказала ли Алимэ чем-нибудь свое ясновидение и колдовство?

Этим, конечно, на первых же порах озаботился Шенк. Он понимал, что мало красоты, кокетства, сметки и поверхностных знаний в чернокнижии его союзницы. Нужна не одна ловкая ложь и изящная болтовня. Нужны и факты. Вот эта сторона дела и была самая мудреная, хотя и она удалась Шенку. Нужно было не более трех искусных предсказаний или вещаний в доказательство ясновидения Алимэ, чтобы толпа помножила их на сто и разнесла по городу.

Эти три случая были искусно подстроены Шенком, при помощи одного его союзника – приятеля по имени Джек, который взялся за сумму в тысячу фунтов сделать два подвига, а за третий взялся сам Шенк. Джек был предводитель лондонских мошенников, известный по имени и по ремеслу самому начальству и всему городу, но он гулял на свободе, так как ни разу лично в мошенничестве не попадался, а пойманные верные слуги его шли на каторгу и даже на виселицу, не выдав ни разу своего повелителя.

Первая затея Шенка, обратившая внимание публики на ведунью, была простая.

Джек ради денег Шенка взялся обокрасть ни более ни менее как самого лорд-мэра. Почтенный гражданин в летах ежедневно отправлялся в карете со своим портфелем по месту службы и аккуратно, на обратном пути, заезжал к приятелю-подагрику побеседовать о событиях дня. Весь город знал эту привычку мэра. Однажды старик заехал к другу, оставив, как и всегда, свой портфель в карете. Через полчаса, уже в сумерки, лорд-мэр вышел, кучер подал карету и, по приказу барина, повез его в магазин… Там господин мэр вышел с портфелем и… и более не появлялся. Кучер, напрасно прождав до ночи, удивленный, вернулся домой… Дома же все, и сам барин были встревожены исчезновением кучера с портфелем, где были крайне важные бумаги.

Дело в том, что когда лорд-мэр вышел от больного друга, то не нашел своей кареты. Вышедший перед ним за полчаса поддельный лорд-мэр уже уехал в ней, а затем украл и портфель. Настоящий лорд-мэр вернулся домой в наемной карете.

Кучер, прослуживший двадцать лет в доме, чуть с ума не сошел от двойного чувства ужаса: пропажи бумаг барина и убеждения, что сам сатана подшутил над ним, приняв образ лорд-мэра. Впрочем, подобное ловкое мошенничество было настолько обыкновенным явлением в лондонской жизни, что, помимо кучера, никто, конечно, не верил в причастность к делу нечистой силы.

Но кому и зачем понадобились бумаги – огромной важности для самого мэра и города, но не имеющие никакой цены для мошенника? Вот вопрос, взволновавший всех!

Полиция была поднята на ноги, но портфель как в воду канул!!

Однажды незнакомая почтенная дама, иностранка, явилась к мэру и, извиняясь, объяснила, что она приехала дать совет г-ну мэру, каким способом отыскать портфель. Она убедительно просила его ради его же пользы послать кого-нибудь к знаменитой гадальщице ведунье Алимэ-Шах-Намэт.

Лорд-мэр, слышавший об этой шарлатанке и видевший ее объявления, только посмеялся советам иностранки. Но жена его, дочери и все дамы-приятельницы поглядели на дело иначе.

Тотчас же кто-то из семьи отправился к Алимэ. Красавица ведунья погадала в книгах и приказала ночью накрыть в одном домишке маленького преступника. Она назвала квартал города, улицу, дом и имя вора. Портфель был найден, а воришка семнадцати лет хотя и клялся, что портфель украден не им, а был ему подкинут кем-то из взрослых членов воровской шайки, но никто ему не поверил.

Случай наделал много шуму. Сам лорд-мэр изумлялся. Мог ли он знать, что цель и смысл этого случая с ним заключались не в покраже, а в возвращении украденного при посредстве знаменитой Алимэ?..

Другой случай, наделавший много шуму, был в том же роде, но только с той разницей, что Алимэ предсказала потерю всего имущества… за два дня до того, как Джек дал знать Шенку, что он с армией своих мошенников собрался ограбить дом.

Наконец, явился случай, о котором давно мечтал Шенк. Однажды, сортируя публику, Шенк отгадал в одном из посетителей, молодом человеке, важную личность, не только аристократа и лорда, но имеющую даже связь с королевским домом. Он гостил в Англии у короля Георга. Молодой принц, которого ожидает в будущем корона, явился к Алимэ не из суеверия, а из любопытства. Он вел жизнь довольно распущенную, к ужасу высшего общества. Один из его прихлебателей, побывавший уже у ведуньи раз десять, влюбился в нее и превозносил до небес ее красоту.

Принц, охотник до всего нового, тотчас отправился и действительно был очарован волшебницей. На первый раз Алимэ, не зная, с кем имеет дело, была обыденно мила; но когда Шенк узнал от собственных шпионов, кто этот посетитель, и передал это приятельнице, то красавица с нетерпением и боязнью ждала второго визита принца. Она боялась, что он не вернется.

А ведь почти ради него одного и была задумана Шенком вся эта комедия.

Но принц вернулся, чтобы выйти окончательно влюбленным! Публику Шенк спровадил, а Алимэ-Шах-Намэт в своем волшебном кабинете разыграла роль уже не ведуньи, а куртизанки… Свидание длилось до вечера.