Чтение онлайн

Ляля и Лали отпрянули в сторону.

«Странное зеркало», – сказала, подойдя, королева. – «Какое-то мутное. В нём всё искажается. Надо бы заменить, оно портит весь зал».

«Ваше величество», – попросил подоспевший откуда-то сзади человек, похожий, как теперь понимала Ляля, на мага Аскания. – «Если оно Вам не нужно, подарите это зеркало мне!»… – «Вам? Зачем?»… – «На память об этом сказочном празднике». – «Оно же испорченное, а я не привыкла делать такие подарки!» – «О нет, я не буду смотреться в него, оно пригодится мне для моих научных занятий, тут такое необычное преломление спектра»… – «Как вам угодно, мой друг». – «Друг? И… только?»… – «Вы забываетесь». – «Я желал сказать, что являюсь вернейшим и преданнейшим Вашим слугой, моя королева»…

Ляля краешком глаза увидела, как королева с дочерью удалилась, а за ними следовал тот человек – высокий, красивый, но чем-то ей не понравившийся…

Дед Мороз улыбнулся ей и сказал про себя: «Что же, действует превосходно. Но пока ещё рано решать окончательно, кто есть кто».

Он взмахнул волшебной палочкой и прошептал над головкой Ляли: «Спи, забудь»…

Папа с мамой нашли её мирно дремлющей на толстом ватном слое снега под ёлкой.

Лялю даже не стали ругать. Посмеялись, назвали «спящей красавицей», поправили помятое и слегка запылённое платье – и папа на руках понёс её в зал, где через пару минут должно было начаться праздничное представление.

А когда оно завершилось, и похищенная Змеем Горынычем принцесса Снежинка была спасена, превратившись в Снегурочку, и ёлка под дружные крики зала зажглась, Лялю, как и прочих детишек, повели под сверкавшее сотнями лампочек дерево – фотографироваться…

Совсем забыть про свои приключения в зазеркалье она не смогла.

Но все думали, будто она сочиняет. Или пересказывает сон, увиденный под еловыми лапами.

И, в конце концов, Ляля и сама стала думать, что всё это ей померещилось.

Только с тех пор она втайне присвоила себе это красивое имя – Эвлалия, и порой возвращалась к мысли о том, что она – потерявшаяся принцесса…

В середине острова возвышалась огромная, почти чёрная, ель.

У её подножья было маленькое, совершенное круглое, болотце с неподвижной водой, не тревожимой даже росчерками жучков-водомерок.

А под елью стоял глубокий старик с седой бородой, в серебристом длинном наряде и с серебряным посохом. Рядом с ним сидел рыжий кот – Ляля точно знала теперь, что это вовсе не Кеша, а помощник архимага Гронта, царственный Артаксеркс.

– Добрый вечер, принцесса, – приветствовал её архимаг.

– Добрый вечер. Но я не принцесса, – возразила она.

– Ты уверена?

– Да.

– И никогда не пожалеешь об этих словах?

Ляля немного помедлила, прежде чем ответить.

Маг сделал взмах тонкой палочкой, и поверхность болотца отразила не тёмную зелень и не вечернее московское небо, а городок с черепичными крышами и кривыми мощёными улочками, высокий холм с королевским дворцом, где можно было различить даже окошко спальни принцессы и белых голубей, копошившихся на подоконнике…

– Нет, – сказала решительно Ляля.

– Почему? – усмехнулся архимаг. – Надоело? Боишься не справиться?

– Я люблю своих маму и папу.

– Они будут с тобой не всегда.

– Так тем более.

– Воля твоя. Выбор, собственно, был уже сделан. Я лишь хотел ещё раз убедиться, что всё было правильно.

– А зачем вы это затеяли?

– Если ты не принцесса, то я тебе отвечать не обязан. То – сугубо наши дела. Можешь думать, что то новогоднее приключение было шуткой. Маги тоже любят шутить.

– А вы знаете, что принцесса стала драконом?

– Она всегда им была. Как и всякая, в ком течёт кровь Крылатого Вестника.

– Он был… не человек?

– Не совсем человек. Как и та, кого называют Святою Праматерью. Их потомица родилась из яйца. Но про это впоследствии избегали рассказывать. Знали только, что способности к магии передаются в королевском роду лишь от матери к дочери. У принцессы они оказались, похоже, чрезмерно сильны, потому что король Вассиан тоже внёс свою лепту: он не маг, но по сути – неукротимый дракон, и ему было невыносимо в дворцовых стенах…

– Что же будет с Мидонией?

– Тебя это не должно волновать.

– Но всё же?..

– А как ты сама полагаешь?

– Я думаю… если она настоящая, то… страны не исчезают – они, как и люди, могут стать другими, сменить имена и правителей… У каждой, как у человека, своя судьба.

– Ты, я вижу, неплохо учила историю.

– Да. Мне нравится узнавать про другие эпохи и страны. Но жить я намерена здесь и сейчас.

– Хочешь, я напоследок покажу тебе твоё будущее?..

Ляля едва поборола искушение посмотреть на болотную гладь.

– Нет, спасибо, – сказала она. – Или жить будет неинтересно.

– Что же, и этот экзамен ты выдержала, – усмехнулся маг. – Ты свободна, Эвлалия!

– Ляля. Клавдия.

– Мне лучше знать, кто есть кто, ибо я имею дело не с оболочками – с сущностями…

Постепенно из окружавшей их тишины начали проступать отдельные звуки: слабый шелест ивовых веток и нежный звон осиновых листьев, крик кукушки, посвисты зябликов, смутные обрывки весёлых мелодий, приглушённые девичьи взвизги…

– Прощай, и будь счастлива, – улыбнулся ей архимаг. – Наша сказка подходит к концу. Больше мы никогда не увидимся.

– Что ж, прощайте, – кивнула она. – Хорошо, что вы всё-таки были. И тогда, и сейчас.

– Артаксеркс, проводите Её высочество, – попросил архимаг кота.

– Извините, а кот Родиона – он тоже магический? – спросила Ляля.

– Немагических котов не бывает, – ответил вдруг Артаксеркс. – Пойдёмте, принцесса, Вас ждут, а у нас с архимагом ещё много дел на сегодня. Он отбывает из этого мира навеки, и нужно распутать все нити судеб, чтоб они его не удерживали.

Музыка стала громче, голоса на пруду отчётливей, а сквозь заросли показалась лодка, колыхавшаяся под сенью склонившейся ивы.

– Дальше я не пойду, – сказал Артаксеркс. – Прощайте, Ваше высочество. Рад был Вас повидать ещё раз. Передайте привет и поклон моему сиятельному кузену.

– Вы… в родстве с Ке… Ксерксом?

– Все цари между собою в родстве. Вам бы надо знать из истории, – фыркнул кот. – Прощайте, принцесса!

Он подал ей лапу, и она бережно пожала её.