Чтение онлайн

Лена выдернула руку из цепких пальцев шута и подошла к Корину.

– И чего ты добиваешься? В Сайбии не будет войны людей и эльфов. У меня появилась дурная привычка вмешиваться, так я от нее избавляться не намерена. И потому войны не допущу.

– Да? И как? – с интересом спросил он. Ее он не боялся. В общем, правильно делал. Только он не знал, что Лена мгновенно поняла, как она может справиться с безумным магом. Он безумен, а не Гарвин. Странно, почему это не приходило ей в голову раньше?

И вдруг растерянность мелькнула в болотно-зеленых глазах. Леня оглянулась. Шут имел совершенно отсутствующий вид, а Лиасс уже обрел нормальный цвет. Ага. Щит. Большой. Или облегающий тесно, как одежда. Не та магия, к которой привык Корин.

Лена погладила его по плечу. Утешающе.

– Корин, если ты не хочешь веселиться, лучше уйди. – И добавила неожиданно для себя: – И подумай на досуге о том, чем Аиллена так сильно отличается от Делен. Ты не бойся, ты сможешь сейчас открыть проход.

Он смог. Считалось, что проход, открытый в толпе, рвет на части несколько человек, кто случайно оказывается рядом, а тут – ничего подобного: засверкала линия, эльф шагнул в нее, линия исчезла. И все. Лиасс закрыл глаза и тихо заговорил на древнем языке. Снимал заклинание Корина.

– Почему ты так? – удивился шут. – Почему на себя взяла?

– Уж не потому, что хотела унизить твое достоинство, – засмеялась Лена, беря его под руку. – На меня он и так имеет большой зуб… Очень большой зуб. А тебя не воспринимает всерьез. И пусть!

– Пусть, – согласился шут, – мое достоинство тут ни при чем.

Лиасс замолчал и покачнулся. Март незаметно его поддержал.

– Ну все… Теперь все. Рош Винор, ты снова удивил меня. Ты даже не утомлен.

– Лена тоже не устает, когда делает Шаг или дает силу, – улыбнулся шут, высвобождая руку для того, чтобы обнять Лену за плечи. – Другая магия, Владыка. Может быть, и правда – защитная?

Лиасс засмеялся и обнял их обоих, как отец обнимает детей. А люди вокруг и не заметили ничего. Ну, развлекаются эльфы – и пусть их, но лучше бы фейерверк устроили…

Владыка отпустил их, отошел на пару шагов и поднял руки к небу. Город замер в восхищении. Над крышами Сайбы расцветали фантастические цветы и проплывали фантастические животные, линии, искры и круги складывались в гармоничные и радующие глаз узоры. Кто-то ахнул рядом: «Это ж Владыка Лиасс!» – и ведь назавтра весь город будет знать, что сам Владыка, величайший маг Сайбии (а может, и всего этого мира!) радовал горожан своей магией.

Было решено (и не Леной) перезимовать в Тауларме, ну а если вдруг совсем невтерпеж будет, то можно ведь и по снегу, если Светлой так захочется проваливаться в сугробы да трястись от холода. Они постоянно подтрунивали над ее мерзлячестью, не забывая при этом плотно закрывать двери, если сквозило, подсовывать в печку дрова и добывать особо теплые одеяла.

Осень выдалась продолжительной и мягкой даже для Сайбии, да и лето было замечательное, урожай фруктов по всей стране превысил все ожидания. Лена объедалась яблоками, грушами, сливами и виноградом. Эх, жаль, бананы с абрикосами тут не росли…

Времени было больше чем хотелось бы. Лена ошивалась в больнице, но работы там было немного по причине малочисленности пациентов, а обучение ее закончилось. Ариана объявила, что ей сказать больше уже нечего, все прочие ее знания уже имеют отношение к магии. Лена лечила людей и эльфов, лихо делала перевязки, два раза принимала роды (слава богу, в присутствии Арианы), хитроумным отваром по хитроумной схеме вылечила застарелую язву желудка одному ученому, человеку, естественно, потому что эльфы даже не понимали: а как это серьезная болезнь может оказаться такой старой?

Еще она пекла тортики, печенье и пряники, приспособившись к отсутствию сахара и электрической духовки, прибирала невеликие свои апартаменты, но больше всего работала языком. Однажды она имела неосторожность пересказать паре подростков прочитанную когда-то в той жизни книгу, и теперь приходилось устраивать такие мероприятия довольно регулярно. Юные эльфы в возрасте от двенадцати до шестнадцати лет слушали ее, раскрыв рты. «Капитанская дочка» казалась им такой экзотикой! Приходилось, конечно, несколько модифицировать классиков и неклассиков, подгоняя их под понятные детям реалии, и додумывать забытые детали. Что Лена сделала из неоконченного «Дубровского» и практически забытого «Роб Роя» – авторы бы умерли еще раз, услышь они полет ее фантазии. Свою совесть Лена утешала тем, что честно предупреждала, что в книжках могло быть и не так. Правда, все эльфы были уверены: то, что делает и говорит Аиллена, лучше того, что делают, говорят и пишут все остальные… за исключением, может, Владыки, тут они равны… более-менее.

Они устраивались обычно в парке на берегу. Лена усаживалась на качели, подростки располагались вокруг на траве. Она пересказывала – в очень вольном изложении – стивенсоновский «Остров сокровищ». Два десятка огромных светлых глаз сияли, а Март, делавший вид, что он тут исключительно на службе и занят бдительным озиранием окрестностей, слушал с не меньшим интересом. Лене нравилось разговаривать с детьми. Они были феноменально хорошо воспитаны. То есть они могли орать, шуметь и баловаться, но ровно до тех пор пока это им позволялось. Лена побывала на уроках в здешней школе и позавидовала учителям. Конечно, дети есть дети, без шалостей, хулиганства и драк не обходилось, но ни одному ученику не приходило в голову нахамить учителю. Лена даже подозревала, что причина этого – до смешного малое количество запретов. В перерывах между уроками можно было бегать и шуметь. На уроках можно было перебивать учителя вопросами, поднимая руку, и всякий учитель, закончив мысль, непременно выслушивал вопрос и отвечал на него, чтобы ученик лучше понял тему. Вот и здесь: мальчик поднял руку и спросил, что такое попугай, и вполне удовлетворился сведениями о том, что это птица, которую можно научить повторять разные слова. Остальные с удовольствием пообсуждали, каким словам можно научить попугая, в лицах представили несколько сценок – действительно смешных, и снова притихли, уставились не Лену в ожидании продолжения, а Март деликатно встрял и рассказал, что в Трехмирье были похожие птицы. Историю Трехмирья, написанную менестрелем Кармином, дети изучали обязательно, несмотря на то что родились все уже в Сайбии. И несмотря на то что Трехмирья уже не было.

С коротким вскриком схватился за горло Март и повалился навзничь. Кто-то из ребятишек вскочил и тут же упал. Корин Умо совсем перестал щадить эльфов. Даже детей. Мальчик попытался ударить его маленьким кинжалом, и Корин, даже не взглянув, выстрелил в него из арбалета. Значит, он за мной, потому что на меня магия не подействует. Но арбалет надо перезаряжать.

Самая старшая девочка, просто фантастическая красавица, настоящая платиновая блондинка с изумительным цветом лица, неожиданно бросилась ему под колени, а самый старший мальчик выкрикнул какое-то заклинание, похоже, железного кулака, слабое, но позволившее ему оттолкнуть Корина. Тот довольно смешно перекувыркнулся через девочку, арбалет отлетел в сторону и немедленно был отброшен еще дальше, но Корин был маг. Через секунду дети корчились на траве, а Лена поняла, что должна делать, так ясно, что удивилась: почему раньше-то в голову не пришло? Она уцепилась за рукав эльфа, вроде стараясь остановить его, и сделала Шаг.

Ветер бросил в легкие жуткий воздух. Лена едва не задохнулась. Как я могла выживать здесь? Конечно, центр… и конечно, час пик. Пробка на Красном проспекте. Вся площадь забита машинами, и никакой ветер этого смога не разгонит. Люди спешили. Если днем или позже вечером попадались неторопливо фланирующие граждане, то сейчас те же самые граждане бежали домой, где суп не сварен, собака не гуляла, ребенок не выпорот, носки не постираны и начинается любимый сериал. И я прожила в этом тридцать восемь лет?