Чтение онлайн

Я дотрагиваюсь до линии роста волос, где остался слабый след от ожога после того, как пуля задела мою голову.

— Офицер полиции забрал меня и спрятал, сменил мое имя, подстриг волосы, прежде чем перевезти в Штаты. Люди, которые стали моими родителями, удочерили меня, когда мне было семь лет. Они никогда не знали моей истории, только то, что она была плохой. Они снова сменили мое имя, назвав меня в честь моей новой бабушки. Я не произнесла ни единого слова в течение трех лет, и к тому времени воспоминания поблекли. Все было надежно спрятано за закрытой дверью, и эта когда-то сломленная маленькая девочка создала свой собственный маленький пузырек счастья.

Его глаза невероятно расширяются, когда до него доходят мои слова.

— Я не помнила. Я и до сих пор не помню, по большей части. Но эта фотография что-то спровоцировала. Помню ее. Она безжизненно смотрела на меня из зеркала, словно сама была не более чем призраком.

Теперь я рыдаю, обнаружив, что мне так трудно дышать.

— Я люблю тебя. Ты разрушил весь мой мир, и я все еще чертовски люблю тебя. Наверное, я действительно сумасшедшая. Но сейчас это не имеет значения. Ничто не имеет значения, потому что я люблю нашего ребенка больше, — его лицо бледнеет, когда он тянется к моему животу, но его рука опускается прежде, чем он успевает коснуться меня.

— Твое желание убить меня, убить последнего представителя запятнанного рода Уолшей, включает в себя и твоего ребенка, и я никогда не позволю этому случиться. Ты и так уже достаточно отнял у меня.

Прижимаюсь своим лбом к его, наши слезы смешиваются.

— Ты просто не мог позволить призракам покоиться с миром, не так ли? Я люблю тебя даже сейчас, но у действий есть последствия, Атлас. Ты научил меня этому.

Я запечатлеваю поцелуй на его губах, оставляю свой телефон и пистолет на полу и поднимаюсь на ноги, прежде чем сделать единственное, что могу.

Я убегаю.

Со стоном я прихожу в себя, удивляясь, какого хрена я лежу на полу в кабинете, пока все не наваливается на меня.

С ревом я перекатываюсь на колени и, пошатываясь, поднимаюсь на ноги. Я вытаскиваю свой мобильный из кармана.

— Босс? — Марк отвечает после первого гудка. — Вы в порядке?

— Где Айви? — я шиплю сквозь стиснутые зубы.

— В вашей комнате с Кензо. Сэр, откройте дверь, чтобы мы могли вас осмотреть. Айви сказала, что в вас стреляли, но она не смогла до вас добраться. Мы уже двадцать гребаных минут пытаемся попасть внутрь.

Я, пошатываясь, подхожу к двери и открываю ее, запоздало вспоминая, что комната звукоизолирована.

Когда Марк и трое других охранников врываются внутрь, я протискиваюсь мимо них в свою комнату, и распахиваю дверь.

— Где она, черт возьми? — я рычу, когда нахожу комнату пустой.

— Она сказала, что Кензо запер ее, пока не прибудет дополнительная помощь. Она умоляла нас вытащить вас, пока вы не умерли. — Марк растерянно оглядывает комнату, прежде чем сосредоточиться на моей рубашке.

— Нам нужно отвезти вас в больницу, сэр, — он пытается дотронуться до меня, но я отталкиваю его.

— Все в порядке. Это всего лишь мое плечо.

Достав свой телефон, я звоню Кензо.

Он отвечает: — С Айви все в порядке? — он говорит снова, прежде чем я успеваю что-либо сказать. — В доме никого нет. Мобильный телефон твоего отца все еще был внутри, явные следы борьбы, и все четверо охранников мертвы. Она, должно быть, уже на пути к тебе, но я буду только через пятнадцать минут, — кричит он, перекрикивая шум вертолета, в котором находится.

— Это не она. У кого бы ни были Эбигейл и мой отец, это не Эмма Уолш. Мы проверили семью Селин? Она сказала, что у нее никого не было, но мы знаем, какой она была чертовой лгуньей. Или как насчет Льюиса, ебаного чистильщика бассейна? — я чертыхаюсь, когда Марк рычит рядом со мной и разрывает мою рубашку, чтобы обработать рану.

— О чем, черт возьми, ты говоришь, Атлас? Конечно, это Эмма, — рявкает Кензо.

— Айви — это Эмма. Это не она, поверь мне. Она и близко не подходила ни к моей сестре, ни к моему отцу, и у меня есть пуля в плече, чтобы доказать это.

— Какого хрена? Черт. Я уже в пути. Просто не делай ничего безумного, пока я не приеду. — он вешает трубку.

Я опускаю руку, и Марк пользуется этим, выливая на мою рану что-то, по ощущениям напоминающее долбаную кислоту, прежде чем залатать ее марлей.

— Пуля прошла навылет. Тебе повезло.

— Удача тут ни при чем. Если бы она хотела моей смерти, она бы целилась мне в сердце или в голову.

— Я облажался, — признается Марк. — Протокол предписывает Кензо защищать Айви, пока мы защищаем тебя, но я никогда не проверял ее дважды.

— Ты закончил? Мне нужно найти ее, — сейчас я не могу иметь дело ни с чем, кроме Айви.

— Пока все в порядке.

Я поворачиваюсь и выхожу из комнаты, набирая номер Гранта.

— Эй, босс. Я не могу засечь сигнал, он разносится повсюду, а сотовый вашего отца говорит, что он все еще у него дома.

— Отследи Айви.

— Блядь! — он ругается. Я слышу, как щелкают клавиши ноутбука. — Нашел. Район склада на Шестой улице. Сейчас скину вам координаты.

— Отправь их и Кензо тоже. Пусть Пит заберет его с вертолетной площадки.

— Понял.

Я бегу к машине и забираюсь внутрь, игнорируя Марка, зовущего меня по имени, я сосредоточен на поисках своей жены.

Я мчусь по указанным мне координатам, прокручивает в голове все, что рассказала Айви, и, когда карма решила сделать меня своей сукой.

Годы, гребаные годы, потраченные впустую на поиски этой чертовой женщины, только для того, чтобы вмешалась судьба.

Как все это вообще возможно?

Я вспоминаю тот день, когда ее заявление попало на мой стол. Ее красивое лицо смотрело на меня, ее гладкая кожа и яркая улыбка находили отклик во мне, но именно ее глаза держали меня в заложниках. В них было что-то такое знакомое: — Блядь! — я ударяю рукой по рулю.

Подъезжая по указанному адресу, мне удается успокоиться настолько, чтобы обратить внимание на то, что меня окружает. Здесь все мертво. Сам район безлюден, потому что большая его часть находится в стадии строительства, благодаря проекту реконструкции, осуществляемому по всему городу.

Айви никогда бы не пришла сюда. Она бы не убежала от меня только для того, чтобы еще раз подвергнуть себя опасности.

Я достаю пистолет и крадусь вокруг здания. Я не вижу, чтобы кто-нибудь охранял его или патрулировал, поэтому я пробираюсь внутрь так тихо, как только могу.