Чтение онлайн

– Понятия не имею, что тебе сделали эти хлопья Cheerio, но уверен, они очень-очень об этом сожалеют, – прокомментировал Майкл, усаживаясь за стол рядом со мной.

– Прости, что?

– Ты уже пять минут пытаешь их размешиванием, – сообщил Майкл. – Это насильственное применение ложки, вот что это.

Я выловила кусочек и кинула в него. Майкл поймал его и закинул в рот.

– И кто из нас озадачил тебя на этот раз? – спросил Майкл.

Внезапно я пристально заинтересовалась своими Cheerios.

– Ну же, Колорадо. Когда твой мозг составляет психологический портрет, твое лицо транслирует смесь сосредоточенности, любопытства и спокойствия. – Майкл помолчал. Я закинула в рот большую порцию хлопьев. – Мышцы шеи расслабляются, – продолжал он, – уголки губ чуть-чуть опускаются. Голова слегка наклоняется набок, а в уголках глаз появляются «гусиные лапки».

Я спокойно опустила ложку в пиалу.

– У меня не бывает «гусиных лапок».

Майкл потянулся к моей ложке и схватил немного хлопьев.

– Тебе никто не говорил, что ты такая милая, когда сердишься?

– Надеюсь, я вам не помешаю. – Лия вошла, забрала у нас коробку хлопьев и принялась есть прямо из нее. – На самом деле это неправда, ведь, что бы тут ни происходило, я в восторге от возможности помешать.

Я сдерживалась и не изучала Лию и определенно пыталась контролировать, чтобы в уголках глаз не появлялись морщинки, но очень трудно игнорировать тот факт, что на Лии была мало что прикрывающая шелковая пижама и… жемчуга.

– Итак, Кэсси, ты готова к первому дню вводной части курса «Как забираться в голову плохим ребятам»? Лия поставила коробку с хлопьями на стол и направилась к холодильнику. Она принялась копаться в нем, засунув голову внутрь. Ее пижама оставляла мало простора для воображения.

– Я готова, – сказала я, отводя взгляд.

– Кэсси с рождения готова, – объявил Майкл. Лия, не вылезая из холодильника, на мгновение замерла. – Кроме того, – продолжил Майкл, – что бы агент Лок ни заставила ее делать, это лучше, чем смотреть фильмы на иностранных языках без субтитров.

Я с трудом сдержала улыбку, услышав раздражение в голосе Майкла.

– Они тебя этим заставили заниматься в первый день?

– Этим они заставили меня заниматься первый месяц. – сообщил Майкл. – «Эмоции выражаются не в том, что люди говорят, – произнес он, изображая кого-то из агентов, – они выражаются в позах, выражениях лиц и культурно-специфичных воплощениях универсальных феноменологических опытов».

Лия выбралась из холодильника с пустыми руками, захлопнула дверцу, а потом открыла морозилку.

– Бедняжка, – сказала она Майклу, – я здесь уже почти три года, и единственное, чему они меня научили, что психопаты реально хорошие лжецы, а агенты ФБР врать не умеют.

– Много их тебе встречалось? – спросила я.

– Агентов ФБР? – Лия сделала вид, что не понимает, о чем речь, и извлекла из холодильника упаковку мятного мороженого с кусочками шоколада.

Я выразительно посмотрела на нее.

– Психопатов.

Она достала из ящика стола ложку и взмахнула ею, будто волшебной палочкой.

– ФБР прячет нас в милом маленьком домике в милом маленьком районе в милом маленьком городе. Ты и правда думаешь, что Бриггс собирается позволить мне сопровождать его на допросах? Или работать в поле, где у меня появится возможность сделать что-то настоящее?

Майкл перевел слова Лии в несколько более дипломатичную форму.

– У Бюро есть записи, – сказал он, – аудио, видео, расшифровки. В основном нераскрытые дела. Те, в которых так и не смогли разобраться. И на каждое нераскрытое дело, которое они дают нам, приходятся десятки дел, которые уже раскрыли. Проверяют, действительно ли мы так хороши, как говорит агент Бриггс.

– Даже если ты дашь им тот ответ, который они ожидают, – продолжила Лия точно с того места, где остановился Майкл, – даже если власть имущие убедятся, что ты прав, они хотят знать почему.

Почему – что? Я не задала вопрос вслух, но Майкл все равно ответил:

– Почему мы на это способны, а они нет. – Он потянулся к моей тарелке и подхватил еще немного хлопьев. – Они не просто хотят обучить нас. Они не просто хотят использовать нас. Они хотят стать нами.

– Несомненно, – согласился новый голос, – в глубине души, в самом своем сердце все, чего я хочу от жизни, – стать Майклом Таунсендом.

Агент Лок вошла в кухню и направилась прямо к холодильнику. Она явно чувствовала себя здесь как дома, пусть даже и жила где-то еще.

– Бриггс оставил файлы для вас двоих, – агент Лок показала на Майкла и Лию, – в своем кабинете. Сегодня он собирается провести новую симуляцию со Слоан, а я пока введу Кэсси в курс дела, – она глубоко вздохнула. – Это не так превосходно, как быть пресыщенным семнадцатилетним парнем, у которого проблемы с родителями и зависимость от геля для волос, но c’est la vie.

Майкл поднял руку, чтобы почесать лицо, – и в процессе совершенно незаметно показал агенту Лок средний палец.

Лия покрутила ложку с мороженым.

– Лэйси Лок, вашему вниманию, – сказала она, словно агент ФБР была комиком, а Лия объявляла ее выход.

Лок улыбнулась.

– Разве Джуд не установил правило, согласно которому тебе не следует выходить на кухню в нижнем белье? – спросила она, взглянув на пижаму Лии.

Лия пожала плечами, но присутствие агента Лок словно усмирило ее. Через несколько минут все разошлись. Похоже, ни Лие, ни Майклу не хотелось оставаться в обществе профайлера ФБР.

– Надеюсь, они не слишком усложняют тебе жизнь, – произнесла Лок.

– Нет.

Когда мы сидели здесь и ели, разговаривали, все показалось мне совершенно естественным, словно в этом и заключался наш дар. Кроме шуток!

– Ни у Майкла, ни у Лии особо и выбора не было, присоединяться к программе или нет. – Лок подождала, пока я осознаю этот факт. – Так что им есть на что злиться.

– Они не из тех, кому нравится, когда их вынуждают что-то делать, – медленно произнесла я.

– Верно, – ответила агент Лок, – не из тех. Я совершила много ошибок, но не эту. Бриггсу в некоторой степени недостает… тонкости. Еще никогда ему не попадался квадратный колышек, который ему не захотелось бы забить в круглое отверстие.