Чтение онлайн

И похоже, именно эта ослепительная цветная вспышка, а не грохот выстрела, отпугнула неведомое существо, которое едва не набросилось на Варю.

Снова шорох кустов, белесое пятно метнулось прочь — таким Варя увидела сквозь брызнувшие слезы сбежавшего странного человека.

И треск веток с другой стороны — Зимослав и Друня неслись на помощь.

— Что? Ты цела? Что тут было?

Зим схватил ее в охапку, осмотрел, потряс, чтобы обратила на него внимание, не дождался внятного ответа, прижал, плачущую, к себе, обнял.

Сайгак прошелся по полянке, брезгливо понюхал потухшую ракету, затем нашел след — презрительно фыркнул, топнул ходулей, мотнул хозяину головой, всхрапнул, предлагая скакать в погоню. Но Снежен покачал головой, и рассерженный сайгак разочарованно вздохнул.

— Кто это был? — мрачно спросил Зим.

— В-высокий такой… страшный… — с трудом справилась с трясущимися губами и непослушным языком Варя. Уткнулась лбом ему в грудь, несмело обняла за пояс. — В белом мехе, как йети… Ну, то есть, снежный человек. Худой, руки длинные, как у обезьяны, до колен. На поясе какое-то оружие… Прости, я толком не разглядела… не успела, не заметила его за кустами. У него такая физиономия жуткая! Глазищи, как у пришельца! И зубы острые. Смотрит на меня и щерится, будто я таракан, из мусорки вылезший!.. У-у!.. Я чуть не описала-ась!..

— Всё обошлось, не реви. Я поэтому и просил не отходить от меня… Но ты молодец, сама справилась! Не растерялась. Яркого света они очень не любят. Это белогорец был, они иногда подсылают к нам лазутчиков, граница-то близко. Но раньше только зимой появлялись. Совсем обнаглели!..

Он ругался сквозь зубы и гладил ее по голове. А Варя затихла — и тихонько злилась на себя: вот же, оказывается, надо было в этого йети-шпиона стрелять, а не в воздух! В упор бы не промахнулась, отдала бы королевичу трофей. А теперь Зима отпускать не хочется. Он ведь, как только поймет, что она истерику закатывать раздумала, посадит ее на Друню и отправит домой в башню. А сам наверняка пойдет шпиона выслеживать…

Получилось и так, и не совсем так. Забыв о пикнике (всё равно оба аппетит надолго потеряли) вместе доехали до поместья. Там Зимослав передал Варю Росане, как самой опытной и ответственной. Сам же собрал местных мужиков из персонала и охраны, объяснил ситуацию, потребовал повысить бдительность. Затем что-то долго обсуждал с Огнеяром. Там и Венцемир прилетел — первым делом заглянул к Варе, убедился, что она жива-здорова и пышет праведным гневом на обидчика, посмевшего напугать ее до соплей и сорвать долгожданный пикник. С Венцемиром Зимослав унесся в неизвестном направлении, не слушая сетования бабы Веры, что и не позавтракали толком из-за супостата, и обедать отказался — как в эдаком голодном состоянии к войне готовиться?

— У вас всегда так… не скучно? — сердито уточнила Варя.

— Да постоянно, — дернула плечом Росана. — Зимой вообще чая попить бывает некогда. Что, передумала замуж выходить?

— Не дождетесь! Дайте срок, научусь управлять магией — у меня эти йети дань платить станут!

Она решительно погрозила кулаком в сторону окошка.

Глава 15

Несмотря на происшествие с лазутчиком, жизнь в Жуковом Улье продолжалась привычным чередом. Все занимались своими делами. Зимослав целыми днями пропадал невесть где, иногда даже ночевать не возвращался. Варя помирала от скуки.

От безделья она взялась за учебу. Всё-таки не овладеть толком магическим даром, раз уж оный у нее пробудился, было бы слишком расточительно. К тому же больше не хотелось ощущать себя беспомощной как в бытовом плане, так и в вопросе безопасности.

Для самостоятельных занятий у нее имелся конспект, надиктованный Алоясом Вихрем. В торопливо накарябанных записях нашлось много полезного и интересного, если не считать уймы занудных упражнений, необходимых начинающим магам, как гаммы будущим музыкантам. В кое-какие общеизвестные чародейские премудрости ее охотно посвятила Зореслава. Потом и Росана присоединилась к посиделкам, не утерпела — взыграла-таки жилка многоопытной гувернантки.

Еще Варя решила научиться готовить без привычной бытовой техники, для чего втерлась в доверие в бабе Вере и проникла на кухню не только в качестве потребительницы еды. Старушенция не отказала в помощи — проявила себя строгой, придирчивой наставницей.

— Вот помру! — грозилась королевская кормилица, потрясая черпаком, — тогда ответственность за здоровье государя ляжет на твои плечи! Здоровье зиждется на пище телесной и спокойствии душевном. Кто, как не жена, обязана бдительно следить и за тем, и за другим?

Варя не перечила, старательно запоминала рецепты и хитрости. Хотя исподволь не забывала толкать просветительские речи о пользе сырых овощей в целом и клетчатки в частности, так как считала, что в меню имелся очень уж явный перекос в сторону мучного и жареного. Впрочем, сама же познакомила кухарок с феноменом пельменей и с блюдами из лапши.

А однажды приволокла из своего мира корзину яблок и пакеты с замороженной клюквой — и испекла парочку огромных пирогов. На один внушительный ароматный кусок самолично выловила-таки Огнеяра. (Потом еще пару раз успешно «прикармливала» с рук, так что парень больше от нее не шарахался почем зря, хотя и сильно разговорчивее тоже не стал). Другой же кусок отложила заработавшемуся Зимославу в качестве позднего ужина, сопроводив запиской, что это за ягода такая. (И пусть над запиской из нескольких слов пришлось помучаться, а потом пережить смущающий момент, когда попросила Огнеяра проверить ошибки, но всё-таки для Вари и это тоже стало своего рода достижением).

Вот только успехами в романтическом плане она похвастаться не могла, к великому своему огорчению.

Да, Зимослав не сидел дома. Но! Даже короткие встречи Варя старалась использовать с пользой. Вернее, с корыстным интересом.

Каждый день королевич заходил в ее гостиную, чтобы забрать заряженные накопители из шкатулочки, специально для этого поставленной на подоконнике, и положить амулеты опустошенные — такой вот круговорот камушков получался. Если ему приходилось отправляться по делам очень ранним утром, Зим крался на цыпочках, чтобы не разбудить невесту. Но всё чаще Варя успевала подловить его — и встречала то в сорочках или пеньюарах, как будто только спрыгнула с кровати, то в «домашних» нарядах, принесенных из своего мира. И, сказать честно, поначалу шортики и маечки, пижамки из тонкого трикотажа или юбки выше колена заставляли королевича замирать на мгновение, хмуриться, смущаться. Но очень быстро он привык к эпатажным привычкам своей невинно хлопающей ресницами суженой и перестал краснеть, нервно дергать бровью и запинаться. Определенно, правящий принц отличался профессиональной выдержкой.

Утренними провокационными приветствиями Варя, понятно, не ограничивалась. По вечерам она поджидала жениха, расположившись в своей гостиной с книжкой, ноутом или смартфоном — и оставив дверь на лестницу открытой. По привычке Зим сперва поднимался к себе, чтобы помыться-переодеться, затем либо отправлялся ужинать к бабе Вере, если было не слишком поздно, либо вызывал Огнеяра, чтобы тот принес ужин в комнаты. Теперь же в первую очередь ему приходилось заворачивать на Варин этаж, ибо проигнорировать ее самоотверженные бдения было бы крайне невежливо. А потом или они вместе под руку отправлялись ужинать — или оставались здесь же, в уютной гостиной, и разделяли полуночную трапезу только на двоих. (В определенный час Варя сама накрывала стол, чему Огнеяр был только рад, ведь ему больше не приходилось бегать по этажам среди ночи). В последнем случае Варя повторяла маневр с причудами в нарядах, чередуя пенные кружева с обтягивающими джинсами и с парадными платьями, якобы примеренными от скуки просто так, чтобы моль в сундуках не завелась. Зимослав старательно прятал усмешку, ибо актриса из Вари была никакая.

Но он не жаловался на ограниченный ее вкусом выбор блюд и безропотно поглощал Варину стряпню, неизменно расхваливая старания и подмечая успехи вроде не подгоревших котлет или в меру подсоленного рагу. Часто и сам приносил пирожные из столичной кондитерской. Иногда, по настроению, добавлял на десерт густой ликер или ароматную наливку из бездонных дедовых кладовых — не выпивки ради, а лишь по рюмке к чаю в качестве «жидких конфет». (Едва початую бутылку Варя потом «забывала» у Росаны или на кухне, ибо Зим ценил разнообразие вкусов и через несколько вечеров в любом случае откупоривал следующую).