Чтение онлайн

Мы развернули только кресла на небольшой платформе, вещи оставили в доме, за ними мы вернёмся после прогулки. Невообразимо приятно оказаться вновь в объятиях кресел, повторяющих форму тела!

Дитургинон медленно поплыл над пустыней навстречу огромной луне, особенно хорошо видной в эту ясную, светлую ночь. Кажется, что можно протянуть руку и дотронуться до её шероховатой поверхности. Я знаю, что на самом деле — это мы её спутник, поэтому луна так велика. Вторая луна — спутник Салены, нашей планеты, она гораздо меньше и имеет красноватый цвет, но её свет просто растворяется на фоне огромной первой луны. Это планета — Великая Мать, та, где мы сейчас находимся — её дочь Салена, а маленькая Луна — дочь Салены. Насколько я понимаю, мужа имеет только одна Салена, именно поэтому здесь появились Сыновья. Великая Мать уже стара и не плодна, её дыхание не несёт жизнь — нет атмосферы. Маленькая красная луна — Салеот, их сестра, она слишком молода. Это то, что поведал нам о «семье» Заос. Все жители Салены — Сыновья одного Отца и одной Матери, они родственники друг другу, поэтому любые конфликты между ними невозможны в принципе. Как можно делить тело Матери? Каждый из них строит жилище в той местности, где родился. Если брат Возникает в жизнь где-то неподалёку, они становятся соседями.

Ещё он упомянул, что Мудрые могут навещать Салеот и Великую Мать и приносить сюда их дары. Тогда я не поняла, как именно они могут «навещать родителей» и решила, что это аллегория. Сейчас я думаю, что они могут это делать через пространственные врата, куда исчезает Заос. Но, как они там дышат?

— Мы сможем за ночь совершить кругосветное путешествие? — спросила я Лалу.

— Пожалуй — да, только ничего не успеем увидеть! — Лала засмеялась безмятежно.

На что, собственно, здесь смотреть? На эту огромную луну и наслаждаться на удивление тёплым без ветра воздухом. Мы медленно плывём над поверхностью и получаем удовольствие от прогулки, но я обеспокоена. На всякий случай проверила, включен ли защитный купол. Да, на минимум, этого достаточно, ведь здесь нет крупных хищников, а мелких кровососущих насекомых купол не пропустит и среагирует на изменение атмосферы, если в ней появятся ядовитые газы. Почему-то мне захотелось вернуться, но я этого не сделала — давно не видела Лалу в таком умиротворённом восторге, пусть она досыта надышится этим новым миром.

Я почувствовала странный, но приятный запах. Возможно, именно так пахли бы цветы, если бы они здесь росли. Вся растительность здесь напоминает сухую колючую проволоку или сплетение металлических толстых жгутов с уродливыми отростками или жесткими ворсинками — колючками. Дитургинон уже помчался в ту сторону, куда обратилось наше внимание. Теперь мы обе почувствовали вибрацию, похожую на ритмичный танец, не хватает только музыки, чтобы это стало настоящим шоу. Как удивительно! Там внизу причудливым узором бегают огоньки и манящий запах усилился. Мы выпустили зонд, чтобы он обследовал поляну, прежде чем приблизились к ней сами. Зонд быстро вернулся, огоньки — отдельные существа, похожие на продолговатые камни, наружу выходит только головка с «глазом». Мы подлетели поближе.

— Лала, не опускайся ниже! — меня одолело смутное беспокойство.

— Там внизу, под землёй, какое-то животное. — Сообщила Лала и продолжила:

— Я слышу его нервные импульсы, оно не большое по массе, но имеет ответвления.

— Это разумное существо? — я не могла не обратить внимания на стройный порядок в расположении огоньков и их синхронное и ритмичное разгорание — затухание.

— Это мыслящее создание, но не разумное. — Лала вслушалась во внутреннюю гармонию удивительного мыслящего животного:

— Симбиотический союз нескольких организмов с различными функциями.

Моё беспокойство усилилось, внезапно я почувствовала отвращение, как будто бы оказалась рядом с противными нитепрядущими тварючками. Мне захотелось убраться подальше от этого места. В голове что-то мелькнуло, мне показалось, что Заос рядом. Вот уж не ожидала! Я начала вертеть головой по сторонам в его поисках, но потом догадалась, что он восстановил контакт и зовёт меня изнутри. Я уже направила дитургинон прочь с поляны — неприятная тревожность усилилась и я рада покинуть поляну сказок, но Лала нагнулась вбок, пытаясь рассмотреть светящиеся глаза, тускнеющие в наступающем рассвете. Я потянула её к себе, возвращая в кресло.

— Лала, не нужно, это …. может быть опасно! — Не успела договорить я фразу.

Дальше всё произошло в считаные секунды: из песка стремительно выпрыгнуло нечто и вторглось в тело Лалы, так доступно свисающее с кресла в попытках рассмотреть заманчивое явление здешней природы. Защитное поле среагировало мгновенно, отсекая тварь и фиксируя Лалу в кресле. Но нечто извивающееся осталось торчать в её теле, а по её комбинезону угрожающе быстро растекается бурым пятном кровь, даже кровь не имеет окраски в этом бесцветном мире!

— Вернитесь обе под купол. — Приказывает образ Заоса в моей голове призывными жестами, но он опоздал — самое худшее уже произошло.

Лала посмотрела на меня расширившимися от ужаса глазами, а потом как-то быстро угасла и обмякла в кресле. Меня начало трясти, хорошо, что дитургинон, настроенный на мою нервную систему, среагировал в аварийном режиме и рванулся к жилищу Заоса, повинуясь моей слабой команде. Тело Лалы несколько раз дёрнулось, я с отвращением увидела, что это дёргается разрубленное силовым полем существо в предсмертной агонии. Мы были достаточно высоко! Как эта тварь смогла допрыгнуть? Хорошо, что на Лале защитный комбинезон, а не простая одежда, иначе её разорвало бы напополам.

Заос стоял на пороге своей хибары, когда мы прибыли. Он недоверчиво покосился на наш транспорт, но его глаза тут же налились красным цветом ужаса, когда он увидел Лалу. Почему я сама не оказываю ей помощь, а пришла к нему? Наверное, потому, что Лале причинила вред здешняя природа и помочь может только местный житель. Или потому, что я не просто в панике, а в настоящем тупом оцепенении. Заос покачал головой и наклонился над Лалой, показав мне предостерегающий жест: не мешай. Мне показалось, что нечто, похожее на туман из тончайшей субстанции, отделилось от Лалы, вышло из её тела и Заос втянул это в себя. Она умерла! Это её душа вышла из тела! Сначала я очень испугалась, но он, застыв неподвижно на какое-то время, зашевелился вновь и приложил два большие пальца правой руки к моим вискам:

— Я верну ей её жизнь, мы исправим эту куклу, нужно поторопиться! — показал он на безжизненное тело.

На самом деле он не говорит слов и «кукла» это образ: модель, форма, тело маленькой матери, которая не планета — так сложился мой вольный перевод его странных понятий. Он показал, что к телу вернётся утраченная цельность для того, чтобы великая жизнь смогла продолжиться. Почему «великая»? — он осознал, что дух Лалы гораздо больше её маленького тела.

Доверие между нами восстановлено, я поверила, что этот мужчина может решить нашу сложную проблему, а мне остаётся только быть лишь свидетельницей. Заос вытащил длинное, тонкое лезвие, привязанное к левой щиколотке, и ловко срезал остатки торчащего в теле Лалы существа, но не стал вынимать шипы. Затем он взял Лалу на руки и развернулся ко мне спиной. Воздух перед ним едва заметно заколебался, как будто стал горячим, но я не заметила больше ничего. Он просто шагнул и исчез. Я услышала за спиной лёгкий стук: дитургинон дематериализовался и с металлическим звоном пластинкой упал на песок. Но я не оглянулась: какой смысл вернуться без неё?

Я шагнула вслед за Заосом.

При любых других обстоятельствах, я бы боялась, как перед прыжком с высоты, но сейчас мне странно безразлично. Лала умерла, это произошло по моей вине. Лишенная страха смерти, как инстинкта самосохранения, Лала не испытывает чувства опасности. Думаю, что для неё смерть — часть жизненного опыта. Для таких, как она — время относительно, погуляет по присутствиям и найдёт какую-нибудь парочку ургов, чтобы снова воплотиться. Я же чувствовала, я знала, что будет несчастье, но приняла это за волнение перед предстоящим перемещением.

Ровно через один шаг мы оказались на равнине, почти ничем не отличающуюся от той, на которой стоит жилище Заоса. Приземистая постройка сделана, как будто из мокрого песка, а на пороге сидит, похожий на Заоса длинноволосый красавец. Они быстро обменялись взглядами и незнакомец, до этого почтительно приветствовавший гостей сидя, встал. Он с зеленоглазым любопытством бегло осмотрел меня, а потом открыл для нас проход.

Заос потрудился оглянуться! Неужели он думает, что я осталась бы там! Я всюду там, где Лала, подобно её тени, я одна никогда в жизни не отважилась бы на подобное путешествие, если бы страх отпустить Лалу одну не был сильнее. Мы переглянулись. и на миг мне показалось, что это Лала смотрит на меня из глубины его глаз. Возможно, это моя воспалённая фантазия, защитный механизм рассудка, который отказывается поверить в то, что она умерла.