Чтение онлайн

— Ну давай начнем с того, как тебя нашли те люди, от которых ты потом сбежал и как ты нашел то место, гробницу, в которую в последствии их отвел, — Аркаис кивком поблагодарил Тайера за кау и пригубил горячий напиток.

— Так, это, на рынке они меня поймали, когда я хотел карманы их почистить, — криво усмехнулся Ларак обнажая щербатые зубы. — А потом слово за слово, так они и выведали у мен про то, что я знаю о древней гробнице в горах.

— Мне тоже любопытен сей факт? Как воришка с рынка Эйрина узнал о месте захоронения Первого? — полюбопытствовал Аркаис, наслаждаясь терпким и вкусным кау, который в республике был более высокого качества, чем в империи, так основные плантации этого кустарника произрастали на территории Хойрис.

— Так мне отец рассказал, а ему дед. Так и передавали эту тайну из поколения в поколение. Я вообще думал, что это сказки и нет там ничего, а добрые господа дали сто золотых марок за эту сказку и обещали еще столько же, если проведу их к тому месту. Только деньги те все там и остались, — погрустнел щербатый и продолжил рассказ, — так вот, неделю мы верхами до предгорий добирались. Чуть не сгинули, когда песчаная буря накрыла отряд, троих недосчитались. А главный их, высокий такой с седыми висками, представляете, летать мог. Он то приметы из моего рассказа и выискивал. А в пещере той совсем страшно было. Я, когда их привел туда, говорю мол, вот господа хорошие привел вас, давайте монеты, да распрощаемся. А тот что летал схватил меня за горло, что твоего кутенка, и к большому каменному саркофагу в глубине той пещеры меня и приволок. Ну, а потом все как в тумане было, потому что у него из руки шип костяной вырос и пробив мне им грудь бросил на надгробие, так что кровь моя все его и залила. Внутри саркофага что-то щелкнуло, крышка в бок съехала, скинув меня на пол и придавив так, что не вылезти нипочем. Дальше уж я совсем плохо помню. Толи дым, толи туман черный из саркофага того повалил. Главный их девчонку, что в отряде была, схватил и рванул прочь стрелой, а люди то остальные замешкались, начали падать на пол да биться в судорогах. Рвали они на себе одежду, да чернели прямо на глазах, а потом я совсем сознание то и потерял.

— Ну что ж, теперь все встало на свои места, — перекатывая между двух раскрытых ладоней опустевшую чашку проговорил Аркаис.

— Может пояснишь? — попросил Дилан, не понявший, для чего была рассказана вся эта история.

— Конечно, друг мой. Произошедшее в гробнице первого послужило спусковым механизмом для дальнейших событий. После этого прошла волна темной энергии по всему Миройсу, рождая тварей и уничтожая защитные камни в скульптурах святых. А наш юный собеседник стал наследников Первого. Скажи, Ларак, что произошло, когда ты очнулся? — Аркаис внимательно следил за мимикой молодого вора, который с каждой минутой выглядел все более взволнованным.

— Так, это, когда я стало быть очнулся, — продолжил рассказ Ларак, теребя в тонких пальцах пояс рясы. — Никого уже в пещере не было, а с потолка сыпался песок и расползались трещины. Я в ужасе отшвырнул от себя плиту, даже не скумекав, что она стало быть весила то порядочно. Помчался я к выходу, а потолок то и рухнул, завалив меня. Но вместо того, чтобы там и помереть, я, не разбирая дороги дальше побежал и выскочил из пещеры как камень из пращи. Только потом, понял, что шип главаря тех людей убить меня должен был, так как в кафтане моем дыра и в груди, и в спине была. А каменюки с потолка падающие по сотне килограмм весили не меньше.

— То есть способность к нечеловеческой регенерации, укрепление и запредельные рефлексы, — неожиданно для всех Аркаис швырнул пустую чашку в голову вору.

Парень резко отклонился в сторону и фарфоровый снаряд прошел в паре сантиметров от его правого уха, разлетевшись мелкими осколками после удара о стену.

— Эй дядя, чуть не прибил же! — возмутился Ларак, вскакивая на ноги.

— Как я и предполагал, — удовлетворенно подытожил старший монах, не обращая внимание на возмущение Ларака. — Послушай меня, юноша. По неведомой мне причине, ты получил огромную силу, способную остановить надвигающуюся на наш мир Тьму. Посему через пару дней, вместе с нами ты отправишься на Север, для поисков еще одного нужного нам человека.

— Пффф, — нагло усмехнулся Ларак, садясь обратно на стул, — послушай, святой брат, путешествие в промерзшую часть этой клятой страны никогда не входило в мои планы. Так что извините, но нет. Спасибо конечно, что вы меня приютили и укрыли от преследовавших меня темных личностей, но на этом наше знакомство я предпочту завершить.

— Что ж, я предполагал такой ответ, — кивнул Аркаис и бросил на стол небольшой туго набитый кошель. — Тут три сотни полновесных золотых марок. Еще столько же получишь, когда мы найдем нужного нам человека.

— Вот это уже совсем другой разговор, — одобрительно потер руки карманник, а глаза его жадно блеснули. — Только я ж не знаю кто вам нужен.

— Не переживай, ищейкой или охотником за головами тебе быть не придется, нам важно лишь твое присутствие. Забирай кошель и готовься к отбытию. Не забудь купить теплые вещи, с этого момента кормить и одевать тебя никто не собирается, — Аркаис радушно улыбнулся в ответ на вытянувшееся от возмущения лицо вора.

Следующие несколько дней прошли в суматохе сборов и подготовке к длительному путешествию на Север. Несмотря на то, что в центральной части материка уже во всю властвовала весна, севернее Бернийских гор еще лежали глубокие снежные покровы, поэтому следовало запастись теплой одеждой и спальниками. Помимо этого, требовалось раздобыть запас провизии для себя и коней. Лишь на утро третьего дня их расширившийся до четырех человек отряд покинул стены монастыря.

Двигаться по опустевшим трактам при наличии заводных коней было легко и быстро, хоть за дополнительных животин и пришлось выдать приличную гору золота, но время было дороже. Внутренне чувство тревоги подстегивало всех трех монахов, а вот вор был беспечен и бодр, насвистывал веселые мотивчики, будто отправился на прогулку до ближайшего трактира. И вновь картины опустевших хуторов, сел и деревень сменялись полупустыми городами, где жители были запуганы до полусмерти ночными нападениями стрыг. Картина разрухи и упадка в Хойрис была зеркальной копией ситуации в Масха. Оба материка поглотила смерть, паника и отчаяние. Монахи старались нигде подолгу не задерживаться и сторонились еще не опустевших селений, дабы не привлекать к себе лишнего внимания.

— Да что вы такие кислые всю дорогу, господа хорошие? — не выдержав гнетущего молчания по время ужина возмутился вор. — Как будто гнилых яблок наелись.

Они двигались уже неделю и до Бернийских врат оставалось всего пара дневных переходов. Правда удастся ли их пройти пока было не известно. Завал, устроенный там должен был наглухо перекрыть ущелье и пройти можно будет только по тем же путем, как и во время их отступления.

— Впереди сложный переход и неизвестно можем ли мы там пройти, тем более придется бросить, а в лучшем случае продать коней, — пояснил Аркаис их подавленное настроение.

— Да все это пустяки и мелочи, — беззаботно отмахнулся Ларак. — Все будет так как будет, что попусту переживать. Давайте лучше выпьем!

Вор полез в свою седельную суму и извлек из нее запечатанный глиняный кувшин. Обычно в таких сосудах продавалось хорошее старое вино, по цене не менее марки за бутылку. Аркаис принял сосуд от вора и прочитав надпись удивленно поднял бровь.

— Старая Вдова — прекрасный выбор для рыночного воришки, — одобрил он, возвращая бутылку Лараку. — Лучший сорт черного элийского, пожалуй. От такого дара будет неприлично отказываться. Тем более один кувшин на четверых не сделает беды.

— Да-да, и за знакомство и удачную сделку мы так и не выпили. А как говорили наши старшие, если дело не обмыть, будем за упокой пить, — подмигнул вор, откупоривая сосуд. — подставляйте кружки!

Густая фиолетовая ароматно пахнущая жидкость наполнила деревянные, совершенно неподходящие для нее, кружки. Богатый букет содержал в себе казалось бы все запахи природы южной провинции. И даже Дилан, не любивший вина с приютских пор, лишь слегка пригубив напиток оценил богатство его вкуса. Это было не то кислое пойло, которого он с друзьями перепил в монастырском подвале. Даяр отходил их за тот проступок розгами на славу, так что две недели заживали раны на располосованной спине. Правда это было уже после того, как они три дня пролежали с жесточайшим отравлением.