Прислушайся к сердцу
Шрифт:
— Молодец, правильно!
Брайони просияла. И Мадди застенчиво улыбнулась ей.
— Моя бабушка жила в Америке, — продолжала девочка. — Не думаю, что вы знали ее. Мы жили в Калифорнии.
— Ты американка? — Брайони и так уже догадывалась. Это стало очевидным, когда Мадди заговорила. У мужчины был австралийский выговор, а у девочки определенно другой. — Я очень рада познакомиться с тобой, Мадди. Я провела последние несколько лет в Штатах, и немножко тоскую по тем местам. На прошлой неделе был День благодарения [1] , а здесь никто, кроме меня, об этом не знал. Пришлось мне есть свою индейку в одиночестве. А ты не тоскуешь по дому?
1
Последний четверг ноября, официальный праздник в США в честь первых колонистов. — Здесь и далее прим. перев.
— Тоскую…
Мадди вопросительно взглянула на Джека.
— Твоя семья переехала сюда?
— Нет.
Лицо у девочки потухло, губы сжались. В глазах застыла боль.
Брайони слишком поздно сообразила, что не следует задавать такие вопросы. Ребенок глубоко вздохнул, будто приготовился признаться в чем-то постыдном.
— Маме я не нужна, — мрачно проговорила Мадди. — Бабушке была нужна, но она умерла. Теперь я должна жить с отцом.
— Понимаю…
Брайони задумчиво посмотрела на Джека, и сердце у нее заныло.
Отец, по-видимому, и есть Джек. Сходство, несомненно. Такие же глаза. И твердые очертания рта.
— Это твой папа?
— Мама говорит, что Джек мой отец. — По тону, каким девочка это произнесла, стало понятно, что она не верит ни единому слову из маминого глупого заявления. — Я хочу на землю! — Он, молча, опустил Мадди, и она принялась с интересом рассматривать Брайони. — Куда теперь убежала ваша плохая собака?
— Не знаю.
Брайони с отчаянием огляделась.
На опустевших трибунах, на самой верхней скамейке, стояла овца, словно раздумывая, стоит ли прыгнуть вниз. Единственная овца на площадке. Бог знает, где все остальные.
— Может быть, мне лучше сначала помочь поймать овец?
— Рискуя обидеть вас, мисс Лестер, — сухо возразил Джек, — скажу, что вы больше поможете, если поймаете свою собаку. Джессика и я справимся с овцами. А вы лучше сосредоточьтесь на своей собаке. Найдите ее и не позволяйте больше устраивать хаос. Это все, о чем я прошу. — Он протянул руку дочери. — Пойдем, Мадди.
Девочка посмотрела на руку Джека и отрицательно покачала головой. Потом, к изумлению Брайони, подошла и всунула свою руку в ее.
— Я помогу Брайони найти ее собаку.
— Мадди… — В голосе Джека послышалось усталое раздражение. Девочка застыла, съежилась и посмотрела на отца, словно ожидая удара. — Черт! — выругался он и опустился на корточки. — Все в порядке, Мадди. Ты пойдешь с мисс Лестер искать плохую собаку. — Он посмотрел на Брайони. — Могу я доверять вам? Вы приведете ее сюда, когда найдете своего пса?
— Конечно!
Брайони вспыхнула. Возможно, Джек Морган и образцовый фермер, но девочка боится его.
— Я не обижаю дочь, — проговорил он, словно прочитав ее мысли. — Никогда не обижал и не буду обижать. Клянусь вам! Все не так, как выглядит на первый взгляд.
— Да, конечно… Оставляем вас овцам, мистер Морган, — стараясь говорить беззаботно, произнесла Брайони. — А мы, Мадди Морган, пойдем искать Гарри.
Глава вторая
Гарри они нашли минут через пятнадцать. Пес по шею увяз в неприятностях. Вернее, в коровьем навозе.
Меньше всего они надеялись найти шнауцера в павильонах для скота. Брайони, стараясь не обращать внимания на запах, прокладывала путь между стойлами, Мадди жалась к ней. Гарри со щенячьим восторгом катался в куче свежего навоза.
Он поднял голову и увидел Брайони. Брайони! Источник вкусной еды и электрического одеяла. Он моментально вскочил, поднял грязные брови и задрожал от кончика носа до обрубка хвоста. Потом, переполненный любовью, прыгнул на хозяйку. Прямо в объятия. Это единственный трюк, которому Брайони удалось обучить Гарри. Прыгая, пес абсолютно доверял ей, не сомневаясь, что она подхватит его и не даст упасть.
Поэтому у Брайони не было выбора. Она не смогла обмануть его ожиданий, и Гарри всем телом прижался к ее рукам. Зеленые ошметки навоза стекали по кремовому свитеру и спускались вниз по белым леггинсам, образуя живописные узоры.
Стоя на цементном полу павильона для скота, Брайони лишь удивлялась, почему она не завела золотых рыбок вместо собаки.
— Это и есть плохая собака? — удивленно протянула Мадди.
— Конечно, это он. — Брайони глубоко вздохнула и тут же решила пока не дышать. Но Гарри — от кустистых бровей до трепетавшего обрубка хвоста — излучал обожание. Вокруг, молча, стояли скотники, потрясенные тем, что наделал пес. Рот Брайони дрогнул в улыбке. Надо или смеяться, или сесть рядом с кучей и завыть. И она расхохоталась, а вслед за ней засмеялись и скотники.
— Может быть, мисс, обмыть вас из шланга? — спросил один из рабочих.
Почему бы и нет? — решила Брайони. Рабочий направил на нее шланг с сильным напором воды. В конце концов, Гарри это послужит уроком, а хуже не будет. Разве может быть еще хуже?
Оказывается, может. Навоз слишком впитался, чтобы смыть его струей холодной воды.
— По-моему, сегодня просто не мой день, — пояснила она, уставившейся на нее Мадди, и вытаращившим глаза скотникам. — Иногда лучше утром даже и не вылезать из постели. Как, например, сегодня.
— Брайони!
Она осторожно обернулась и увидела Мирну Макферсон, смотревшую на нее с порога павильона. В коляске лежали ее шестинедельные близнецы, пятилетний Питер держался за ручку коляски с одной стороны, а шестилетняя Фиона — с другой.
— Привет… — Брайони вздрогнула.
Мирна рассматривала подругу с таким ужасом, будто та совершила что-то неприличное. А чего от нее ожидать? Это же Брайони!
— Овцы разбрелись по всей территории ярмарки, — со значением начала Мирна. — Говорят, что серая собака гонялась за ними. Это случайно не Гарри?
— Мм…
Брайони с виноватой улыбкой посмотрела на Мирну.
— Понимаю. — Мирна возвела глаза к небу. — Тебе не кажется, что ты могла бы удержать его?
— Я отвлеклась.
Она не стала уточнять, кто или что отвлекло ее внимание. По выражению глаз Мирны Брайони поняла, что уточнять и не надо. Мирна очень хорошая подруга.
Она уже не смотрела ни на грязную Брайони, ни на еще более перепачканную собаку. Потом заметила девочку, жавшуюся к Брайони, и приветливо улыбнулась ей.