Чтение онлайн

Макс уезжает, а я спешу домой, но в задней части двора меня ждёт сюрприз — родители. Они решили устроить себе романтический вечер, расположившись в беседке. А это — катастрофа. Через парадную я попасть не могу, там камеры, охрана, и уже заперто. А здесь...

Чёрт!

Набираю номер Макса, надеясь, что он меня не проигнорирует. К счастью, он отвечает уже через пять гудков.

– Что, мажорка, забыла чмокнуть на прощание?
– Слышу насмешливый голос.
– Быстрее. Я на светофоре стою.

– У меня проблема. Я не смогу попасть домой. Во всяком случае — сегодня.

– Разворачиваюсь.
– Отвечает, и сбрасывает звонок, а я, автоматически расплываюсь в улыбке.

Глава 15. Уроки обычной жизни

Ульяна.

Мотоцикл Максима возвращается на то же место, откуда каждый раз меня забирает и куда привозит. Через улицу от моего дома.

– Ну, куда поедем?
– Спрашиваю парня, плюхаясь ему за спину.

– Я думал, у тебя есть план, раз ты мне позвонила.
– Оборачивается, хмыкая.

– Не думал, что если бы у меня был план, то я, как раз-таки, тебе бы не позвонила.
– Фыркаю.
– Мне некуда ехать. А значит, вези меня к себе.

– К себе?
– Макс уже не выдерживает, стягивая шлем.
– Мажорка с голубой кровью не прочь переночевать в моей съёмной однокомнатной лачужке?

– Почему бы и нет?
– Не понимаю. Что его смущает?

– Видно, что из общения с мужчинами у тебя был только полоумный идиот.
– Пожимает плечами.
– Если ты не успела заметить, то у меня один раскладной диван. У меня даже второй подушки нет.

– Придумаем что-то.
– Отмахиваюсь.

Макс лишь хмыкает, и заводит мотор.

Мы мчимся по вечернему городу, и я невольно прижимаюсь к его спине чуть крепче, чем обычно. Ветер рвёт волосы, но мне тепло — не только от куртки, но и от странного, нового ощущения близости.

Через двадцать минут мы останавливаемся у пятиэтажки с обшарпанным фасадом. Макс слезает с байка, протягивает мне руку.

– Добро пожаловать в мои хоромы.

Поднимаемся на третий этаж. Дверь скрипит, когда он её открывает. Внутри — скромно, но аккуратно. Узкая прихожая, из неё — дверь в единственную комнату. В углу — раскладной диван, рядом — стол с ноутбуком, на стене — полка с книгами. На подоконнике — пара кактусов.

– Ну что... Располагайся.
– Бросает шлем на стул.
– Я в душ. Выйду, и придумаем, чем поужинать.

– Хорошо.
– Пожимаю плечами и понимаю, что это время для меня — момент узнать его поближе. Изучить квартиру, найти скрытые тайны или наоборот.

Я медленно обхожу комнату, впитывая детали. Каждый предмет здесь — словно кусочек пазла, складывающийся в портрет Макса.

Подхожу к полке с книгами. Разношёрстные издания — от классики до современных детективов. На корешках ни пылинки. Аккуратист. Среди томов замечаю потрёпанную «Маленького принца» — явно не раз перечитанную. Улыбаюсь: не ожидала увидеть здесь эту книгу.

Перемещаюсь к столу. Ноутбук закрыт, рядом — стопка аккуратно сложенных тетрадей, ручка в держателе. Всё на своих местах. Порядок почти военный. Но в этом есть своя прелесть — чувствуется, что человек ценит систему, знает цену времени.

На подоконнике — кактусы. Два горшка, ухоженные, с аккуратными колючками. На одном — крошечная бирка с надписью «Ёжик». Невольно улыбаюсь.

Возвращаюсь к дивану. Присаживаюсь на край, провожу рукой по обивке. Ткань простая, но чистая, без пятен. Видно, что хозяин следит за вещами, даже если они не из дорогого магазина.

В углу замечаю фото в рамке. Подхожу ближе. Макс с собакой — оба улыбаются, глаза светятся. На обратной стороне надпись: «Макс и Барни, лето 2021». Сердце сжимается. В его взгляде на фото — столько тепла, столько жизни.

– Он был хорошим другом.
– Комментирует Максим, и я вздрагиваю.
– Лучшим из всех. Лучше людей. Лучше меня самого.

Я осторожно поворачиваюсь к нему. В его глазах — не боль, нет. Что-то глубже: тихая, принятая тоска. Как будто он давно свыкся с этой утратой, но она всё ещё живёт в нём — не рана, а шрам.

– Когда… он ушёл?
– спрашиваю тихо, боясь нарушить хрупкое равновесие.

– Год назад. Рак.
– Макс говорит просто, без надрыва.
– Последние месяцы были тяжёлыми. Но даже тогда он… - он замолкает на секунду, потом улыбается, - он всё равно находил повод радоваться. Солнечный пёс.

Я ставлю фото на место, медленно подхожу к нему. Не говорю ничего — просто раскрываю руки, обнимая за широкую и ещё влажную спину парня. Он, немного помедлив, обнимает в ответ. На мои глаза наворачиваются слёзы. Я чувствую эту боль, эту утрату, на физическом уровне.

Его руки сжимаются крепче, словно он наконец находит точку опоры в потоке невысказанных чувств. Я ощущаю, как его дыхание сбивается, как напрягаются мышцы под тканью футболки. Он не плачет — но я чувствую, что это молчание громче любых слёз.

Мы стоим так некоторое время. Даже не знаю сколько. Просто стоим.

Наконец он слегка отстраняется, но не разрывает объятие. Смотрит на меня сверху вниз, и в его глазах — смесь благодарности и удивления.

– Ты первая, кому я это рассказал.
– шепчет.
– Обычно люди не интересуются таким. Им кажется что это... всего лишь животные.

– Некоторые животные, добрее и умнее некоторых людей.
– Пожимаю плечами.

– Что верно, то верно.
– Улыбается.
– Пойдём готовить ужин?

– Тебе придётся меня научить. Потому что я сама себе даже бутерброды не делаю.
– Впервые в жизни мне за это стало стыдно.

Макс удивлённо приподнимает бровь, потом разражается искренним, тёплым смехом.