Чтение онлайн

– Ты играл не по правилам. Не так, как мы договаривались. Ты втоптал меня в грязь.
– На глаза наворачиваются слёзы.

– Твой отец и так уже всё знал. Было видно по его реакции.
– Спокойным тоном.

– При чём тут мой отец?!
– Выкрикиваю.
– Это предательство, Макс. Ты успокоил меня, пообещал быть рядом, пообещал всё разрядить, но только всё испортил.

– Ты маленькая лгунья, а я, значит, виноват?
– Пыхтит, как ёжик в обороне.

– Поехали!
– Рявкаю, потеряв всякое желание с ним разговаривать.

Мы мчимся по ночному городу — ветер бьёт в лицо, фары режут темноту. Я вцепилась в его куртку, но не от страха, а чтобы удержать себя от того, чтобы не оттолкнуть его прямо на ходу. Макс тормозит у своего обшарпанного пятиэтажного дома в спальном районе. Знакомая подворотня, тусклый фонарь, облезлая табличка с номером. Его дом. Всякий раз чувствую себя не в своей тарелке. Слишком всё… просто. Слишком не похоже на мой мир.

Снимаю шлем, швыряю его на сиденье. Руки дрожат.

– Всё, слезай, - бросаю, не глядя на него.

Иду к подъезду. Он молча следует за мной. В лифте — гнетущая тишина. Только мерное гудение механизмов и стук моего сердца. Он открывает дверь в квартиру. Я переступаю порог с тем же знакомым чувством — будто попала в параллельную реальность. Прихожая тесная, обои местами отклеились, пахнет кофе и старой мебелью. Он закрывает дверь, прислоняется к ней спиной. Руки в карманах, взгляд — твёрдый.

– Говори, - требую.
– Объясни, почему ты решил, что можешь всё разрушить одним махом. Он медленно выдыхает.

– Потому что я устал играть в эти игры. Ты всё время пыталась подстроить меня под их ожидания. Ожидания их всех. «Скажи так», «веди себя так», «не упоминай то». Я не кукла, Ульяна. Я человек. Который хочет быть с тобой — настоящим. А не версией себя, которую одобрит твой отец.

Я оглядываюсь. Узкий коридор, дверь в комнату, кухня слева. На столе — раскрытая книга, на стене — полка с пластинками, у окна — старый письменный стол с инструментами. Это его мир. Мир, в который он меня, кажется, никогда по-настоящему не пускал.

– И ты решил доказать это, унизив меня перед ними?
– мой голос дрожит.
– Я выглядела в этот момент просто овцой!

– Я не хотел унижать. Я хотел показать, что не боюсь их. Что не буду прятаться.

– А меня ты спросил?
– шепчу.
– Ты подумал, как это ударит по мне?

Он молчит. Потом делает шаг вперёд.

– Знаешь что, - цокает языком.
– Об этом нужно было думать, когда заставляла меня подыгрывать тебе. Когда шантажировала, чтобы я пошёл с тобой на вечеринку, когда... Не важно. Нужно было думать раньше. Ты завралась. Но я не понимаю... Чего тебе стоило согласиться? Сказать: «Хорошо, пап, я его брошу». Разбежались бы, как в море корабли, и дело с концом.

– Я не хотела им уступать.
– Точно не уверена, правду ли говорю сейчас. Но это всё, чем я готова с ним пока поделиться.
– Они всегда меня притесняли. Сужали мою жизнь до своих стандартов. Контролировали. И мне хоть раз захотелось повести себя не как папина дочка. Пойти наперекор. Побороться.

– Зря ты это всё. Не уверен, что ты сможешь жить жизнь обычного человека. Ты принцесса. А я чернь. Этим всё сказано. К тому же мы не настоящая пара. Постоянно спать в обнимку это...

– Ты спишь на полу.
– Вскидываю подбородок.

– Что?
– Вижу, как расширяются от удивления его глаза.

– На полу, Фролов. Ты будешь спать на полу сегодня.
– Повторяю с особым удовольствием.

– Напомню: это моя квартира.
– Хмурится.

– Это квартира твоего арендодателя.
– Хмыкаю.
– И ты это заслужил. Я не хочу даже в одной комнате находиться, но, увы — она у тебя одна.

– Уль...
– Делает шаг ко мне.

– Не подходи! Я тебе...
– Моя фраза обрывается настойчивым стуком в дверь.

– Богдана?

– Она сама не приезжает.
– Фыркает Макс, и разворачивается к двери. Открывает, и в квартиру запархивает красивая девчонка моего возраста. Длинные чёрные волосы, голубые глаза, пухлые губы. Она могла бы посоревноваться в красоте с ведущими моделями России.
– Вик... Я забыл.

– Ничего, я тут...
– Видит меня, застывает, окидывает коридор взглядом, замечает мою сумку.
– пирог принесла...

– Спасибо, мы не голодны.
– Отвечаю вместо Максима.

– Проходи.
– Тем временем говорит он.
– Я поставлю чайник. Ульяна, это Вика, Вика, это Ульяна.

Мы обе киваем друг другу, явно не ожидавшие увидеть друг друга здесь. Внутри меня вспыхивает новая эмоция. Не гнев, не злость — ревность. Это ревность. Не плохая, гадкая и злобная, но неприятная, колючая. Ревность к её красоте, умению готовить и к её, чёрт, близости с Максом.

– Я думала, мы поужинаем вдвоём.
– Говорит она тихо, надеясь, что я не услышу.

– Я тоже так думала.
– Натягиваю улыбку.

– А ты...

– Его девушка.

– Что?
– Вика давится воздухом, краснея, как переспелый помидор.

– Что?
– Одновременно с ней отвечает Макс.
– Мы не...
– Видит мой убийственный взгляд и замолкает.

– Не собирались так быстро съезжаться.
– Договариваю за него.
– Обстоятельства.
– Пожимаю плечами.

– Ты не говорил, что у тебя есть девушка.
– Краснеет она.

– А почему он должен был говорить тебе об этом?
– Хмыкаю.

– Я, наверное, пойду.
– Поднимается со стула.

– И пирог не забудь.
– Беру со стола тарелку, и протягиваю ей.
– Мы не очень любим сладкое.

– Он с мясом.

– Тем более.
– Натягиваю улыбку, и ухожу в комнату.

Стелю себе на диване, а Максиму на пол кидаю одеяло. Подушку себе сам смастерит. Из куртки.