Чтение онлайн

У одного из экспонатов — старинного зеркала в резной раме — задерживаюсь дольше. В его потемневшей глубине мелькает моё отражение: бледное лицо, глаза, в которых ещё тлеет тот самый огонёк непокорности. «Кто я в этой раме?» — мелькает мысль. Девушка из богатой семьи, дочь влиятельного отца, объект пристального надзора? Или… что-то большее?

– Впечатляет, не правда ли?
– раздаётся рядом мягкий голос. Оборачиваюсь.

– Что ты здесь делаешь?
– Я моментально превращаюсь в злого ёжика, стоит мне понять, что Антон, зная, что я поеду сюда, тоже припёрся.

Он слегка приподнимает брови, будто удивлён моей резкостью, но в глазах — привычная лёгкая усмешка.

– Просто гуляю. Галерея — общественное место, - говорит он невозмутимо, оглядываясь по сторонам.
– Или ты тут эксклюзивное право на осмотр экспонатов получила?

Сжимаю кулаки, стараясь не выдать, как его спокойствие задевает меня ещё сильнее.

– Не строй из себя дурака. Ты знал, что я буду здесь.

– Допустим. И что с того?
– Антон делает шаг ближе, понижает голос.

Хочу ответить резко, но слова застревают в горле. Вокруг — люди, тихие разговоры, приглушённый свет. Мы словно в вакууме: он и я, и этот невысказанный вопрос, который висит между нами с того самого момента, как я увидела его имя в телефоне Саши.

– Уходи, - наконец выдавливаю, глядя ему прямо в глаза.
– Объяснять мне ничего не нужно. Ты сделал свой выбор. У тебя теперь Саша. У меня...
– Чёрт. Я даже не знаю, как его зовут.
– И у меня уже новый парень. В этом всём нет смысла.

– Я не собирался с тобой расставаться. У нас нормальные здоровые отношения. Ты у меня — для семьи. Для будущего устройства корпорации. Для жизни. А она — для удовольствия.

– А что же это ты у меня удовольствия не попросил?
– Выгибаю бровь. Пусть я ещё не совсем готова, но он даже и не пробовал.

– Твой отец сказал тебя не трогать до свадьбы. Я держу слово.
– Уверенно.

– Мало ли, что сказал мой отец!
– Фыркаю. Достали эти рамки. Все достали.

Антон слегка вздрагивает, но тут же берёт себя в руки. Его лицо снова становится непроницаемым.

– Это не просто указание, - говорит сдержанно.
– Это дело принципа. Я дал слово.

– Слово?
– я делаю шаг ближе, голос дрожит от едва сдерживаемого гнева.
– А о моих желаниях ты подумал? О том, чего хочу я?

Он молчит. В его глазах мелькает что-то неуловимое — то ли сомнение, то ли попытка найти оправдание.

– Всё, успокойся.
– Закатывает глаза.
– Ты же не серьёзно встречаешься с тем типом? Я тебе не поверю. У нас всё в порядке. Начнём отношения с начала. Без Саш и Вик.

– Вик?
– Изгибаюсь в усмешке.

– Это я так. К слову. В общем, ты меня поняла. Вечером я заеду за тобой, и мы поедем на ужин к моим родителям. Как и должно было быть.
– Вскидывает подбородок.

– Не могу. У меня другие планы. И ты в них не входишь. Прекрати лезть ко мне, Тош. Наши дороги сегодня расползлись. Я влюблена в другого.

– Влюблена?
– Фыркает.
– А не ты ли говорила...

– Передумала.
– Перебиваю.
– Его встретила и передумала.

– Хорошо. Встретимся тогда сегодня вечером. Втроём в ресторане. Хочу убедиться, что ты мне не лжёшь...
– Щурится.

– С какого рожна я должна тебе что-то доказывать?
– Моему возмущению нет предела.

– Можешь не доказывать. Но в случае отказа, я расскажу твоему отцу, что ты бросила меня ради какого-то нищеброда.
– Пожимает плечами, довольно.

Делаю шаг вперёд, сжимая кулаки. Но сказать нечего. Ответить нечем. Если он скажет это отцу, тот с меня живой не слезет.

Ну и где мне теперь искать этого Ромео?

Глава 5. Судьба

Ульяна.

Естественно, из галереи я выхожу раньше, чем предполагалось. Находиться в одном помещении с этим напыщенным индюком — это не для меня.

Вася, как и обещал, ждёт на парковке, и когда я плюхаюсь на заднее сиденье, он переводит удивлённый взгляд в зеркало заднего вида.

– Так рано?
– задаёт вопрос, заводя мотор.

– Скажем так... Контингент там не из приятных.
– Пожимаю плечами.

– Тогда вы не против, если мы перед домом заедем поменять масло? Это не больше чем на час.
– спрашивает, плавно выруливая с парковки.

Я задумчиво смотрю в окно. Внутри всё ещё бурлит от недавней сцены с Антоном, и перспектива провести час в ожидании у автосервиса кажется почти спасительной — хоть немного времени, чтобы собраться с мыслями.

– Без разницы, - отвечаю, откидываясь на спинку сиденья.
– Делайте, как вам удобно.

Вася кивает, и в салоне снова воцаряется тишина, нарушаемая лишь шумом двигателя и редкими сигналами проезжающих машин. Я закрываю глаза, пытаясь отрешиться от назойливых мыслей, но они упорно лезут в голову: «Ты выбрала правильно… Или всё-таки нет?»

Через двадцать минут мы подъезжаем к небольшому автосервису на окраине. Вася паркуется, оборачивается ко мне:

– Если хотите, можете подождать в зоне отдыха. Там кофе, телевизор… Или прогуляйтесь немного — тут рядом сквер.

– Пойду с тобой.
– Пожимаю плечами.
– Посмотрю, как зарабатывают на жизнь люди, у которых есть выбор.
– Вздыхаю.

Водитель слегка приподнимает бровь, но возражать не спешит. Кивает, разворачивается и направляется к боксам автосервиса. Я следую за ним, засунув руки в карманы.

Внутри пахнет маслом, металлом и горячим пластиком — резкий, но почему-то уютный запах работы. Где-то вдалеке стучит пневмоинструмент, кто-то переговаривается, смеётся. Всё это кажется таким… настоящим. Не как в мире моих родителей, где каждое движение выверено, каждое слово взвешено.