Чтение онлайн

– Он мне неинтересен.

– Однако, как я понимаю, ты упала в обморок и утратила память после известия о расторжении помолвки.

– Граф утверждает именно это.

– А ты?

– Позволяю ему тешить свое самолюбие, пока не вспомню.

Вторая улыбка Бьянки не выглядела вымученной. И хотя Мэри знала и постоянно напоминала себе: перед ней посторонний человек, но радость была глуха к объяснениям.

– В Лондоне ты не из-за него?

– Чур тебя! – рассмеялась Мэри. – Он или в БлэкбернХауз или, как мне намекнули, строит из себя охотника и преследует свою новую невесту. Мисс Синклер – именно то, что он заслуживает.

Бьянка взяла со стола круасан.

– Ты с ней знакома?

– Ангельское создание.

– И правда думаешь, что она подходит графу?

– О, да! Он умрет от скуки спустя месяц после свадьбы!

– Ты же говорила, что лорд Блэкберн тебе не интересен.

– Да, но сам факт, что он меня бросил!

Бьянка рассмеялась и взяла второй круасан. Мэри держалась, уж больно хотелось уколоть в ответ мадам Анну и сказать: «На кого вы шили это большое платье?!», и посмотреть строго-строго, как сегодня мадам. Похоже, в ней проснулись наполеоновские замашки.

– Или были…

Она и здесь отказалась спорить. Или были, и проявили бы себя гораздо раньше, сложись обстоятельства в ее реальности иначе. К примеру, родись она не первой у мамы, а второй, и не ощущай в критические моменты мертвого запаха коммуналки.

Она едва не подскочила, когда поняла…

– Ты всегда боялась вернуться туда, правда? И замуж за Пола собиралась вовсе не из-за благородных порывов, не из-за Бьянки, правда?

– Правда.

– Не каждый мужчина доводит женщину до оргазма, а он старался… Он думал, что нужен тебе. И твоя сестра тоже так думала… А ты просто боялась…

Мэри встряхнула головой, и голос оставил ее в покое.

– Ненадолго, – шепнул в ухо.

Дрогнула занавеска. Ушел, не прощаясь. Она удивилась, что подумала об этом: голос – это нечто, чего не существовало. Тут же одернула себя. А девятнадцатый век, уютная библиотека, запах кофе и девушка напротив – существовали? А голод, который проснулся после третьего круасана, съеденного Бьянкой? И чувство, которое не покидало с первого дня появления в Англии: она дома, вернулась туда, где ее ждали…

– Ты когда-нибудь была в Лондоне? – спросила Мэри, оставив размышления на ужин.

– Нет.

– Почему?

Бьянка довольно долго молчала.

– Когда были живы родители, я была слишком молода, а после… ты не разрешала.

– Неужели я – скряга? – Бьянка, боясь рисковать, неопределенно пожала плечами. – Ничего, исправлюсь. Для начала потратимся на новый гардероб.

– Ты хочешь обновить гардероб?

– Пожалуйста, не переспрашивай дважды. Я уверена, что ты все понимаешь с первого раза. Кстати, на тебе что-то более-менее… – Она с отвращением смотрела на бледно-серую копию своего платья.- Что, черт возьми, на тебе надето?!

Девушка ахнула, изумленно хлопая ресницами. Красивыми ресницами, надо сказать, ее красоту не могла скрыть даже эта одежда. И, тем не менее, молодая леди должна одеваться, чтобы привлечь, а не отпугнуть.

– Завтра приедет виконт, попрошу его свозить тебя к одной очень известной модистке. Правда, характер у нее несносный, и она облачит тебя в ужасный корсет, но поверх него будет что-то посимпатичней этого.

– Ты хочешь купить мне платье?

– Не испытывай мое терпение, – пожурила Мэри и тут же улыбнулась, разгоняя тучи на лице Бьянки. – Скоро бал у маркиза Торнтона, – надеюсь, я не перепутала его имя, – и если мы придем в том, во что одеты сейчас, не уверена, что догоним хоть одного кавалера. Ты умеешь быстро бегать в стольких юбках? Нет? Может, хотя бы… танцевать?

Бьянка кивнула и рассмеялась.

– Отлично. Завтра встреча с виконтом: уступлю тебе с ним утреннюю прогулку.

– Мэри, – девушка смущенно смотрела на нее со странным блеском в глазах, – скажи, как зовут виконта?

– Как зовут, не знаю. Виконт Лэнгли.

– Брайн?

– Может быть.

– И он завтра заедет?

– К чему такое удивление? Он и сегодня заезжал.

– Он красив, не находишь?

– Было бы глупо оспаривать очевидное. – Мэри с подозрением прищурилась. – Разве ты не помолвлена с лордом… Уинслоу?

– Да, конечно, – поспешно согласилась Бьянка и положила половинку круасана на тарелку. – Если ты не против, я отдохну с дороги.

Мэри пожала плечами и уткнулась в книгу. Прочла страницу, две, но Бьянка так и не поднялась с места. Мэри бросила вопросительный взгляд.

– Я могу идти?

– Ты еще «миледи» в конце добавь, – усмехнулась Мэри, но когда девушка послушно повторила за ней, веселость прошла. Она обратилась к ней, словно прислуга или посторонний человек!

Она и есть посторонняя, подумала Мэри, но вопреки таким мыслям, сказала:

– Бьянка, память потеряла я, а не ты, потому, думаю, найдешь свою комнату? И еще. Как старшая сестра, я должна быть в курсе твоих перемещений, но в глобальном понятии, а не по дому.

– Но раньше…

– Не забивай мне голову мелочами.

– Да, конечно, я… Прости…

– … И пустыми фразами, – добавила Мэри и нетерпеливо махнула рукой, выпроваживая сестру из библиотеки.

Сестру? Она произнесла это слово вслух, и оно не вызвало отторжения. Пусть так. Она – леди Элфорд, а это ее родная сестра, самый близкий человек во всем мире.

Мэри взяла книгу и легла на широкий диван, оставив туфельки, сжимавшие ноги, наказанными под столом. Она поняла по недомолвкам слуг, что Другая предпочитала работать в кабинете, но там было холодно, одиноко и Мэри не считала нужным притворяться в пустяковом вопросе, если легко наплевала на самый важный. Она отказывалась быть грозным монстром, даже если резкие перемены в ней выглядели неправдоподобно.

Строгость – да, приходилось, но для тонуса, а не в удовольствие. К тому же, никто не будет уважать мягкую тряпку. Она успела столкнуться с этой проблемой в ЭлфордХауз: постоянные отлучки горничной, полубезумный взгляд, когда она попросила собрать ее вещи для поездки в Лондон и лепетание:

– Можно ли… Миледи… Позвольте мне остаться здесь… Умоляю…

И целый поток слез, хотя она еще не успела ответить. Несколько минут Мэри выдержала, а потом просто устала от воя.

– Хорошо, – согласилась, – останься. Скажи Адель, что она поедет со мной как горничная.

Но вместо желанной тишины Мэри получила истерику. Джесс бросилась в ноги, И Мэри с трудом удалось отвоевать подол своего платья. Просьбы, увещевания прекратить были тщетны, помог громкий окрик:

– Хватит!