Приватное погружение
Шрифт:
Словно в ответ на её слова стук сменился приглушённым стоном. Кажется, даже вполне человеческим, хотя очень неразборчивым. Он доносился уже совсем точно с заднего двора. И в то же время словно издалека. Тави взвизгнула и уцепилась за Риа.
– Ти, мне надоело тут стоять, – с досадой сказала Риа. – Да ещё и босиком.
Кажется, она не на шутку разозлилась на того, кто шумел в ночи. А когда Ри злится, она не боится ничего на свете.
– Включай свет!
Тави, втягивая в плечи голову, на цыпочках подошла к выключателю, нажала на кнопку. Тусклый фонарь, освещающий задний двор, через стеклянную дверь бросил мутный отблеск на пол, накрывая синюю лунную дорожку размыто-жёлтым. Риа ринулась на этот свет, вскинув над головой случайное оружие.
Глава 3
Во дворе ничего не изменилось. Сжатое пространство – десять на десять метров, под завязку заваленное всякой всячиной. Когда-то ещё целые доски, принесённые Тави с кладбища покинутых лодок в надежде, что они пригодятся. Красивые упаковки от подарков, которые ей привозила Риа с Виры, конечно, уже полинявшие, потерявшие цвет и красоту. Старая, вышедшая из строя одежда, размокшие картонки и пакеты из складмаркета. На самом верху этой беспорядочной кучи подрагивала от ударов изнутри коробка от супарта. Та самая, про которую Тави совершенно забыла.
Да, звук раздавался из коробки. Внутри явно кто-то был. Неужели новенький, ни к кому не подключённый супарт?
– Ти, что это? – Риа смотрела на Тави в упор с вопросительным негодованием.
– Нашла… – пролепетала та. – Вчера…
Стук становился всё приглушённее и беспомощней, кто-то внутри коробки уже терял силы.
– Где нашла?
– В Океане, – Тави опустила глаза. – Я думала, она пустая… Из утиля…
– Ты думала?! – голос Риа переполнялся гневом.
Она подошла к источнику звука. Красноречиво перехватив вазу, подняла её над коробкой и резко потянула затвор на упаковке. Раздался мягкий щелчок, и светлая крышка откинулась. Тави, в которой тут же противоестественное любопытство победило вполне объяснимый страх, через плечо подруги уставилась внутрь.
В чреве ящика, повторяющим контуры тела, скорчилось существо, и в самом деле очень напоминающее супарта. То ли из-за того, что оно сжалось в комок, то ли ящик и в самом деле оказался ему велик, но тот, что уже обессиленно скулил в недрах коробки, выглядел очень… недоделанным. Для супарта это существо казалось слишком маленьким, хрупким, беззащитным. Что-то в нём было не так.
Существо дышало с трудом, громко, со всхлипами проталкивая воздух в грудную клетку. Его била мелкая дрожь, а тело жирно блестело: то ли антидеформирующая защитная смазка, то ли из повреждённого супарта выливалось биотопливо. Если последнее, то дело его совсем дрянь.
Часть жидкости уже застыла тёмной коркой, очень напоминающей свернувшуюся кровь, но поверх её блестели и свежие потёки: видимо, когда бракованный супарт бился о закрытую крышку, стараясь выбраться из ящика, он растревожил старые повреждения. Лицо за этими потёками почти не просматривалось, а волосы – мягкие и, кажется, светлые – слиплись в сальные пряди. Даже в таком печально повисшем состоянии его локоны казались слишком длинными для супарта. Обычно их привозили уже с закреплённой навсегда стрижкой ёжиком: чтобы потом меньше возиться с причёской.
Страх Тави ушёл, и теперь ей стало даже жалко несчастное существо. Уродца, выкинутого на произвол судьбы.
– Понятно, почему он никому не пригодился, – сказала она, – но зачем его выбросили? Использованных супартов не меняют, это правда, но если он оказался бракованным, то они просто обязаны взамен прислать нового… Вот у кого-то куча средств, да, Риа? Разбрасываться супартами… Тут некоторые на всю жизнь одного-единственного приобретают…
– Подожди, – сказала Риа. Она сунула уже мешающую вазу в кучу старого тряпья и теперь со странным растерянным выражением разглядывала уродца. Казалось, она собирается дотронуться до него, но никак не решается. Хотя уж кому-кому, а вот Риа в решительности отказать нельзя. Тави так вообще не видела никакого смысла прикасаться к находке. Всё равно без профессионального детектора они не смогут определить зону протечки. А тем более починить…
– Ша-а-а… Х-а-а…
Внезапно супарт дёрнулся, ворот его и без того разодранной рубашки поехал вниз, обнажая шею и выступающие ключицы.
– Смотри, – Тави показала на горло, где торчащим бугром выделялся крупный нарост. – Что это?
Она взвизгнула и отскочила.
– Риа, я никогда не видела, чтобы из супартов лезли запчасти. Он совсем… Совсем негодный, да?
– Тихо ты!
Риа наконец-то после долгих раздумий наклонилась к повреждённому супарту:
– Ничего из него не вываливается… Это просто… Просто. Это хрящ.
– Вот же, – сказала Тави. – Изначально бракованный супарт? Угораздило же меня…
Она подняла ищущий сочувствия взгляд на Ри. Но та, кажется, не собиралась её утешать. А совершенно напротив…
– Ти, это не супарт, – сказала Риа, и в голосе её прозвучало столько ужаса, сколько Тави не слышала за всё время их знакомства. То есть за всю жизнь. – Это человек.
– Не может быть, – сказала Тави. Несмотря на то, что это существо съёжилось и всё время мелко дрожало, она видела строение его тела и плоскую грудь. Это не мистрис. Близко не мистрис. А если не мистрис, то кто ещё мог быть на острове Сауза?
– Этого не может быть!
– Может, – кивнула Риа. – И тебя действительно угораздило. Это парт, Ти. Самый настоящий парт.
– С Виры?!
Риа кивнула:
– С Виры. Полный аут. Он сильно ранен, его кто-то избил. Нужно немедленно сообщить в полпредство.
– Может, медичку? – Тави растерялась. Пока полпредство пришлёт кого-то с Виры! Вдруг этот… человек… умрёт? Он и так по её разгильдяйству пролежал в коробке уже сутки. В полумёртвом состоянии. А медичка принимает совсем недалеко от её дома. Конечно, она не так крута, как медички на Вире, но с недомоганиями мистрис на Саузе как-то справляется. Тави тут же решила, что вот прямо сейчас крикнет Айсику, чтобы…
И тут в её запястье вцепились холодные, влажные пальцы. Тави взвизгнула, Риа непроизвольно отшатнулась, больно ударившись локтем о край коробки, а парт открыл глаза и тихо, но внятно простонал:
– Не надо… никому… Пожалуйста… Иначе я скажу, что это вы… Вы меня так…
– Ещё и угрожает! – ахнула Риа.
Она ещё что-то хотела сказать, кажется, довольно резкое, но предполагаемый парт закрыл глаза. Всё его тело как-то сразу обмякло, расслабилось, и Тави поняла, что существо потеряло сознание. Словно сделало всё, что могло в этой ситуации, и добровольно отдало себя в руки никчёмным мистрис. «С его стороны это было достаточно опрометчиво», – подумала Тави и с тоской воззрилась на всезнающую Риа.
– Что теперь?
Риа замялась в нерешительности.
– Во-первых, его нельзя оставлять в этой коробке. Нужно перенести в дом.
– Айсик! – позвала Тави и тут же поняла, что её супарт в данный момент самозабвенно питается. А это значит, что он совершенно выключен из внешнего мира, и тащить бессознательное тело парта придётся им с Риа. Мистрис не привыкли носить тяжести, для этого у них существовали грузолёты и супарты. Но сейчас стояла глубокая ночь, и что первые, что вторые пребывали вне зоны доступа.