Чтение онлайн

Маленький доктор внутренне насторожился. Странное дело, он ощутил, что молодой человек на миг заколебался. Клод пытался заглянуть в глаза отца. Что происходит между этими двумя людьми? И почему старик еще упорнее глядит в угол?

– Да, все!

– Как хочешь...

Клод шаг за шагом обходил чердак. Он подбирал всякую мелочь: картонного паяца стоимостью в несколько су, целлулоидную флейту, продырявленный барабан, игрушечный пистолет.

И все же был недоволен. Он перешагивал через ящики, мешки, туземные щиты, груды стрел. Он что-то искал и все хмурился. Время от времени Клод бросал на отца подозрительный взгляд.

– Тебе все еще мало?
– пытался шутить мосье Марб.- По-твоему, этих игрушек не хватит, чтобы позабавить сынишку твоего так называемого друга?

– Я искал...

Клод запнулся. Маленький доктор почувствовал, что сейчас будет сказано главное.

– Что ты искал?

– Трубу... Да ты вряд ли ее помнишь. Деревянная труба в синюю и красную полоску и с красным шелковым помпоном.

– Не помню.

– Странно!

– Почему?

– Мне казалось, что я ее видел.

– Ты считаешь, что сын твоего приятеля не может обойтись без...

– Да не в том дело. Я помню эту трубу, потому что это была моя любимая игрушка.

Очень хотелось бы ее найти.

– Ищи!

Обращенный к доктору взгляд мосье Марба, казалось, говорил:

"Вот вам дети! Ты все им отдал! А в один прекрасный день они приходят и требуют, чуть ли не угрожают! Уносят дорогие как память вещи, чтобы отдать первому встречному. Им нет дела, что у отца сердце кровью обливается..."

И это действительно могло бы растрогать, если бы Доллан не почувствовал за этим какой-то внутренней фальши. Будто вслух говорилось одно, а подразумевалось совсем другое. Да, несомненно, под видимостью комедии или даже фарса тут разыгрывается настоящая драма, но драма, к которой у него нет ключа.

– Нашел?

– Нет!

И молодой человек злобно уставился на отца.

– Может, ты хочешь обыскать весь дом? Клод ничего не ответил. Но по нему видно было, что он готов ради какой-то грошовой деревянной трубы перевернуть вверх дном коллекцию, которую бывший чиновник в колониях кропотливо собирал всю свою жизнь.

Чуть ли не комическую нотку внесла в этот спектакль Элоиза. Когда она, отдуваясь после крутой лестницы, появилась на чердаке, Маленький доктор сразу же понял по ее глазам, что она как следует угостилась.

– Что вы тут делаете?
– удивилась она.

– Да вот Клод забирает свои старые игрушки, чтобы отдать приятелю!

– И прекрасно!

– Все до единой.

– Пусть хоть все уносит из дому. По крайней мере можно будет прибраться... Что ты ищешь, Клод?

– Деревянную трубу...

– В красную и синюю полоску, с большим помпоном?

– Да.

– Так она в гардеробе у отца. Я ее на днях видела. Да еще удивилась, зачем это он прячет среди одежды и белья грошовую игрушку.

Мосье Марб не дрогнул. Только побелел. Капли пота проступили у него на лбу.

– Это правда?-впившись в него взглядом, спросил Клод.

– Раз твоя тетя говорит... Не знаю... Может, положил туда случайно... Надоели вы мне, наконец, с этими дурацкими игрушками, будто у меня нет других забот!
– Он впервые сорвался. Его захлестнул гнев, вернее, бешенство.- Неужели надо было непременно выбрать время, когда у меня гостит приятель, чтобы морочить мне голову с этими игрушками? И я думаю, не лучше ли будет, если...

– Где гардероб, тетя?-хладнокровно осведомился молодой человек.

– У него в спальне.

Не обращая ни малейшего внимания па отца, Клод спустился вниз. За ним поплелся мосье Марб, следом - Маленький доктор, а Элоиза замыкала шествие.

– Я всегда удивлялась, к чему этой трубе...- бормотала она себе под нос.

Дверь в спальню была распахнута. Мосье Марб открыл гардероб.

– Ищи... Забирай ее, если найдешь...

И он горько усмехался, как человек, оскорбленный в своих лучших чувствах.

Клод уже слишком далеко зашел, чтобы отступать. Он рылся в костюмах и в стопках белья, шарил рукой за выстроенными в ряд ботинками и сандалиями.

И вот настала минута, когда вся эта сцена, казалось бы, достигла вершины комизма. Минута, когда Клод среди накаленной до предела атмосферы вдруг потряс над головой вещицей, совершенно ничтожной по сравнению с вызванными ею страстями,- деревянной трубой, какие продаются на ярмарках, и притом так грубо размалеванной, что доктор чуть не прыснул со смеху.

Но он сдержался. Он бросил взгляд на хозяина дома и увидел, как из глаз мосье Марба скатились две слезы.

– В доме такой беспорядок...-лепетал старик упасшим голосом,отворачивая лицо.

Гласа третья, В КОТОРОЙ МАЛЕНЬКИЙ ДОКТОР УЖЕ НИЧЕГО НЕ ЖДЕТ ОТ НОЧНЫХ ВИЗИТОВ И В КОТОРОЙ ОБРАЩАЕТСЯ ЗА ПОМОЩЬЮ К ИНСПЕКТОРУ ТРУДА - Не обращайте внимания на мое волнение, доктор. Если б вы были отцом, вы бы меня поняли. Заметьте, я на него не сержусь.

Они стояли на террасе. Клод торопливо сваливал игрушки в машину.

– Сегодня вечером мы будем оба сторожить и...

– Если я вернусь,-поправил Жан Доллан.

– Как? Вы уезжаете?

– Мне надо съездить в Ниццу. Не беспокойтесь обо мне.

– Но если явится мой гость и...

Доллан чуть было не сказал: "Он не явится!", но удержался. Он уже знал по опыту, что никогда не следует выказывать излишнюю уверенность.

Погрузив все в машину, Клод подошел к ним.

– Надеюсь, папа, ты на меня не сердишься. Я ведь пообещал... Прости меня, если я тебя расстроил. Но признайся, игрушки эти здесь вовсе ни к чему, им скорее место там, где ребенок...

– Да, да,- кивнул старик.

– До скорого... Прощайте, доктор. Развлекайтесь тут у папы. До свидания, тетя.

Быть может, ему стало неловко за свою настойчивость? Он был любезнее, чем полчаса назад, словно скинул с себя какую-то заботу.

– Ну улыбнись! И забудем про все это! Улыбка у мосье Марба, несмотря на все его старания, получилась кислая.

– Я исчезаю. Меня ждут друзья.

– Я тоже исчезаю... Не беспокойтесь обо мне, мосье Марб.

– Но...

Слишком поздно. Не успел автомобиль Клода проехать метров двести по прибрежной дороге в сторону Жуан-ле-Пэна, как Маленький доктор вскочил в свою Жестину и завел оглушительно стреляющий мотор.