Чтение онлайн

Вадиму так совсем не показалось. Наоборот, жена была странно, даже неестественно спокойна. Но возражать он не стал, ожидая продолжения. Впрочем, больше Мише сказать было нечего.

– А ты... подозреваешь кого-нибудь? Конкретно?
– спросил он.

– Не знаю. Только что Лорка сначала пыталась доказать мне, что это никакое не убийство, а несчастный случай. А потом покатила бочку на Лиду, - последнее он сказал с легкой мстительной ноткой.

– И что?
– испугался Миша.

– Да ничего. Пришел ты, и она убежала.

– Вернее, уковыляла. Так что она сказала?

– Я говорю тебе, ничего сказать не успела.

– Ты все-таки не ответил, - настаивал Миша, - ты тоже подозреваешь Лиду?

– Тогда уж Лору.

– Почему?

– Да потому же. Слишком уж нервничает. К тому же наркоша. И пьяная была в хлам.

– Послушай, Вадик, ты должен это знать.
– Миша откинулся на спинку кресла и закусил костяшку большого пальца.
– Если металлический предмет упал в снег, на нем останутся отпечатки пальцев?

– Ты про слона? Трудно сказать. Тут от многого зависит. Плотность снега, влажность, температура, время нахождения в снегу. Обычно кожное сало замерзает, а вот когда предмет из снега достают, оно оттаивает и отпечатки деформируются. Скорее всего, идентифицировать их будет сложно. Да и что толку? Слона все лапали. Постой-ка! Лора сказала, что Лида соврала. Ну, что она не видела слона и даже не была в Генкиной комнате. Я теперь точно вспомнил. Была. Лорка права. Мы все как раз вышли, а Лида зашла. Еще сказала, что должна же она взглянуть на реликвию. Почему тогда сказала, что не была там?

– Не знаю, - отрезал Миша и встал.
– Пойду спать. Утро вечера мудренее.

– Давно уже утро, - возразил Вадим, тоже поднимаясь.
– Половина шестого.

– Ну уж нет. Для меня утро, это когда я проснусь. Хоть в два часа дня. Так что, как там это по-чешски?

– Dobrounoc? 6

– Сделаем вид, что доброу.

* * *

25 декабря 1999 года

Утро было хоть и не солнечным, но каким-то... светлым. Этот район, наверно, и так спокойный, был погружен в особую - праздничную, торжественную тишину. Ночью выпал небольшой снег, припорошив зеленую шапку падуба у ограды. Еловые ветки на клумбах тоже поседели. Какое же Рождество без снега!

Вадим сидел в верхней гостиной один. Все еще спали. Окно-фонарь большого эркера выходило в сад, и он видел, как по тонкому крахмальному снежку важно расхаживает огромная серая ворона, похожая на члена политбюро. Где-то, совсем рядом, было спокойствие и умиротворение. А еще - волнение от встречи с мечтой и охотничий азарт. Совсем рядом, только протяни руку, открой дверь, выйди на улицу. Но... Давило ощущение какой-то стыдной неловкости. И, наверное, предчувствие близкой беды. Вот оно, то самое добро, которое без худа - чудо.

– Не спишь?

Вадим вздрогнул и обернулся.

В дверях стоял Генка. Яркий свет из окна падал на его лицо, безжалостно подчеркивая бледность и худобу, поседевшие виски. Казалось, он не спал и не ел несколько суток. И вдруг, как по волшебству, его вчерашнее нагло-насмешливое выражение, прикрытое нарочитым дружелюбием, исчезло, уступив место растерянности, боли и запредельной усталости.

Вадим судорожно сглотнул слюну.

Жалость. Непрошеная и почти запретная. Он не мог позволить себе жалеть Генку. Потому что Генка - предатель. Что бы там ни говорил, как бы просил прощения. Он не мог простить его. Но жалость не уходила, заставляя злиться - на него и на себя.

– Послушай, ты не болен?
– словно против воли спросил Вадим.
– Что-то неважно выглядишь.

Генка усмехнулся, все стало на свои места. Жалость ушла, и Вадим вздохнул с облегчением.

– Нет, не болен. Все просто фанс, - отрезал Генка.
– Был не слишком удачный период. И бизнес, и личное. Но теперь - порядок. Вот только с вами зависло. Ладно, устаканится. Как думаешь?

Вадим неопределенно пожал плечами. Он крупно сомневался, что в их отношениях может хоть что-то «устаканиться». Как бы хуже не стало. Они и так уже еле терпят, а не прошло еще и суток из пятнадцати. Просто ирония - пятнадцать суток! Вот только за какие такие грехи? Или есть за что?..

– Хотелось бы город посмотреть, - дипломатично ушел от ответа Вадим.

– Так цо? Сейчас все встанут, позавтракаем и вперед. Где вы еще найдете такого гида?

Вадим, который заочно знал Прагу, как собственную квартиру, вполне мог обойтись без поводыря, но снова промолчал. Генка хотел что-то добавить, но тут из коридорчика послышались шаги.

Отодвинув Генку в сторону, в гостиную вошла одетая в красный спортивный костюм Лора, тоже бледная, но сильно нарумяненная, совсем как клоун. Глаза с расширенными зрачками блестели, от нее шла волна какой-то мрачной энергии - видимо, только что укололась. Обойдя Генку, она обернулась и посмотрела на него в упор, буркнула что-то, поджала губы и плюхнулась в жалобно скрипнувшее кресло-качалку.