Чтение онлайн

Джейми выходит и исчезает в темноте, а я стою в тишине кухни, слушаю тиканье часов и вспоминаю свои чувства в момент, когда руки Джейми Форта оказались на той части моего тела, которую раньше не трогал ни один парень.

Чувствую, что я его.

пожарище(сущ.): большой разрушительный пожар; пламя

(см. также: терапия с мамой и братом)

— У тебя нет на это права!

— У меня на все есть право. Ты несовершеннолетняя!

Кажется, Кэрон озадачена таким напряженным спором между мной и мамой. Питер так развалился на диване, что практически стал его частью, откинулся на мягкие подушки и уставился в потолок, пытаясь притвориться, будто его нет с нами в этой комнате.

Этот Новый год — отличное начало для Царелли.

Я последовала совету Вики, позвонила в компанию, обслуживающую мой сайт, и сказала, что уже очень долго при попытке оставить комментарий появляются странные страницы с кодом и ничего больше. Когда беседовавшая со мной женщина предложила мне поговорить об этом с мамой, я точно поняла, что случилось.

— Ты их обманула, сказала, что тебе восемнадцать, и взяла кредитную карту Питера, чтобы создать сайт...

— Я не брала — он мне ее дал!

— ...а когда я им рассказала о твоем вранье, мне ответили, что я могу прикрыть эту лавочку. Но все, что я сделала — отключила возможность комментировать. Поэтому считай, что тебе повезло, что сайт вообще работает.

Я сейчас, должно быть, выгляжу как сам дьявол. Уверена, что у меня свекольно—красные глаза, а слезы и сопли так и текут. Кэрон внимательно за мной наблюдает, возможно, пытаясь решить — стоит ли меня сейчас спрашивать о борьбе с моими жестокими порывами.

Да, Кэрон, я с ними борюсь. Борюсь с желанием одним прыжком вскочить на твой очаровательный стеклянный журнальный столик и придушить свою мать на твоем уютном диванчике.

Все, что я могу сделать — оставаться на своем месте.

Я громко хлюпаю носом, а Питер берет с дальнего конца столика, стоящего между нами, коробку с бумажными платками и кидает ее мне, не говоря ни слова.

Я ловлю ее и вытаскиваю платок, чтобы вытереть лицо.

— Кэтлин, какой смысл в мемориальном сайте, если люди не могут оставлять там комментарии? — рычу я.

— Роуз, мама тебе говорила, что не будет участвовать в разговоре, если ты будешь называть ее по имени. А если у нас нет разговора, то нам и находиться здесь незачем, — говорит Кэрон.

— Мне же лучше, — ворчу я.

— А тебе, Кэтлин? — спрашивает Кэрон.

— Нет. Нам нужно поговорить о нескольких вещах.

Говоря это, мама не смотрит ни на меня, ни на Питера, а Кэрон кивает. Очевидно, у этой сессии уже есть определенная повестка дня.

— Роуз, хотела бы ты сказать что-нибудь еще о сайте?

Да. Например, почему у меня нет никакой личной жизни? Почему она отслеживает все, что я делаю? И почему она так безумно относится ко всему, что дает мне ощущение связи с моим отцом? Точнее, давало — когда люди еще могли комментировать.

Выбрасываю платок в мусорную корзину с такой силой, на которую только способен человек, выбрасывающий мокрый платок.

— Давайте вернемся к проблеме с сайтом в конце сессии, — Кэрон снова кивает маме.

Мама разглаживает складку на юбке.

— Питер, нам нужно поговорить о твоем возвращении в школу осенью. Декан сказал, что если ты пройдешь амбулаторную программу реабилитации, найдешь работу на неполный день и сдашь экзамены, тебя примут обратно.

—Я не вернусь,— объявляет Питер потолку.

—Что, прости?— говорит мама так, словно она не могла расслышать то, что она услышала.

— Ты не спросила, — говорит он. — Просто вид сделала.

— Ты прав. Я сделала вид. И знаешь, почему? Потому что тебе повезло, что ты на хорошем счету в этой школе.

Питер достает из кармана ключи и крутит в руках брелок в виде открывашки для бутылок.

— Я ничего не учу.

Потому что ты не ходишь на занятия, думаю я.

— Питер, я думаю, твоя мама говорит, что учеба в Тафтс — это невероятная возможность, и тебе повезло — у тебя есть второй шанс.

Мама слишком быстро качает головой.

— Это часть того, что я говорю.

Сейчас она бросится в бой — наверно, несколько дней к этому готовилась.

— Семья вложила деньги в твое образование. Если не собираешься его продолжать, верни деньги.

Питер начинает подбрасывать ключи в воздух и ловить их.

— Тебя только деньги волнуют, — говорит он, ударяя в мамину ахиллесову пяту.

Если он и попал в точку, то мама этого не показывает.

— О, конечно, меня волнуют деньги, — говорит она. — Деньги, которые я тебе давала на жизнь, когда ты по идее учился, потрачены на наркотики и алкоголь. Это непочтительное и саморазрушительное поведение, которое не нужно ни мне, ни твоей сестре. Поэтому ты или следуешь плану, или уходишь из моего дома.

Питер ловит ключи, и его рука застывает в воздухе — он пытается определить, серьезны ли ее намерения. Он переводит взгляд с мамы на меня. Я смотрю на нее.

— Не вмешивай меня в это, — говорю я. — Он на меня никоим образом не влияет.

— Ой, неужели? Ничто из этого на тебя не влияет? А почему тогда я получила сообщение от директора Чен, в котором она предлагает нам встретиться на следующей неделе, потому что она «обеспокоена»?

Мой мозг сразу же начинает гудеть от перегрузки.

Вечеринка плавательных гигантов?

То, что Конрад сделал с машиной Мэтта?

Мэтт вышиб мозги Конраду? Насколько я знаю, Мэтт пока что ничего не сделал с Конрадом.

Не знаю, что это за встреча, но знаю одно: уверена, что не собираюсь идти в кабинет директора со своей мамой. Там и одной находиться не слишком–то хорошо.

Она делает глоток мятного чая, который нам приготовили, пока мы ждали в приемной. Выражение ее лица дает понять, что она готовила для меня западню с этой информацией.

— Несправедливо, — заявляю я.

— Что несправедливо? — спрашивает она, притворяясь, что не сделала ничего такого.

Такое ощущение, что я ссорюсь с Трейси, а не с мамой.

— Ты знаешь.

— Роуз, — спрашивает Кэрон, — ты в первый раз слышишь об этой встрече?

Я киваю. Кэрон смотрит на мою маму, которая внезапно решает долить в свой чай горячей воды из супер—высокотехнологичного кулера Кэрон, стоящего на другом конце комнаты.

— Кэтлин, ты собиралась перед приходом сюда поговорить с Роуз об этой встрече?