Чтение онлайн

– Вам сейчас трудно будет все это понять, но я постараюсь пояснить. Ситуация такова: мы с вами попали в параллельное измерение. Эта электричка иногда останавливается на станциях и забирает пассажиров. Причем забирает пассажиров из нашего «того» измерения в «это» вот, параллельное. Это всегда только один пассажир. И назад выйти из нее в наш мир невозможно.

– Как это? – недоверчиво спросил я.

– Посмотрите в окно. Что вы видите? – произнес он.

– Там темно, – ответил я.

– Вот именно, – подтвердил мой собеседник. – В этом мире всегда ночь. А электричка мчит среди бескрайней зимней тайги. С обеих сторон – деревья. Бесконечный хвойный океан. И мороз. Я уже больше месяца еду. Хотя, понятие времени тут очень условно. И за окном ничего не меняется. Только изредка бывают станции. Заброшенные, безлюдные, среди бескрайней тайги. И после того, как электричка делает на них остановку, в ней появляется новый пассажир. На последней станции в неё вошли вы.

– А почему же вы не вышли из электрички в этот момент? – спросил я.

– Тот, кто из неё выходит, остается на заброшенной станции среди морозной тайги вот этого странного мира. И погибает либо от холода, либо… – тут мой собеседник замолчал.

– Что… либо? – прошептал я.

– Вы видели Кондуктора? – спросил он. – Так вот, представьте себе, какие монстры водятся в этой тайге. Эта электричка – как обратный клапан: она впускает в свой мир людей из нашего мира, а вот как попасть обратно – я не знаю.

Все это походило на какой-то бред или злой розыгрыш. Я сегодня вечером сел в электричку, чтобы доехать домой, а попал непонятно куда. Связь не работает. Выйти не могу. Но должен же быть какой-то выход!

– Послушайте, а если пройти вперед по движению состава, то можно ведь дойти до электровоза, а там машинисты, – стал рассуждать я.

– Это тщетно, – прервал меня мой спутник. – Во-первых, я даже представить боюсь, как выглядят тут машинисты, а во-вторых, электричка бесконечна, вернее сказать – безначальна.

– Как такое может быть? – недоумевал я.

– Не забывайте, друг мой, мы с вами находимся в другом мире, тут не работают законы нашего мира. Я больше месяца перемещаюсь вперед по вагонам. Кондуктор подгоняет. В общем, нет у нее начала, а заканчивается она сразу за Кондуктором. Когда он проходит очередной вагон, то тот сразу же пропадает. Как будто в воздухе растворяется.

– А кто этот Кондуктор? – спросил я.

– Один из аборигенов этого мира, – пояснил он. – Этот мир населен мутантами, каждый из которых заточен под определенную задачу. Кроме Кондуктора тут есть дорожные рабочие, кассиры на станционных кассах и даже стражи порядка. Все они крайне агрессивны, и мы для них просто пища. Я видел, как Кондуктор съел Германа. Он схватил его свой ручищей, как пирожок, сначала откусил голову, а затем сожрал всего Германа без остатка. До сих пор, как вспомню – так ноги подкашиваются.

– Какого Германа? – выдохнул я.

– Герман стал пассажиром через несколько суток после меня, – начал рассказывать дядя Жора. – Сутки я отмеряю наручными часами, солнышка ведь тут нет. А потом у Германа возникла теория, что покинуть электричку можно, если оказаться за Кондуктором. И Герман решил спрятаться под сидением в надежде, что Кондуктор слепой и не найдет его. Но кондуктор его нащупал.

– Я пытался отговорить Германа, – сокрушался дядя Жора, – но он не слушал меня. А я стоял в тамбуре и наблюдал. И когда Кондуктор его схватил… Потом этот хруст черепа… В общем, жуткое зрелище. После увиденного я, наверное, вагонов двадцать пробежал, все не мог успокоиться. До сих пор мурашки по коже.

Дядя Жора замолчал, и я тоже не знал, что сказать; я пытался выстроить какую-нибудь вменяемою картину того, что со мной происходит. Но это было непросто. Мой мозг не вмещал безначальную электричку, не мог понять, как я проник в другой мир и что же делать со всем этим.

– Ты не голодный? – как-то по-отцовски спросил дядя Жора.

Его вопрос выдернул меня из хаоса моих размышлений, и я почувствовал, что зверски хочу есть.

– Да, есть немного, – смутился я.

Дядя Жора выдвинул из-под скамейки спортивную сумку и стал извлекать из нее свертки.

– Вот курица в фольге, хлеб, помидорки, огурец, полторашка газировки, – перечислял он.

– А откуда у вас еда? – удивился я. – Ведь вы тут уже давно…

– Это еще одна странность этой электрички, – разворачивая курицу, стал пояснять он. – Дело в том, что, продвигаясь по вагонам, мы обнаруживаем в некоторых из них разные сумки с едой и водой. Они выглядят так, как будто пассажир вышел на своей станции и забыл свою кладь. А откуда реально берутся эти сумки – мы не знаем. Такое ощущение, что кто-то не желает, чтобы мы тут умерли с голоду.

– А что, кроме нас тут еще есть пассажиры? – жуя курицу, спросил я.

– Да, Леха и Сергей. Но они ушли далеко вперед. Леха как-то нашел записку, в которой говорилось, что в электричке есть портал, через который можно вернуться в наш мир. Неизвестный пассажир пояснял в ней, что этот портал постоянно движется вперед по вагонам, он как-то синхронизирован с Кондуктором и находится всегда впереди него на тысячу вагонов… Вот они и пошли его искать. Им кажется, что они найдут выход, – нарезая помидорки и хлеб, рассказывал дядя Жора. – Но я думаю, что нет никакого портала, поэтому я не спешу.

В небе за окнами висела огромная луна, освещая бледно-пепельным светом бескрайнюю тайгу. Колеса, словно копыта какого-то мифического коня, ритмично стучали по железной дороге. Два человека в полумраке ели курицу в пустом вагоне странной электрички без начала, которая неслась неизвестно куда по просторам непонятного мира.

«Более мистическую картину и представить сложно», – подумал я, похрустывая огурцом.

– Нам пора выдвигаться, – произнес дядя Жора, глянув на часы. – Кондуктор скоро будет здесь.

– Да, кстати, вы так и не представились, молодой человек. Как вас зовут? – продолжил он.

– Валера. И можно на ты, – ответил я.

– Очень приятно, – прокряхтел он, вставая. – Давай-ка, Валера, сматывать отсюда, пока Кондуктор не пришел.

Дядя Жора взял свою сумку, и мы пошли по пустым вагонам подальше от Кондуктора.

– Считай пройденные вагоны. И я буду считать, потом сравним, – обратился он ко мне.

И я стал загибать пальцы, проходя очередной вагон.