Чтение онлайн

Как ни странно, но мне стало легче, даже настроение поднялось. Хотя может, это Настя внутри меня радовалась, это она мечтала о встрече с мамой. Хоть так странно, но они станут ближе.

Спустившись на второй этаж, я не стала вести тётку на первый, а поймала первого попавшегося слугу и подвела к ней для распоряжений. Елизавета Алексеевна тяжело вздохнула и начала действовать. Видно, она до конца не понимала, зачем мне это, считая блажью капризной девчонки.

Я стояла в коридоре и следила за процессом. Из школы вернулась Ольга. Увидя, что выносят мои вещи, улыбнулась, но тут же напустила серьёзное лицо, вроде я не заметила мимолётной радости.

— Добрый вечер, Настя! Что происходит, ты куда-то уезжаешь?

— Нет, просто комнату меняю.

— И на какую? — непонимание. Ну да, свободных комнат на этаже не было, две гостевые занимали мы с тётушкой.

— На мамину, — я вложила в эту фразу всё, что чувствовала. Ольга изменилась в лице, у неё даже щека дёрнулась.

— А папенька знает о твоём решении?

— Не стоит отвлекать его от дел, — это было сказано для сестры. — Вернётся и сообщу.

Скептически ухмыльнувшись, Ольга прошла в свою комнату.

К ужину вернулись все, кроме отца. В столовой повисло тяжёлое молчание, даже балагуристый Сергей молчал. Своим поступком я разворотила не очень приятные воспоминания и обстоятельства. Сегодня все вспомнили о маме и сестре. Сомневаюсь, что они навещают Полину, да скорей всего даже не спрашивают, как она там.

— Я познакомилась с нашей сестрой, — решила их добить, пусть корчатся от неприязни к себе. — Вам следует её навещать, это поможет ей поправиться, — я специально сделала акцент не на разовое посещение.

Все промолчали. Скорей всего также промолчали, когда им предложили не навещать Настю. Забыли о бедной сестре и продолжили радоваться жизни. Эгоисты! Даже Сергей не смотрел на меня. Принудить их я не могу, но сделаю так, чтоб дом знал, — здесь есть ещё одна барыня!

Не знаю, правильно я поступаю или нет, ведь этим Полине не помочь, но может научу немного думать о ближних.

Я сглотнула комок в горле… Ведь это всё обо мне. Я никчёмная дочь, раз в год навещавшая родителей, видеозвонки для меня были хорошим подспорьем не утруждаться личными визитами. И брата я видела тоже только у родителей…

Впервые за последние дни у меня не было аппетита. Не стала мучить всех своим присутствием и ушла к себе, в новые апартаменты.

Перед сном зашла к Полине, поцеловала её в лоб. Странное дело, но я себя чувствовала вот таким же брошенным на произвол судьбы ребёнком. Вроде есть где жить, мягко спать, вкусно есть, но я искалеченная донельзя и завишу от окружающих.

Я понимала, что каким-то образом во мне страдает Настя, но ничего поделать не могла.

— Ничего, девочка, прорвёмся… — сказала я сама себе и забралась под одеяло.

Уже засыпая, я слышала, как тихо открылась дверь, тихие шаги остановились при входе в спальню. Я узнала по ним Павла Алексеевича. Хорошо, что он вернулся поздно, пусть всё осмыслит и завтра поговорим.

Глава 9

Я проснулась от звука сдвигаемых портьер. Дёрнулась. Подумала, что опять Ольга пожаловала.

— Доброе утро, барыня! — меня поприветствовала Нина. Лицо серьёзное, но глаза улыбались. Ну да, я в её тюрьму привнесла жизнь. — Простите, но Павел Алексеевич велел вас разбудить.

Так сладко спалось, что я даже не просыпалась ночью.

— Голубое платье подай, — распорядилась я и потянулась.

Служанка помогла мне одеться, я не стала капризничать и позволила помочь, она явно истосковалась по общению.

— Барыня, у вас такие красивые волосы, как белое золото. Видела такие украшения у вашей маменьки, никак с серебром не спутаешь.

Я удивилась такому сравнению, а ещё больше, разговорчивости Нины.

— Ты давно в этом доме?

— Да. Я прислуживала Марии Фёдоровне, — столько боли было в голосе. Услышала, как девушка заплакала. — Простите, Анастасия Павловна, я не должна…

— Всё хорошо. Я хоть не помню мамы, но понимаю твою боль.

— Я осталась здесь, потому что не могла бросить Полину.

— Спасибо, Нина.

Когда девушка заканчивала с моей причёской, в комнату зашёл Павел Алексеевич: бледный, можно сказать, помятый, видно, ночь была бессонная.

Он посмотрел на меня, потом по сторонам. Служанку как ветром сдуло, дверь тихо затворилась.

Я встала и с твёрдым взглядом посмотрела на отца.

— Доброе утро, дочка! — я поздоровалась в ответ. — Через час нас ждут на занятиях. Сегодня я тебя сопровожу, а в последующие дни, тебя будет подвозить Сергей, — Павел Алексеевич не стал обострять ситуацию, видно перегорел за ночь.

— А это не помешает его практике?

— Нет. Пройдём позавтракаем, тебе нужны силы для учёбы.

Всё семейство в сборе, и такое же молчаливое. Поели и разошлись. Я собой гордилась, настроило против себя всех, даже Ярослав попал под их влияние и настороженно косился на меня.

Съёмный дом находился буквально в пяти минутах езды, мы бы и пешком спокойно дошли. По сравнению с соседними этот дом казался миниатюрным: два этажа, кованый забор с витиеватым рисунком и море цветов. Я бы лучше в таком поселилась, чем в том огромном, где обитало семейство. Ну да статус надо подчёркивать, и плевать, что на содержание уходит уйма денег.

У дверей нас встретила улыбчивая девушка и сопроводила в дом. Непонятно кто — служанка или помощница, одета была вполне прилично.

В гостиной нас ждала Екатерина. Павел Алексеевич разговаривал с ней очень учтиво, хоть она и недворянских кровей. И никого не смущало, что незамужняя женщина поселилась одна. Была бы она замужем, то вряд ли разъезжала с Рокотовым. Ладно, не моё дело, так даже лучше, что здесь не все погрязли в излишнем этикете и архаичных порядках.

Отец ушёл, а меня пригласили в другую комнату. Большой кабинет, с двумя столами. Один из них немного выбивался по стилю, это наталкивало на мысль, что его сюда принесли из другой комнаты. Оборудовали класс на скорую руку.

Я села за указанный стол, Екатерина Савельевна встала рядом со своим и взяла из стопки верхнюю книгу.

— Начнём с самого бесполезного предмета — История магии, — она улыбнулась.

— Почему бесполезный, а вдруг там кроется секрет, и кто-то уже изобрёл волшебную, магическую формулу, как в физике, допустим? — решила прощупать почву.