Чтение онлайн

— Я… я так чертовски близко, — выдыхает она.

Я чувствую, как дрожит ее тело, но, несмотря на то, что она так близка, ей нужно нечто большее, и, не раздумывая, я обхватываю ее и берусь за ручку двери, прежде чем толкнуть ее и открыть. Дверь открывается с грохотом, ударяясь о гипсокартон. Я затаскиваю нас внутрь, закрываю за собой дверь и, как только она оказывается возле моего стола, нагибаю ее над ним, не обращая внимания на бумаги, разбросанные по небольшому кабинету.

Взяв ее за бедра, я трахаю ее жестко и быстро, стиснув зубы, пока, наконец, она не вскрикивает, а ее маленькая сладкая киска разбивается вдребезги, как стекло, когда она достигает своей кульминации. Она жестко кончает, вскрикивая от отчаяния, когда ее рука находит мою на своем бедре и сильно сжимает.

Я кончаю вместе с ней, выстреливая горячими струями спермы глубоко в нее, а ее тело превращается в судорожное месиво.

— Черт возьми, — стонет она, ее стенки сотрясаются в конвульсиях, пока кайф продолжает подниматься.

Я не прекращаю толкаться, пока она не спускается со своего кайфа, ее тело тяжело опускается на мой стол, и я упираюсь руками по обе стороны от нее, нуждаясь во мговении, чтобы отдышаться.

— Блядь, Птичка, — выдыхаю я, наклоняясь к ней и целуя ее в плечо, прежде чем, наконец, отодвинуться и выйти из тепла ее сладкой киски.

Прекрасно понимая, насколько это было безрассудно, я поспешно привожу себя в порядок, засовываю член обратно в штаны и застегиваю ремень, прежде чем сосредоточить свое внимание на Аспен. Она скрестила руки под лицом, опираясь ими о жесткий стол, и просто наблюдает за мной. Я захожу за нее, беру юбку ее платья и опускаю ее вниз, прикрывая ее идеальную попку.

— Я чувствую, как ты вытекаешь из меня, — бормочет она, все еще охваченная блаженством после оргазма.

Я выдерживаю паузу, ее слова заставляют мой член вернуться к жизни, и я делаю все, что в моих силах, чтобы обрести хоть немного контроля. Но, блядь, теперь, когда я знаю, что моя сперма течет между ее прелестных бедер, почти невозможно думать ни о чем другом.

— Нам не следовало этого делать, — говорю я, оглядывая офис в поисках чего-нибудь, что могло бы помочь ей привести себя в порядок. — Кто угодно мог войти. Мои сотрудники. Твой брат.

— Я знаю. Разве это не захватывающе? — говорит она. — Мы должны сделать это снова.

— Как бы мне ни нравилось быть похороненным внутри тебя, мы больше не будем так рисковать. Бекс скоро начнет искать тебя.

Аспен выпрямляется, и когда она смотрит на меня, в ее прекрасных зеленых глазах светится глубокое разочарование, и, черт возьми, это убивает меня. С тех пор как мы начали это делать, я ни разу не сказал ей "нет". Ну, кроме тех случаев, когда она просила меня о большем.

— Хорошо. Поняла, — говорит она. — Какой же, блядь, дурой я была? Ты просто хотел быстро потрахаться, а я была просто отчаянной шлюхой, которую ты знал, что можешь получить. Спасибо большое.

Мои брови хмурятся, но, прежде чем я успеваю задать ей хотя бы один вопрос, она выходит за дверь, с тяжелым стуком захлопывая ее за собой.

Блядь. Что, черт возьми, только что произошло?

Нуждаясь в ответах, я выхожу вслед за ней из офиса, но, возвращаясь по тому же лабиринту коридоров обратно в клуб, не нахожу никаких признаков ее присутствия.

— Привет, — говорит Остин, подходя ко мне и глядя на переполненный танцпол. — Ты не видел Аспен? Я не могу ее найти.

Паника захлестывает мою грудь, и я качаю головой, надеясь, что, черт возьми, он не в состоянии хорошо меня разглядеть прямо сейчас.

— Я э-э-э… по-моему, она сказала что-то о том, что хочет пописать, — говорю я ему, наблюдая, как он физически расслабляется.

Он наклоняется и что-то шепчет Бекс, его рука опасно низко опускается на ее спину. В ее руке телефон, экран загорается, и когда она опускает взгляд и просматривает сообщение, ее тело напрягается. Затем в одно мгновение ее взгляд встречается с моим, и холод в них посылает волну беспокойства, пронизывающую меня насквозь.

Она знает.

Не сказав Остину ни слова, она обходит его и уходит, задевая плечом мою руку.

23

АСПЕН

Похмелье — отстой, но похмелье, включающее случайный секс в коридоре для персонала, отстой еще больше. Не поймите меня неправильно, это было очень весело — пока не прекратилось. Когда Айзек ворвался на танцпол и повел меня вниз, в помещения для персонала, я, честно говоря, подумала, что сейчас услышу лекцию всей своей жизни, но, когда он схватил меня и толкнул к двери, я точно знала, что ему нужно, потому что это было все, в чем и я нуждалась.

Он нарушил все правила. Никакого секса вне “Vixen”.

Я имею в виду, конечно, он знал, что я была готова нарушить их, но он? Я этого не ожидала, и только когда мы оказались в его офисе, до меня по-настоящему дошло, что происходит. Айзек Бэнкс нарушил гребаные правила.

Он все усложнил.

Но это ничто по сравнению с осознанием того, что это ничего не значило для него, по крайней мере, не значило того, что это значило для меня. Я подумала, что, возможно, это был огромный шаг в правильном направлении. Он сказал то, чего никогда раньше не говорил, признался, что я могла поставить его на колени, и в тот момент, когда он кончил и холодность вернулась в его взгляд, я поняла, какой гребаной дурой была, поверив ему.

Для него это был всего лишь отчаянный секс, и он был готов сказать все, что угодно, чтобы получить его. Шутка ли это.

Он сыграл на моих чувствах, и это чертовски паршиво. Черт, думаю, я бы даже предпочла, чтобы он привел туда какую-нибудь другую женщину и избавил меня от всей этой душевной боли.

За последние несколько недель я почувствовала перемену между нами, но с тех пор, как мы начали этот педагогический эксперимент чуть больше недели назад, я видела его чаще, чем когда-либо. Я была с ним четыре раза на этой неделе, и каждый сеанс становился все более интенсивным по мере того, как мы узнавали пределы возможностей тел друг друга. Но прошлой ночью все было по-другому.

С каждым разом, когда мы были вместе, становилось только лучше, и я по глупости убеждала себя, что все движется в правильном направлении, что, если мы просто продолжим в том же духе, он в конце концов влюбится в меня, но Бекс была права. Он никогда не захочет меня. Но я все равно должна была догадаться. Когда все только началось, Айзек прямо предупредил меня, что никогда не будет чувствовать ко мне того, что я всегда чувствовала к нему.

Может быть, Бекс была права. Может быть, мне нужно уйти, пока он по-настоящему не сломал меня и я не оказалась в точке невозврата.

Что, черт возьми, я должна делать?

Я слоняюсь по своей маленькой квартире, моя голова раскалывается, пока я ищу аспирин и стакан воды. Черт, мне бы не помешал массаж и спа-день, но что-то подсказывает мне, что сегодня это не в моих силах. Вместо этого я довольствуюсь UberEats и днем мучений.

Найдя аспирин, я заваливаюсь на диван, и когда тянусь за пледом, где-то в спальне звонит мой телефон. Застонав, я встаю, иду в свою комнату и нахожу свой телефон на прикроватном столике, все еще подключенный к зарядному кабелю.