Чтение онлайн

Николай наверняка заинтересовался бы. Но я — не Николай, мне главное, чтобы дело было сделано. Попозже, конечно, расспрошу Еву об этом парне подробнее — мало ли что. А сейчас стоит признать, что, кем бы ни был, свои шесть пятьсот он отработал на ура.

Надо будет, кстати, проконсультироваться у Мстиславы — накладные расходы нам оплачивают? А то зарплату в магазине я получил, конечно, но такими темпами — хрен знает, на сколько её хватит. Теоретически — почему бы не оплачивать? Я же сейчас не для себя стараюсь. Хотя, с другой стороны — смотря как посмотреть

Думая эту мысль, я прихлебывал кофе и листал файл. Уже неторопливо, вглядываясь в каждую фотографию и удаляя из таблицы пустышек. О том, что смогу их распознать по фоткам, говорил уверенно, но на самом деле твёрдой уверенности не было.

Вдруг то, что работало с живыми фотками в соцсетях, будучи собранным и подшитым в файл, не сработает? Когда открывал, сердце екало. Но, открыв, выдохнул. Всё нормально, восприятие не изменилось. Пустышек я вижу сразу, независимо от того, снимали их на последний айфон, или скопировали с пожелтевшего личного дела доисторическую черно-белую фотку.

Немного выбивало то, что люди, которые, согласно дате рождения, должно были быть глубокими стариками, на фотках выглядели лет на шестьдесят. Но это было объяснимо. Старики, за редким исключением, сами себя не фотографируют и в сеть не выкладывают Ладно, фиг с ним. Для моей цели возраст не важен.

Я ковырялся с файлом, выбрасывая из него пустышек, часа два, аж жрать захотелось. В процессе представил, как должны отреагировать разработчики эксель на предложение добавить в фильтры галочку «пустышки». Чтобы не сидеть, как я, два часа, а за пару секунду найти и удалить всех разом.

«Уважаемый Тимур, благодарим вас за свежую, креативную идею! Непременно включим её в ближайший план разработок. Обратная связь очень важна для нас, спасибо за то, что используете наш продукт».

Правда, что ли, написать? Реально интересно стало, что ответят… Уфф.

Я удалил последнюю строку с пустышкой и посмотрел на строки, которые остались.

Тридцать две. Всего-то! Из почти двух сотен. Ай да Тимур, ай да сукин сын! Вот что я называю оптимизацией поиска.

Я принялся листать файл, вглядываясь в фотографии уже осмысленно. Стараясь вспомнить, как выглядели люди, которых видел в подземелье.

Девчонку опознал сразу, фотография была свежей. Перетащил информацию на новый лист. Парня, своего ровесника, тоже узнал без труда. Молодых, впрочем, и было мало — два парня, две девушки. Женщин пятьдесят плюс — уже больше. А больше всего — мужчин от шестидесяти и старше. Ну да. Самый возраст получается. Как у большинства клиентов отеля.

В фотки я вглядывался долго, особенно в стариков. Но в итоге решил, что не ошибся. Пятеро людей, от которых теперь остались только плененные Маэстро души, смотрели на меня с фотографий.

Девчонка хохотала. Парень обернулся, вопросительно глядя через плечо. В улыбке женщины было заметно напряжение — она старательно позировала на фоне морского берега. Шестидесятилетнего дядьку сфотографировали с огромной рыбиной в руках. Старик на черно-белой фотке «на паспорт» казался его ровесником. Хотя на самом деле — старше на двадцать лет.

Адреса в табличке тоже присутствовали, не подвёл Николай. Я оделся, взял ноут и потопал вниз, в кафетерий.

Застал там одну Мстиславу.

— Денис не приходил ещё?

— Приходил, а как же. Позавтракал да работать пошёл, у него в десять первый сеанс.

Н-да. Вот это я понимаю — многовековая закалка. Невольно уважением проникнешься.

— А он вам ничего не рассказывал?

— О чём? — Мстислава грустно посмотрела на меня. — Что души, с которой ты работал, в отеле больше нет? Так об этом мне рассказывать не надо. Это я и так знаю.

— Откуда? — ляпнул я.

— До моих лет доживёшь — тоже будешь знать. Если доживёшь, конечно. Очень уж рьяно на тот свет торопишься.

— Да с чего вы взяли…

— С того! Рассказывай, что на этот раз учудил?

Я рассказал. Куда деваться-то.

Мстислава только головой покачала.

— Я-то думала — повидала на своём веку отчаянные головы. Каких только храбрецов и авантюристов не встречала, думала, всё уже видела. Ан, нет! До тебя, затейника, им — как до звезды далёкой. Это ж ухитриться надо было — на разведку душу заслать, а шпионом пожирателя приставить!

Я вздохнул.

— Да чего вы так всполошились-то все? Я виноват, что ли, что по-другому не получается? Инструкции, как победить Маэстро, у меня под рукой почему-то нет. У вас, насколько понимаю, тоже. Вот и выкручиваюсь, как могу. Использую, так сказать, подручные средства.

— Да я тебя не виню. — Мстислава показала головой на кресло. — Садись, чего стоишь? В ногах правды нету. Понятное дело, что указаний нам никто не оставил. А всё ж таки поосторожнее надо… Это зачем тебе? — Мстислава бросила неприязненный взгляд на ноутбук.

— Это я вам сейчас о результатах проделанной работы докладывать буду. — Я сел за стол и открыл ноут. — Вот, смотрите. Здесь фотографии людей, души которых Маэстро держит в плену. Вот здесь — адреса, по которым они проживали. Помните, мы предположили, что у кого-то из этих людей может храниться дома информация о древних ритуалах? Это стало известно Маэстро, и он использует информацию в своих целях?

— Помню. Из ума пока не выжила.

— Ну, вот. Если расспросить родственников этих людей — возможно, получится узнать, где хранится информация. Или вы думаете, что все свои знания Маэстро получил от Вадима?

Мстислава покачала головой.

— Вадик — опытен, но не сказать, чтобы знаниями богат. Мы с Ваном побогаче будем. Хотя, конечно, он может и придуриваться. Притворяться, что не знает. Одним словом — по адресам походить надо. Согласна.

— И кто этим займётся?

Будь ты видящий, солдат-срочник, аквариумист, да хоть ананас с планеты абрикосов, один закон всегда действует безотказно: инициатива имеет инициатора.

— Подожди, — сказал я Изольде. — Я сейчас.

И направился к минимаркету в торце дома.

— Просто не надо было пить ночью, — изрекла моя наставница.

— Блеск. Ты только что изменила мою жизнь. Теперь мне открыты все тайны вселенной, мне ведомы думы господни в холодных небесах и мысли червей в земных недрах. Один вопрос: где твоя мудрость была этой ночью?