Чтение онлайн

Ламберте провел рукой по волосам Милисы. Та уже засыпала, а вот Бернард не мог уснуть. Дождавшись, когда дыхание девушки выровняется, он потянулся к телефону.

Долгие гудки, но вот, наконец, голос Марка, или Маркуса. Не важно.

– В дневнике Вердамта есть перерыв? – тут же спросил Ламберте.

– Подожди, сейчас посмотрю, – судя по интонации, это все же был Маркус. – Да, между датой 5 сентября 1892 года и 7 сентября 1893 года, чуть больше года разрыв. Страницы в дневнике пустые, хотя возможно, что будут читаться в зеркальном мире. Если это так, я тебе их пришлю.

Быстрые гудки, и Бернард отложил телефон. Маркуса Вердамта в последней записи уже почти не было. Это писал Сукрам.

Туман медленно окутывал Сангуис. Липкий, ядовитый, наполненный шепотом и стонами. Он медленно прокатился по городку и растаял едва дойдя до окраины. На всех домах, вспыхнул один и тот же символ, три руны, соединенные в одну. Отражение, кровь, смерть.

У Марка не было сил на то, чтобы подняться с кровати. Температура наверняка подскочила до 40, но вызвать скорую он не мог. Даллас мог только тихо хрипеть. Жутко хотелось пить, но до кухни не добраться, что говорить, он не мог руку поднять. Кости ломило от жара, но скинуть одеяло не получалось. Слезы высыхали на щеках, неприятно стягивая кожу, а дышать становилось все тяжелее.

– Марк, – голос Маркуса был так приятен, что Даллас вновь расплакался. – О, Господи. Я сейчас.

Через минуту ледяной компресс лег на лоб, и Маркус, чуть приподняв подростка, стал поить его водой.

– Не торопись, – тихо произнес отражение, – я не отбираю. Сейчас найду лекарства, надо сбить температуру.

Марк еле заметно кивнул, и Маркус, хмыкнув, обтер влажным полотенцем лицо подростка, смывая следы слез.

Отражение вновь ушел, но вскоре вернулся с подносом, на котором стояли различные мисочки.

– Вначале травы, потом я оботру тебя спиртом, смешанным с уксусом. Надо только кондиционер включить посильнее, иначе у тебя сердце может остановится от жара.

Даллас покорно выпил горьковатое лекарство, затем, наконец получив свободу от душного одеяла, глубоко вдохнул. Резкий запах был неприятен, но, когда с кожи испарялась адская смесь, становилось намного лучше.

– Градусник уже показывает 38 и 9, – улыбнулся Маркус, – много лучше.

– Спасибо, – прошептал Марк.

– Не разговаривай, во-первых, ты слишком слаб, во-вторых, это ещё не все. Полностью сбивать температуру бессмысленно, но сейчас должно стать полегче.

Марк прикрыл глаза и погрузился в дрему. Он не знал, сколько пролежал так, находясь на грани реальности и сна, но очнулся от холода. Не внешнего, а внутреннего. Его колотил озноб.

Рядом послышался вздох, и Маркус улегся рядом с подростком, притягивая его к себе и накрывая одеялом.

– Спи, только так тебе станет легче.

Марк медленно погрузился в сон. Он уже не слышал, как заходил Томас, и как Маркус покинул его спальню.

Томас закручивал болты на колесах машины, периодически морщась от боли. Маркус явно перестарался ночью, но Даллас и не думал возражать, хотя ему казалось это немного необычным. Что с ним было раньше, и что теперь?

Закончив с болтами, Томас отложил инструмент. Все, неаккуратная хозяйка может забирать свою машину.

Мимо пробежал один из механиков, Даллас все никак не мог запомнить его имени. То ли Билли, то ли Вилли. Что-то по-детски дурацкое и совершенно неподходящее для тощего, нескладного мужчины под сорок.

Даллас вышел из цеха и закурил. Осталось всего два часа, и можно идти домой. Маркус, скорее всего, опять что-то готовил, так что голод не страшен.

Бернард прикрыл дверь дома и, вздохнув, направился на остановку автобуса. Родители отправляют его к тете, в другой город, почему-то им не спокойно.

Ламберте покосился на свой дом и, поправив лямки рюкзака, поспешил к остановке. На холодном ветру долго не простоишь. Особенно сейчас, в канун Рождества.

Следующий рассказ вновь кинет нас в Лондон, но на этот раз современный. Тут осталась глава и эпилог.

========== Глава двадцать первая ==========

Маркус почувствовал, как Томас улегся рядом с ним и Марком. Чуть повозившись, рыжий уснул.

Отражение аккуратно повернулся к нему лицом и провел рукой по волосам парня. Он устал, и довольно сильно. Зелье доверия имело побочный эффект, хотя, может всему виной слишком активные сексуальные нагрузки.

Маркус тихонько выбрался из постели и, одевшись, шагнул в зеркало. Несколько минут он искал нужный выход и наконец осторожно ступил на пол в доме Жнеца.

Пройдя в гостиную, отражение расположился в кресле и стал ждать Россе.

Прошло около часа, прежде чем Данталиан все же явился.

– И что же тебя привело ко мне? – Россе чуть усмехнулся. – Неужели возникли проблемы с твоим гениальнейшим планом?

– Не совсем, – мотнул головой Маркус, – я возвращаюсь в Сангуис на два часа. Этого времени должно хватить, чтобы я не перерезал всех в Сакраменто, но мне нужен кто-то, кто не позволит мне провести полное слияние с Марком.

– Что ты имеешь в виду? – нахмурился Жнец. – Как я смогу этому помешать?

– Как ты знаешь, я перемещаюсь по зеркалам. Есть только одно место, куда я не имею доступа.

– Мир тени, – кивнул Данталиан. – Ты хочешь, чтобы я забрал мальчика туда и не выпускал, пока все жители Сангуиса не умрут?

– Нет. Он должен провести там двое суток.

– Ты сошел с ума. Никто, кроме Жнецов, не продержится в мире тени столько времени. Его убьют твари мира.

– Я не хочу повторения истории. Я обыскал всю планету, ища место, мне не доступное, но мои возможности, как отражения, безграничны. Мне ничего не стоит оказаться на самой защищенной базе, где не будет ни одной отражающей поверхности. Мир тени - единственное место, куда я не смогу проникнуть.

– Тьма окутает его, изменит, а твари, что населяют мир, разорвут его на части.

– Нет. Если он будет без сознания, и если ты будешь рядом. Данталиан, мне нужна твоя помощь, без неё я выйду из-под контроля, и все повторится.

– Маркус, ты сумасшедший, – Россе вздохнул и откинулся на спинку кресла. – Иногда я жалею, что был твоим любовником.

– Данталиан, мне было 16 лет, ты перерезал мне горло, а через месяц увидел живым и здоровым. Естественно тебя это заинтересовало, а как подобраться к испуганному подростку, – отражение хмыкнул, – только приласкать. Сейчас у тебя есть партнер, и на место в твоей постели я давно не претендую. Мне нужна только помощь.

– Хорошо, – наконец произнес Жнец, – доставь мне Марка. Я усыплю его и перемещу в мир тени, проведу рядом с ним ровно двое суток, а затем вытащу. За это время ты должен успеть все сделать.

Маркус поднялся и чуть кивнул.

– Я все успею. Марк будет у тебя через полчаса.

Данталиан грустно усмехнулся и налил себе виски.

Бернард уже в пятый раз слушал гудки в трубке домашнего телефона. Мобильники родителей тоже не отвечают, и это пугало. Что происходит в Сангуисе? Почему не отвечают ни родители, ни соседи, которым Ламберте пытался дозвониться. Выехать сейчас не позволит время, все автобусы уже не ходят, а тетя не умеет водить машину. Её муж на дежурстве, в больнице, поэтому ему не выбраться из города и не вернутся домой.