Чтение онлайн

— Ну, што? — промолвил Сигурд. — Што ты видал-то, Атли? Не бойся, говори смело, за правду тебя никто наказывать не станет. Верно, родичи?

Атли глотнул и облизал губы.

— Я… — выговорил он. — Я… это…

— Ну? — поторопил Сигурд. — Мы слушаем. Што ты нам сказать хотел? Гляди-ка, все ждут.

Действительно, в доме была мертвая тишина. Люди пооткрывали рты, словно это помогало лучше слышать. Свидетель опять глотнул — и решительно промолвил:

— Ничего я не видал, хозяин.

— А-а-а… — разочарованно выдохнули две сотни грудей. Поднялся шум, многие вскочили с мест. Послышались сердитые выкрики.

— Тихо! — Сигурд вскинул руку. — Тихо, я сказал! Мы еще не закончили. После орать будете, и не у меня в дому, а на дворе! А ну, замолчали все!

Крики поутихли, люди вернулись на места. Сигурд немного подождал — и молвил:

— Што-то я тебя, братец, не пойму: то ты свидетель, то не видел ничего. Это как же так? Или ты это со страху?

Атли замотал головой:

— Не, хозяин, не со страху. Я и впрямь сам ничо не видал. Я это… говорил кое с кем, ну, и сказал он мне… это самое.

— Ну, и свидетель у тебя, — заметил Сигурд Старому Бьорну. Потом произнес, обращаясь к Атли:

— Так чего же ты сам явился? Привел бы того, кто тебе это все рассказал, мы бы с ним и толковали. Да и сейчас еще не поздно. Где он? Веди сюда.

— Не, хозяин. Не можно.

— То есть, как это — не можно? Это почему еще?

— Дак ведь он того, помер, значит, как же я его приведу? — развел руками свидетель. Послышались смешки.

— Мы здесь не для веселья собрались! — возвысил голос Сигурд. Смешки утихли, и он сказал:

— Так-то лучше. Так што же, говоришь, он помер?

— Истинно, хозяин.

— Ну, и давно? Небось, о прошлом годе? Или того ранее?

— Куды там, о прошлом годе, этой зимой. Погоди-ка, дай, я посчитаю… — Атли принялся загибать пальцы, шепча себе под нос. — Ну, так и есть. Аккурат после праздника Середины Зимы. Недели три будет, значится, как колдун-то его пришиб, — он ткнул пальцем в Брана. Все поглядели на него. Сигурд тоже поглядел. Спросил:

— Так это што ж, выходит, Хилдир?

— Не-е, хозяин! При чем тут Хилдир? Это Кнуд.

Опять поднялся шум. Конунг подошел к Сигурду, и они стали о чем-то совещаться.

— Так что же? — вдруг промолвил Видар. — Может, дадим свидетелю закончить?

Он встал, и люди поутихли. Видар, усмехнувшись, произнес:

— Или, может, это не в ваших интересах? — он смерил взглядом конунга.

— Ты свои намеки придержи, племяш, — хмуро молвил Сигурд. — Неча тут намекать. А што до этого свидетеля… Был бы он свидетель, другое дело. А так — сплетни на хвосте таскает, не боле того. Да еще чьи сплетни, тьфу… По-моему так — гнать его, и весь разговор, нечего его и слушать.

— Нет, погоди, — конунг вышел к очагу, — а вот я хочу его послушать.

— Гляди, родич, — Сигурд покачал головой, — не промахнись. Ты Кнуда знаешь, он даже из могилы ядом своим кого хошь отравит.

— Пускай попробует, — ответил конунг.

Сигурд ничего больше не сказал. Конунг повернулся к свидетелю, и тот втянул голову в плечи, а ресницы быстро заморгали.

— Так что же Кнуд тебе сказал? — спросил конунг. — Говори, не бойся, тебе ничего не будет, обещаю. Говори, я приказываю. Ну?

— Дак, хозяин, чего он сказал, — слабым голосом начал тот. — Знамо дело, чего. Говорил, што будто, это самое, ну… видал он тебя с… с дочкой, и… это… — голос Атли, и без того тихий, сошел на нет. Он съежился под взглядом конунга, будто этот взгляд, касаясь кожи, причинял физическую боль.

— Договаривай, — велел конунг. — Где он нас видел?

— В сарае, сказывал.

— Ну и? Чего мы там делали?

— Ну, это… будто вы… будто ты… ох, боги… да ты сам знаешь, хозяин.

— Нет. Не знаю, — выговорил конунг. Он стоял, не шевелясь, пальцы обхватили пояс. — Я этого не знаю. Да и зачем? Похоже, здесь есть полно народу, что лучше меня знают, где я был и чего делал. Ну, если вы знаете, так имейте смелость сказать. Так что же, по-твоему, я в этом сарае делал, Атли?

— Да я чего ж… это ж не я, это ж Кнуд, штоб ему…

— Значит, Кнуд виноват, да? Ну, а ты?

— Я? А чего — я? Я же ничего…

— Ничего, говоришь? Конечно, ничего. Ты только языком треплешь, да? Сплетни грязные разносишь. Конечно, ты ничего. Ты только звонишь на весь поселок, у своего конунга за спиной, а так ничего. Это все Кнуд, так? Ты-то ни при чем.

Атли повалился на колени.

— Прости, хозяин! — вскрикнул он. — Прости! Лешие попутали! Я не хотел! — он сунулся конунгу в ноги, норовя поцеловать сапоги.

— Свинья повсюду грязь найдет, — угрюмо буркнул Сигурд. Поворотившись к Старому Бьорну, процедил:

— Ну, спасибо, родич. Уважил, век тебе не позабуду.

Старый Бьорн только плюнул и махнул рукой. Атли все ползал у конуга в ногах. Бьорн дернул его за шиворот, заставил подняться и толкнул в плечо.

— Ступай отсель, — приказал старик. — Ступай, не мельтешись, тошно от тебя!

Тот отступил, трясясь и всхлипывая, и вытер рукавом нос.

— Ступай! — прикрикнул Бьорн, и Атли кинулся бежать. Поднялся шум, кто-то засвистел, кто-то что-то издевательски крикнул. Атли добежал до двери и выскочил наружу.

— Да, — выговорил конунг. — Похоже, Кнуд даже из могилы норовит меня достать.

Он скрестил руки на груди. На губах мелькнула горькая усмешка.

— Есть еще свидетели? — негромко молвил он. За общим шумом только Сигурд разобрал его слова.

— Тихо! — крикнул Сигурд. — А ну, тихо!

Подождав, покуда все усядутся, Сигурд спросил:

— Ну, што? Будут еще свидетели, или так обойдемся?

Тишина. Кто-то усмехнулся. Сигурд поднял бровь, улыбка появилась — и пропала на губах.

— И то правильно, — сказал он. — Чего не было, тому и свидетелей быть не может.

— Не будь так уверен, родич, — Видар встал и подбоченился. — Я бы на твоем месте не зарекался.

— Это от чего же? — сдержанно осведомился ярл.

— Да от всего, — Видар повел плечами. — От всего, что было, и чего не было. Потому как много есть всего, о чем ты и понятия не имеешь.

— Не имею, говоришь? — Сигурд покивал. — Да нет, сдается мне, што как раз имею. Да и понятия тут большого не надобно, племяш. Знаю я, чего ты добиваешься, и все то знают.