Призрак Малого Льва
Шрифт:
— Просто и не знаю, как тебя за это благодарить!
Чтобы не накалять обстановку, пришлось выпить. В голове шумело. Ольгерд огляделся. Зал утопал в сиреневом свете. Риция танцевала с Патриком. Ингерда стояла с Гектором и его замами на лестнице, между колонн, Синела смеялась в кругу подруг, королева Сия расхаживала по залу, словно проверяя, кто чем занимается… а Флоренсия бежала через весь зал прямо к ним.
Конс поймал ее на бегу.
— Что? Что случилось, Фло?
— Я не знаю, что случилось, — сказала бледная Флоренсия, по очереди глядя на всех за столом, — просто Адела исчезла.
— Как исчезла?
— Прямо из палаты.
— Погоди, — Конс поправил ей растрепавшиеся волосы, — она ушла?
— Она не могла уйти. Она лежала. Ей было плохо. Да что там! Даже туфли на месте!
— Куда же смотрела охрана? — хмуро поинтересовался Азол Кера.
— Охрана никого не заметила, — обреченно проговорила Флоренсия.
Он только понимающе кивнул.
— Выходит, ее похитил призрак.
— Или Прыгун, — добавил Ольгерд.
Во время недоуменной паузы тетя Флора присела на диван и выпила стакан сока. Руки ее дрожали. Никогда прежде Ольгерд не видел ее такой взволнованной. Он думал, что у нее вообще нет нервов.
— Давно это случилось? — спросил Конс мрачно.
— В половине девятого. Я вышла на десять минут, а когда вернулась, ее уже не было.
— Почему ты сразу не позвонила?
— Думала, что найду ее где-нибудь в корпусе… но ее нигде нет. Ты понимаешь, что это значит?
— Ладно. Жди меня здесь.
Конс встал, изменился в лице и в то же мгновение исчез. Оставшиеся аппиры потрясенно смотрели друг на друга.
— Среди нас — убийца. Я тебя правильно понял? — тихо, но твердо проговорил старик Би Эр.
— Не знаю, — покачала головой Флоренсия, — но если она вовремя не примет мой препарат, ребенок умрет.
— Сколько у нее еще времени?
— Сутки.
У Ольгерда почему-то возникло ощущение, что все они летят в пропасть вместе с этим прекрасным сиреневым залом. Что-то изменилось в мире с этой минуты. И не в лучшую сторону. Старый аппир с жалостью посмотрел на тетю Флору.
— Я думаю, за сутки мы ее не найдем, девочка. Похититель наверняка об этом позаботился.
— Эр! Что ты говоришь!
— И самое печальное, что это кто-то из нас.
Флоренсия взглянула на него и опустила глаза.
— Ты не ошиблась во времени? — спросил ее Кера, — полдевятого все Прыгуны были здесь. Кроме Леция.
— И тебя, — добавил Ольгерд.
— Я выступал по телевидению. Не мог же я в это время заниматься похищением беременных женщин?.. Я вообще не понимаю, почему должен оправдываться.
— Мы все будем оправдываться, мальчик, — сказал ему Би Эр, — потому что это наше семейное дело. Даже я. И даже Конс.
— Кажется, я тоже попадаю в ваш список? — заметил Ольгерд.
— Разумеется, — зыркнул на него Кера.
— Возможно, есть еще кто-то неизвестный, кто может телепортировать с двойной массой достаточно далеко, — высказался наконец Ру Нрис.
— Это кто-то известный, — сразу возразил ему Би Эр, — Адела не сопротивлялась и обняла его. Кого могла обнять Адела? Отвечайте!.. Молчите? Вот поэтому я и говорю, что это наше семейное дело.
— Семейное так семейное.
Сидеть и рассуждать на эту тему больше не было сил. Ольгерд встал, зажмурился, стиснул зубы и телепортировал в больничный городок.
Поиски ничего не дали. Дома Синела долго не могла его успокоить и отпаивала чаем с настоем шиповника. На дворе была глубокая ночь.
— Кера заявляет, что он ни при чем! Тогда скажи: кому помешал этот несчастный ребенок, если не его экстремистам? Да они состряпают ему любое алиби ради этого, неужели не понятно?
— Это понятно, Ол. Но доказать это все равно невозможно.
— Это и бесит! Не думал, что они дойдут до такой крайности.
Синела смотрела синими, измученными глазами.
— Давай улетим отсюда, Ол? Пока не поздно.
— Ты сама сказала, что Леций отложил старт «Гремучего».
— Скорей бы все это кончилось!
— Вот видишь. Тебя они уже запугали.
— И не только меня.
В постели он думал все о том же. Пять Прыгунов и он. И все, исключая его, родственники. Если не Кера, то кто? Конса можно было сразу исключить. Невозможно было представить, что это Леций. Скорее, на себя подумаешь. Ру Нрис, хоть и поддерживает экстремистов, вообще не вставал из-за стола. Остается Би Эр. Но ему-то зачем это надо? Маленький, старый и мудрый аппир. Он первый сказал, что это убийство. А убийца делал потрясенное лицо и молчал.
Они лежали обнявшись. Синела перестала его гладить.
— Ладно, спи. Вижу, ничего у тебя сегодня не получится.
— Извини.
— Ничего, все нормально. Я и сама устала.
— Какая-то кошмарная головоломка.
— Ты как будто член семьи! Разве можно так переживать, Ол?
— Нельзя. Надо просто пойти и убить Кера. И все.
— А если это не он?
— Тогда кто, Си?
— Кто угодно. Какое тут может быть алиби? Много ли времени нужно Прыгуну? Отойти на три минуты в туалет — и этого достаточно.