Чтение онлайн

По ленте двинулись йогурты и напитки; блондинка с холодным взглядом сложила всё в пакет, затем направилась к выходу. Хлопнула дверца машины, Яна собралась её заводить, как вдруг на парковку подъехала белая Нива, на номере которой мелькнули буквы ОН.

Девушку обдало холодным потом, она наблюдала за этой машиной словно завороженная, рука так и застыла на ключе зажигания. Из Нивы вылезла женщина лет сорока в лёгком коротком плаще с необычной заколкой в волосах на африканский манер. Женщина направилась к стеклянным дверям, и они за ней закрылись.

Яна наконец выдохнула, посмотрела по сторонам: на парковке стояло несколько машин, но другие люди отсутствовали. Много ли белых Нив с такими буквами в округе – предположила она. Тут Яна позлилась на беспамятность своего информатора – мог хотя бы номера нормально запомнить, и ей не пришлось бы теперь ломать голову.

Женщина находилась в магазине недолго, видимо, часто здесь бывала и хорошо знала расположение позиций – пакет у неё всё-таки за короткое время был доверху наполнен. Продукты она уложила на заднее сиденье, кинув взгляд в сторону Ауди – в эту секунду Яна быстро переключилась на прихорашивание перед зеркалом, и женщина отвела взгляд.

Нива развернулась, сбавив скорость на тесном участке, затем повернула направо – в это время Яна в спешке заводила двигатель. Если до этого девушка чувствовала себя довольно-таки расслабленной, словно находилась в приятном путешествии, то теперь была будто на иголках, боясь упустить Ниву из виду. У дороги появился указатель «Никольское», куда эта женщина и свернула. Теперь Яна была абсолютно уверена, что это она – хозяйка интересующей Нивы, причастная к гибели Макса. Возможно, женщина была ни в чём не виновата, но то, что место её обитания считалось последним пунктом, после которого начинались странные события – в этом Яна была уверена, даже не подозревая, что странные события ещё впереди.

Ауди держалась поодаль, так как в отличии от густонаселённого города здесь всё было, как на ладони. Издали Яна заметила на какую из улиц свернула Нива – та проследовала в самый её конец. Девушка взглянула на стены ближайших домов: «Сосновая – 2» – информировала голубая табличка. Приметы совпадали. По телу бежали мурашки, где-то внутри колотило и сводило судорогой: одновременно смешались страх и азарт, который подталкивал к действиям, подначивал.

Издали было видно, как раскрываются коричневые ворота – Нива скрылась за ними. Яна на медленной скорости проследовала вдоль всей Сосновой. Ворота уже закрылись – в то время девушка смотрела на вывеску «46», проезжая мимо. Затем начинался лес, она развернулась и припарковалась подальше, среди кустарников, лишь бы в обзоре оставался фрагмент интересующих её ворот.

Яна обследовала забор, прошлась спереди и сбоку. Не везде была возможность подойти к нему вплотную, местами препятствовали заполонившие всё свободное пространство заросли чернослива. Двухметровый забор замыкал весь периметр. Должно быть это недёшево – выстроить по всему охвату такое ограждение, подумала Яна. С какой целью она настолько загородилась? Любые зазоры отсутствовали – некий загородный форт, внутри которого творилось неизвестное.

Пока она сидела в машине, попивая йогурты, думала: даст ли что-то пустое ожидание? А может надо пойти постучать, да зайти побеседовать? Но тут возникли подозрения: а если эта женщина прямым образом причастна к случившемуся? Тогда она сразу её спугнёт, а заодно и остальных, кто за этим стоит. Нет, надо понаблюдать: может появятся другие персонажи – у Яны будет возможность всех запомнить и записать номера машин, не выдавая себя, а в дальнейшем будет видно к каким действиям приступать. На всякий случай она избавилась от часов и украшений, сложив их в сумку, чтобы не сверкали во время слежки.

Уже стемнело, в окнах сорок шестого дома зажегся свет, но ничего интересного не происходило. Так как в последнее время Яна плохо спала, её стало клонить в сон, но тут все окна дружно погасли. Наблюдательница встрепенулась – темные окна её озадачили, ведь время для сна было слишком раннее. Через минуту на улице, над забором озарился свет, загудел двигатель, ворота открылись вновь – Нива с зажжёнными огнями выкатилась на улицу. Куда она собралась на ночь глядя, недоумевала Яна, запуская ключ зажигания. Когда Нива достигла начала Сосновой улицы, Ауди включила фары и двинулась за ней следом.

Обе машины пробирались сельскими дорогами, в кромешной тьме, не считая полосы, освещаемой фарами. Первая из них двигалась уверенно, зная все щербины старого асфальтового покрытия, вторая с грохотом проваливалась колесом каждый раз, так как не притормаживала, боясь упустить из виду впереди идущую машину.

Километров через тридцать Нива свернула по указателю «Студёные выселки» – Яна стала держаться осторожнее, место было совсем захолустным. Она ориентировалась на светящиеся задние огни, не внимательно относясь к дороге, поэтому несколько раз цеплялась днищем, проваливаясь в рытвины. Сквозь просвет огородов стало видно, что Нива замерла на одном месте и фары погасли. Яна быстро пристроила автомобиль в первый попавшийся карман возле полуразрушенного дома, погасила фары. Затем она выскочила из машины и помчалась бегом по грунтовой дороге к повороту, за который нырнула Нива. Ей открылась тёмная улочка, в глубине которой виднелся белый кузов при свете звёзд и луны.

Яна напрягла слух: женщина звенела ключами, было слышно, как она отпирает дверь. В сенях зажегся свет, дверь хлопнула, снова стало темно. Теперь торопиться некуда – Яна направилась к дому не спеша, осматривая тёмные окрестности. Позади неё всё поглотил мрак, впереди виднелись дома – в некоторых горели окна. Яна сбавила шаг, проходя мимо Нивы, заглянула в салон, но высматривать там было нечего.

Перед ней стоял небольшой светлый домик старой постройки, тихий, уютный с отгороженным палисадником – женщина теперь зажгла все окна и благодаря свету, льющемуся из них, можно было рассмотреть обстановку вокруг. На калитке висел обруч из плетёной проволоки. Пока тень женщины мелькала за занавесками, Яна быстро приподняла обруч, отворила калитку и нырнула на территорию. Притихла за углом, вслушалась, разглядела тропинку во двор, пошла огибать дом.

Со двора был ещё один вход и единственное окно, тоже светящееся. Девушка осторожно подёргала дверь: она была заперта изнутри, подкралась к окну, закрытого шторками в нижней его части. Сбоку оказался зазор – Яна попыталась туда заглянуть, приподнявшись на носки. Ей открылся фрагмент обычной сельской меблировки. Промелькнула женщина, она сновала туда-сюда, ставила на стол сумку, копалась в ней, и Яна пришла в замешательство: зачем той понадобилось ехать в столь глухую деревню, в этот старенький домик по темноте, чего она здесь забыла?

Будь Яна в этой дыре совсем одна и при других обстоятельствах, она умерла бы со страху. Только сейчас ею двигало нестерпимое чувство мести, поэтому она абстрагировалась от жуткой обстановки, считала, что все бояться должны её.

Женщина снова полезла в сумку и достала блестящий предмет – это была небольшая утварь с крышкой. Яне показалось, что та держит в руках антикварную вещь. Может за этим она и приехала – спрятать дорогую реликвию? Может та стоит бешенных денег, или она украдена?

Наблюдательница потирала руки, что теперь эта вещица окажется у неё, станет трофеем помимо прочего. Тем временем женщина заглядывала внутрь ёмкости, снова закрывала крышку, стала вынимать из сумки странные предметы: пирамиду, стеклянные флаконы, металлический коробок. Затем выставила два толстых свечных огарка. Уж не колдовать ли она сюда приехала, с замиранием в сердце подумала Яна, тронув по неосторожности раму. Старая краска внезапно отвалилась крупным куском, невольно раздалось шуршание облезлых клочьев – женщина напряглась.