Чтение онлайн

Девушка увидела, как та резко двинулась по направлению к входной двери. Яна с быстротой кошки бросилась в углубление двора и затаилась в дебрях, прячась за наваленным хламом. Дверь во двор резко открылась, на траве протянулся светлый прямоугольник – у Яны стучало сердце, смелый пыл куда-то сразу исчез, а больше всего пугало то, что колдунья стоит в дверях, молчит, не двигается… Может она заметила её и специально выжидает удобного момента? Голову заполонили многочисленные варианты, чем она будет оправдываться, если её действительно обнаружат. Все возможные оправдания были несуразны. Чем тут объяснишь, находясь в такой дыре, да в чужом дворе пустующего дома? Был бы кто-то другой, местный пацанёнок, например, а не она – такая рафинированная особа, как Яна.

Пока она пряталась, старалась анализировать: во что мог вляпаться её самоуверенный брат? Одна из версий была из области суеверий, а именно, что Макс и его друзья попали под влияние чёрной магии.

Женщина вслушивалась, чего-то ждала, наконец, крикнула в темноту:

– Нунэ?

У Яны отлегло. Дурацкая кличка – Нунэ. Чья она: собачья, кошачья, или кто тут у неё прикормился? Повсюду Барсики, Шарики, а тут вдруг Нунэ! Только ведьмы так назовут своего чёрного кота.

Дверь медленно закрылась. Фу, слава богу, сейчас бы проскользнуть обратно вокруг дома и бежать отсюда что есть мочи… Но тут вспомнился брат. Яна заставила себя перестать бояться, собралась с мыслями, вскоре она чётко расслышала, как открылась другая дверь, затем её заперли на ключ, позвякивая снизкой. Девушка приготовилась к звуку заводящейся Нивы, только после громыхания обруча долго затянулась абсолютная тишина.

Осторожно она прокралась к лицевой стороне дома, заметила, что Нива, как и прежде, стоит на своём месте, но сама хозяйка куда-то испарилась. Яна выглянула на улицу – в последний момент она уловила при свете звёзд удаляющийся силуэт: женщина двигалась вдоль огородов в том направлении, откуда они обе приехали. Затем она повернула влево за огороды, в самую гущу мрака.

Яна бросилась быстрей её догонять. Поведение этой тётки не соответствовало никаким привычным понятиям: куда её понесло без машины, что ей понадобилось на задворках в кромешной тьме? Там, за огородами, ничего нет – деревня осталась позади… Чего ради ей вздумалось жечь бензин? Чтобы прогуляться по глухим окрестностям при свете звёзд?

Наблюдательница перебегала на цыпочках короткими расстояниями, вслушивалась, оборачивалась. Порывистый ветер, играющий сухой листвой, был кстати – на случайный шорох преследуемая никак не реагировала. Миновав кусты Яна снова заметила удаляющуюся фигуру, та держала курс на дубовый лесок. Девушка следовала за ней по пятам, словно кошка: перепрыгивала где надо через препятствие, кралась, пригибалась к земле, не упуская её из вида. Женщина стала пролезать сквозь ограду, и девушка заметила за ней кресты.

Дубовый лесок оказался вместилищем деревенских захоронений – получается, что более удачного места для могил, как эта дубовая роща, жители подыскать не смогли. Холодок пробирал уже на подходе – невозможно было представить, что чувствует человек, находясь внутри под мрачными густыми кронами, в окружении деревянных крестов и каменных плит. Теперь она точно рванёт обратно, заведёт свою Ауди и укатит домой… Но тут вспомнился брат.

Раньше её ни при каких обстоятельствах никто не уговорил бы наведаться ночью на кладбище: беспорядочно заставленное оградками, жуткое, без фонарных столбов и аллеек, только это был другой случай – она поставила себе цель.

Тихо Яна пролезла через забор тем же образом, как эта ведьма. Слегка пригнувшись она стала красться между могил, вглядываясь в ту сторону, где только что мелькала голова с африканской заколкой. Голова замерла. Яна подошла ближе, хватаясь за оградки, и притаилась за двойным гранитным памятником, подступ к которому был со всех сторон. Держась за надгробный камень, она забралась на ступени его подножия, где обычно расставляют приношения – сама не заметила, как это произошло.

Женщина была к ней спиной, похоже, она застыла перед одной из могил. Может у неё здесь кто-то захоронен, мелькнула мысль. Но почему навещать надо ночью? Нормальный человек разве придёт ночью на кладбище? Тут подумала про себя: а сама она что здесь делает?

Но Яна считала, что сама она оказалась в этом месте не из праздного любопытства, а движимая местью за брата, значит и у этой женщины была серьёзная причина, ради которой она проехала три десятка километров и теперь склонилась над чьим-то надгробием.

С дрожью в коленях Яна наблюдала, как та совершает непонятные действия. Девушка прислушалась: не произносятся ли при этом заклинания, но ведьма проделывала всё абсолютно молча. Яна устала вглядываться в одно и то же – поначалу было интересно, но, когда ожидание затянулось, она начала посматривать по сторонам. Кругом рябили могилы: на фоне тёмных мрачных надгробий белели овалы, либо выбитые портреты людей. Яне стало не по себе. Ей показалось, что некоторые лица смотрят прямо на неё, будто они шевелятся, но тут же успокоила себя: это игра теней, шевелилась сама темнота.

Яна вздрогнула, когда заметила, что женщина возвращается тем же ходом. Девушка присела в тени облюбованного памятника. Настал момент, когда ведьма прошла совсем рядом – тёмная фигура почти бесшумно просеменила мимо двойного гранита, отчего сердце девушки замерло. Стоило той оглянуться, и она бы заметила при свете луны пригнувшийся у камня человеческий силуэт. Но если во дворе старого дома Яна могла бы хоть как-то объяснить своё присутствие, то теперь ей не приходило в голову ровным счётом ничего. Городская девица ночью на деревенском кладбище – глупее не представишь…

Никогда бы не подумала, что, находясь на незнакомой могиле среди теней от крестов, она испытает огромное облегчение – таковым было ощущение, когда колдунья перелезла через ограду и скоро исчезла из виду. Яна сделала продолжительный выдох: всё, ушла, наконец-то.

Некоторое время она не двигалась, дожидаясь, когда та отдалится достаточно далеко. Не спеша девушка пробралась мимо могил в обратном направлении, перелезла и уже не крадучись двинулась по дороге. Теперь она осмелела. Если спросят: что она делает ночью на дороге, ведущей к местному погосту, пошлёт любого куда подальше – где хочу, там и иду, когда хочу, тогда иду.

Яна приблизилась к повороту на улицу, на которой должна была стоять Нива. Девушка решила, что к ведьминому дому больше не пойдёт, а возьмёт левее, в сторону Ауди. Смелость резко пропала, когда просвет дороги озарился зажжёнными фарами. Свет усиливался – мелькнуло очертание Нивы, затем снова стало темно – по смыслу женщина поехала домой. Какое-то время продолжал слышаться гул, пока совсем не стихло.

Открывшаяся улица оказалось пустой – машина на ней не белела. Пропал смысл бежать к Ауди, наоборот усилился интерес к старому дому. Что там внутри, что за антикварные вещи прячет эта женщина в его стенах? Яна окончательно уверила себя, что это была та самая Инга, не кто иной. Странные события, случившиеся с братом, привели к странной женщине.

Ведьмин дом теперь стоял, погружённый во тьму, да и окна других домов, что светились вдалеке, тоже погасли. Яна проникла на территорию, подёргала первую дверь, обошла вокруг дома и остановилась возле двери, ведущей во двор. Макс в своё время научил её вскрывать замки, поясняя, что всё в этой жизни пригодится. А этот запор вообще был уровня детского сада – Яна быстро с ним справилась.

В сенях воняло не выветриваемым запахом старья. Девушка посчитала, что теперь опасаться некого и включила свет. Внутренняя дверь, обитая дерматином, вела в кухню, смежную с единственной комнатой. Посреди стояла белёная русская печь. В жилой части дома, в отличие от сеней, царил порядок, ничего лишнего, всё на положенных местах.