Чтение онлайн

Единственным предупреждением оказалось движение, перехваченное краем глаза. Но и этого было достаточно. В тот миг, когда Шада запустила себя в длинный нырок вдоль крыши, воздух там, где она только что стояла, прошил лазерный луч. Телохранительница перекатилась через голову, шаря взглядом по второй секции крыши, и все-таки разглядела стрелка: лежащая ничком фигура в каком-то черном коротком балахоне с капюшоном; дуло снайперской винтовки отслеживает движение жертвы. Шада метнула нож.

Снайпер мгновенно откатился в сторону, спрятав голову под относительную защиту рук и винтовки, хотя оружие продолжало выплевывать смертельный огонь. Но сейчас рефлекс опытного охотника за головами подвел стрелка. Нож пришел именно туда, куда метила мистрил: не в стрелка, а в его оружие. А точнее - во вспышки выстрелов. Несколько зарядов угодили в клинок - сноп искр, капли расплавленного металла, обломки ножа.

На несколько мгновений охотник ослепнет.

А Шаде больше и не надо. Она вскарабкалась по черепице, уклоняясь от лазерных лучей, которые теперь все равно били мимо; пальцы сами, без команды сознания метнулись к одной из косичек и выдернули из волос покрытую узорчатой эмалью иглу-зенжи. Когда ноги мистрил коснулись верхней площадки, одновременно произошло два события: распустившаяся косичка ударила Шаду по уху, а игла вонзилась в цель.

В ответ раздался стук приклада о крышу, а бластер умолк.

За несколько быстрых шагов Шада преодолела разделяющее ее с охотником расстояние, на ходу выхватила винтовку из рук мертвеца и не останавливаясь побежала дальше. Снайпер мог быть не основной фигурой в игре, а всего лишь прикрытием. Следовательно, задание еще не выполнено. Возле светового люка Шада присела на корточки и заглянула в комнату у себя под ногами.

Она еще не проиграла. Тремя метрами ниже находился инкрустированный стол, на котором стояли два контейнера. Обе договаривающиеся стороны уже совершили обмен и теперь находились в процессе изучения своей добычи. После быстрого осмотра содержимого своего контейнера кубаз закрыл крышку и напряженно застыл у стола в явном ожидании. Громила из его свиты молча и отрешенно работал челюстями, перемалывая жвачку. Маззик затянул процесс на минуту, все-таки любоваться жаркой игрой разноцветных и уже ограненных камней веселее, чем разглядывать пакетики с риллом, затем тоже захлопнул контейнер. Удовлетворенно кивнул кубазу и сделал шаг к выходу. Сопровождавший его Грив последовал за боссом. Губы Маззика шевелились, вероятно, кореллианин отпускал свою обычную прощальную шуточку. Кубаз остался стоять на месте... и когда Маззик и Грив на один шаг оказались ближе к двери, ожидание на его темно-зеленой физиономии сменилось недоумением. Длинный хоботок подергивался в нерешительности, кубазу определенно хотелось посмотреть вверх, но о том, что сюрприз не удался, он трубить не собирался.

Что ж, если нужен сюрприз, то кто такая Шада, чтобы отказывать столь почтенным существам? Она прицелилась прямехонько в основание хобота и легонько постучала по транспаристилу светового люка.

Все четверо присутствующих подняли головы. Выражение на морде кубаза было сложноописуемым, зато громила сыграл за двоих. Рот у него широко раскрылся, растопыренная пятерня дернулась к кобуре. Шада сменила мишень, теперь бластер смотрел в лоб громиле, хотя мистрил и сомневалась, что сумеет прошибить столь прочный череп. Бандит моргнул, медленно поднес руку - пустую!
– к груди. Краем глаза Шада заметила, как Маззик по-военному отсалютовал и вместе с Гривом покинул помещение.

Шада держала кубаза и его приятеля под прицелом, пока не досчитала до тридцати. Затем тоже изобразила военный салют и попятилась от светового люка.

– Все?
– раздался сзади голос Кароли.

Шада повернулась. Молодая женщина стояла возле мертвого наемника на краю верхней крыши; на таком расстоянии и в такой темноте невозможно было распознать выражение ее лица.

– Да, - просто сказала Шада.
– Твой клиент решил не возвращаться к делам.

Кароли задумчиво попинала носком сапога тело у своих ног.

– Одиннадцать не будут довольны.

– А мной редко кто бывает доволен, я привыкла, - вздохнула Шада, положив винтовку на черепицу.
– Переживу.

– Нашла себе повод для шуток, - проворчала Кароли.
– Тебе был отдан прямой приказ. Теперь ты останешься с Маззиком, и через неделю за тобой пришлют целую группу.

– Я не останусь с Маззиком. Я же сказала: сегодня я увольняюсь.

– Думаешь, разорванный контракт поможет уладить дело с Одиннадцатью? усмехнулась Кароли.

– По-моему, это зависит от того, помнят они или нет, кто мы такие, Шада не сумела сдержать печаль; та слишком долго копилась и наконец выхлестнулась на свободу.
– Те мистрил, в чьи ряды я вступила двадцать два года назад, были благородным кланом воинов, которые сражались в защиту тех, кто остался от нашего народа. Хочу надеяться, что хоть кто-нибудь из Одиннадцати это помнит.

– Может быть, Одиннадцать изменились, - Кароли отвернулась к темным крышам ночного города.
– Может быть, мистрил изменились.

– Может быть, - согласилась Шада.
– А вот я - нет.

Она окинула подругу внимательным взглядом.

– Да и ты, кстати, тоже.

Кароли робко взглянула на нее.

– Да ну? Хотелось бы знать, что я такого сказала, чтобы произвести на тебя подобное впечатление.

– Ничего не сказала. Ты сделала. После того как я выбила у тебя бластер... когда ты кинулась на меня с ножом.

– То есть я попыталась тебя зарезать и тем убедила, что мы на одной стороне?

– Да. У тебя же оставался мой бластер.

Кароли сунула руку под плащ.

– А ведь верно... Наверное, хочешь забрать его?

Шада пожала плечами.

– Будет сложнее объясняться с Одиннадцатью, если ты явишься на Эмберлен с моим бластером за поясом.

– Резонно, - признала Кароли. Легкое движение рукой, и бластер по пологой арке отлетел в подставленную ладонь Шады.

– Раз уж зашла речь об Эмберлене, на твоем месте я держалась бы от него подальше. По той же причине я держалась бы подальше от любой из мистрил. Точка. Лет так десять, если тебе это удастся.

– Мне не нужно прятаться так долго.

Бластер скользнул в кобуру.

– Похоже, что Галактика вновь начинает обсасывать дела Каамаса. У Одиннадцати скоро так заболит голова, что они и думать обо мне забудут.

Кароли сплюнула.

– Каамас, - зло сказала она.
– Каамас, и Алдераан, и даже грязная дыра Хоногр. Иногда мне хочется смеяться, когда я думаю, как все воют над ними.

– От горечи легче не становится, - заметила Шада.

– А от чего становится?
– фыркнула Кароли.
– Горечь, по крайней мере, доказывает, что ты еще не умерла.

– Наверное. Если больше нечем заняться.

– А ты нашла дело получше?

– Не знаю, - созналась Шада.
– Но оно должно быть.

Она указала на небольшую прямоугольную надстройку на дальнем краю светового окна.

– Выход там?

– Один из них. Если не имеешь ничего против встречи с кубазом и его дружками.

Шада скупо улыбнулась.

– Ничего. Посторонятся.

Кароли улыбнулась в ответ - почти невольно.

– Это уж точно, - улыбка погасла.
– Пойми кое-что, Шада. Чем бы я тут ни занималась, я делала это... все так запутано! Но если Одиннадцать пошлют меня за тобой...